Читаем Мать ученья полностью

Зориан терпеливо смотрел, как они сложили отчеты ему на парту и упорхнули из класса, ожидая, когда Бенисеку надоест упрашивать его… гм, получается, написать отчет вместо него? Затем спокойно извлек из сумки ручку, написал на каждом листке "сдан после крайнего срока" и бесцеремонно сунул к остальным отчетам. Пусть Ильза сама решает, что с ними делать.

— Почему ты еще здесь, Ако? — вздохнул он, поворачиваясь к последней студентке в классе. — Если беспокоишься из-за своего отчета, то он безупречен.

— Я правда рада, что ты сменил меня на посту старосты, — сказала она. — Не думаю, что вынесла бы еще один год. Когда на первом курсе я согласилась быть старостой, учителя говорили, что это почетно. Что староста обладает кучей преимуществ. Что старост все уважают. Но это полная чушь — и не нашлось никого достаточно глупого, чтобы сменить меня, когда я это осознала.

— Эй, — с легким укором сказал Зориан.

— Я не говорю, что ты сглупил, — тут же поправилась она. — Ты согласился в обмен на ученичество у Ильзы. Ты оказался куда умнее меня.

— Скорее не столь наивным, — заметил Зориан. Она дернулась; похоже, он угадал слишком точно. — Если ты ненавидела эту должность, почему ты так старалась? Почему бы просто не махнуть на все рукой?

— Потому что это неправильно, — яростно заявила она. — Нельзя уклоняться от своих обязанностей — а я приняла обязанности старосты как свои.

Зориан недоверчиво посмотрел на нее.

— Что? — с вызовом спросила она. Провоцируя сказать, что она неправа.

— Ничего, — сказал Зориан. Он не хотел с ней спорить. С тех пор, как он открыл в себе эмпатию, он все сильнее убеждался, что она питает к нему чувства. Не слишком сильные, но все же. И пусть он не ощущал взаимности, ему не хотелось ранить ее. А он ранит ее, если ответит честно — как бы ей ни казалось, что они похожи, они слишком различаются.

— Послушай, Ако, — начал он, поднимаясь со стула. — Я всю ночь проверял отчеты, и сейчас явно не в настроении для философского диспута. Можно отложить эти вопросы на потом?

— Тебе не стоило тянуть до последнего, — заявила Акоджа. — Это почти столь же скверно, как поступок тех трех.

— Вовсе нет, — не согласился Зориан, закидывая сумку на плечо. — И читать другим нотации не очень-то вежливо. Еще увидимся, Ако.

— Постой! — сказала она. Зориан ощутил от нее внезапную волну напряжения, больше того, она избегала его взгляда и с силой переплела пальцы под партой. — Я… мы можем поговорить? Не обязательно сейчас, но… Мне нужно твое мнение по одному вопросу.

Дерьмо. Что это на нее нашло, раньше такого никогда не было. Хорошо бы не признание — только драмы ему в этом цикле и не хватает.

— Это может подождать недельку? — спросил он. — В ближайшее время я буду очень занят.

— Да, — немедленно согласилась она. — Превосходно. Мне и самой надо еще подумать. Я… Я скажу тебе, когда буду готова.

— Вы хотели меня видеть? — спросил Зориан, заглядывая в кабинет Ильзы.

Ильза жестом пригласила его войти, не отрываясь от чашки с чаем. Зориан погрузился в кресло для посетителей и, не мешкая, передал ей собранные отчеты. Она лишь мельком глянула на стопку, отложив ее в сторону и сделав еще глоток.

И почти минуту молча разглядывала его, пока наконец не отставила чашку и не вздохнула.

— Я хотела поговорить насчет твоих экспериментов с магией разума, — сказала она, барабаня пальцами по столу. — Уверена, ты и сам знаешь, что большая часть ментальной магии носит нелегальный характер, но раз уж речь идет о врожденной способности, а не о заклятиях и литературе ограниченного допуска, то можно сделать некоторые поблажки. Ассоциация Эмпатов так долго убеждала всех, что эмпатия отличается от чтения мыслей, ты же… новаторски заявляешь, что одно логически проистекает из другого. Весьма противоречивая позиция. Тем не менее, осторожно прощупав этот вопрос, я пришла к выводу, что эти две способности действительно связаны, так что твоя версия правдоподобна.

— Технически, эмпатия и чтение мыслей — действительно разные вещи. Эмпатия — пассивная способность, не требующая вторжения в разум цели, чтение же возможно лишь посредством ментального контакта, — объяснил Зориан. — Просто любой эмпат при должном обучении способен читать мысли.

— Да? Любопытно, — заметила Ильза. — В таком случае, странно, что это не обнаружили другие маги.

— Вообще-то я тоже думал об этом, — сказал Зориан. — Для аранеа это врожденная способность. Они общаются друг с другом посредством телепатии, используют ее для детских драк, охоты, да для чего угодно. Естественно, они оттачивают ее до предела. С другой стороны, люди-эмпаты редки и лишены общества себе подобных — так что большинству приходится заново "изобретать велосипед". Тем более, что мало кто позволит читать его мысли, так что тренировать способность можно лишь незаконными способами. И большинство открывших в себе латентную способность либо помалкивают о ней, либо становятся натуральными преступниками. Вполне вероятно, что об этом известно многим эмпатам, но они никогда в этом не признаются.