Читаем Мастер артефактов полностью

– Ходят кое-какие слухи, – ответил наконец Джон. – О каком-то золоте. Жидком золоте. Не знаем, что в нем такого особенного, но о нем стали поговаривать вскоре после того, как сыны появились в Баноке, и почти сразу начали появляться эти наемники.

– Хм. Жидкое золото. – Алкоран пожал плечами. – Похоже, оно было бы куда ценнее в виде обычных монет. И перевозить с места на место проще… Но в конце концов, золото в любом виде золото. Если кто-то предлагает его, другие обязательно возьмут. – Он ненадолго умолк, а потом спросил: – А кто-нибудь из горожан помогает этим сынам?

– Ты имеешь в виду, есть ли среди наших предатели? – Джейкоб сплюнул себе под ноги и провел пальцем по шраму на щеке. – Вильгельм Стенгер решил, что немного такого золотишка ему не помешает. Отправился к ним на поклон, и они назначили его следить за порядком в городе. Так мы быстро этого трудягу угомонили, чтобы другим неповадно было. И Форреста Бауэра тоже, и Джози Лэдла. Пусть все знают, что в Баноке с предателями разговор короткий.

Такой ответ Алкорана устроил.

– По всему видно, что вы толковые ребята, можно за вас не волноваться. А этот старик, – он указал на третьего мужчину, который вместе с ними вышел из палатки, – он с вами?

Братья замотали головами.

– Я и сам могу за себя ответить, – произнес старик. – Мы с Миреллой встретили их сегодня днем. Они были измотаны и нуждались в помощи, и мы взяли их с собой. Мы направляемся в Тризгард.

– Я только что оттуда, – сказал Алкоран. – Там пока царит мир, поэтому я и удивился, узнав, что Банок захвачен.

– Что ж, хоть одна хорошая весть. Мы сами из Лукуры, торговать дальше Банока обычно не ездим – слишком много разбойников развелось на Королевском тракте. А теперь вот решили попытать счастья в Тризгарде.

Алкоран прищелкнул языком:

– Разбойники, говоришь? Да… это и правда скверно. – Он снял с головы шляпу и взмахнул ею перед собой.

– А? – Старик прищурился, пытаясь рассмотреть его лицо в слабом свете тлеющих углей, а Джон с Джейкобом в ужасе уставились на окровавленную повязку. – Погоди, так кто ты…

Договорить он не успел: в грудь ему вонзилась стрела, и старик рухнул в догоравший костер. Мгновение спустя в воздухе просвистели еще пять стрел. Две из них пронзили Джейкобу грудь, три вошли Джону глубоко в шею и живот. Братья упали замертво. Мирелла собралась было закричать, но Алкоран оказался быстрее. Сжимая в руке длинный нож, он подскочил к женщине и зажал ей рот ладонью. Мирелла впилась в нее зубами, но несчастной это не помогло: не обращая внимания на боль, капитан перерезал женщине горло.

Выпустив из рук обмякшее тело, он прислушался. Из палаток не доносилось ни звука. Его солдаты начали осторожно пробираться к лагерю. Кто-то все это время прятался за деревьями, кто-то – в канаве у дороги. Полтора десятка пусть и не лучших из его людей, зато самых сильных, самых отчаянных и беспринципных – и достаточно смышленых для того, чтобы до сих пор остаться в живых. Они собрались вокруг него, ожидая приказа. Алкоран коротко кивнул. От непрекращающейся пульсирующей боли в глазнице у него уже раскалывалась голова. Боги, только бы в кровь не попала какая-нибудь зараза, иначе ему конец…

– В палатках еще с полдюжины человек, не меньше, – шепнул он. – Вы знаете, что делать.

Спрятав луки и вынув из ножен короткие мечи и кинжалы, солдаты бесшумно растворились во мраке. Алкоран оторвал от платья мертвой женщины кусок ткани, вытер им нож и направился к котелку. Намотав тот же окровавленный лоскут на руку, он сдвинул горячую крышку и втянул носом восхитительный аромат тушеного мяса.

Пока Алкоран искал, чем зачерпнуть из котелка, за его спиной раздавались крики. Среди мужских и женских он как минимум один раз разобрал детский визг. Алкоран раздраженно цокнул: ночью на Королевском тракте детишкам не место. Слишком много разбойников развелось.

– Вот ты где! – радостно воскликнул он, завидев лежащий недалеко от кострища черный от сажи половник.

Алкоран схватил его, наспех вытер о штаны и погрузил в дымящееся рагу. Потом поднес черпак к губам, осторожно подул, наслаждаясь аппетитным запахом, и отхлебнул немножко густого наваристого супа. Прошло так много времени с тех пор, как он ел по-настоящему вкусно приготовленное мясо, не прогорклое и не пересоленное! С наслаждением прожевав кусок жирной свинины – судя по вкусу, тушенной с репой и картошкой, – Алкоран снова подул на рагу, чтобы еще немного его остудить. Лучше поторопиться, пока остальные не набежали. Впрочем, пока они перетрясут все пожитки и обыщут трупы…

– Банок захватили какие-то мужики, слышите? Говорят, наемников набирают, так что можно податься туда. – Он развернулся вполоборота, ожидая услышать ответ, и шумно хлебнул рагу из половника.

Боги, какая вкуснятина. Правда, горячевато, ну да обожженный язык не самая высокая цена за столь роскошное блюдо.

– Или можем остаться на тракте, – продолжал Алкоран, скрючившись над котелком. – Теперь, когда в Банок путь закрыт, торговцев здесь будет тьма-тьмущая. С голоду точно не помрем.