Читаем Любимые полностью

и мистера Ангелоса Ставриды.

Темис замолчала.

– Ставрида?

– Думаю, он изменил фамилию, чтобы легче было ее произносить, – сказал Спирос. – Для Америки.

– Но это же не наша фамилия! – возмутился Йоргос.

– Вирджиния? – озадаченно спросила Анна. – Кто такая Вирджиния?

Темис пожала плечами.

– Читай дальше, – сказала она, передавая карточку сыну. – Я не могу совладать с этими вензелями.

Спирос стал пересказывать содержание.

– Они собираются пожениться в церкви Всех Святых, Бель-Эйр, а после будет прием в отеле «Санорама» в Беверли-Хиллз.

– Но он же был помолвлен с Корабель!

– Раньше он не упоминал Вирджинию, – сказала Анна. – Что случилось с Корабель?

– А мы приглашены?

– Конечно приглашены, мана! – заверил ее Спирос.

Наверху в ряд были написаны все имена, включая Танасиса.

– А где это – Беверли-Хиллз? – спросила Темис.

– В Лос-Анджелесе, – со знанием дела ответил Танасис. – На Западном побережье Америки. Это очень и очень далеко.

– Дядя Танасис знает все о Лос-Анджелесе, – подшутил Спирос. – Там рождаются все его фильмы!

Танасис улыбнулся, не стыдясь своего любимого занятия. Он с восторгом делился знаниями об американских кинозвездах, о которых узнал из телевизора.

– А когда это будет? – поинтересовалась Темис.

– В сентябре.

– В сентябре? Тогда мы все пропустили! – с отчаянием произнесла она. – Сентябрь-то уже прошел!

– Не беспокойся, мана, это приглашение на следующий сентябрь!

– Ты имеешь в виду, через год? – покачала головой Темис.

Сын, который сменил фамилию, теперь женится на другом конце света почти через одиннадцать месяцев? Темис была озадачена.

– Тогда у н-н-нас куча времени это обдумать, – сказал Йоргос, кисло улыбнувшись.

– А письмо там есть? – спросила Темис, надеясь получить разъяснения.

Спирос потряс конверт, но больше ничего не нашел.

– Мог бы и написать…

Темис обиделась из-за того, что сын сообщил им о женитьбе таким странным образом.

Через несколько недель пришло настоящее письмо от Ангелоса.

Надеюсь, вы сможете приехать, чтобы быть с нами в столь важный для нас день! Свадьба не будет похожа на греческую, но, уверен, вы отлично проведете время. Родные Вирджинии католики, поэтому мне пришлось сменить вероисповедание. Но в целом мы верим в одно и то же. Думаю, вам это не покажется слишком чуждым.

Темис совершенно не волновала религиозная составляющая свадьбы. Ее беспокоило, что сын женится так далеко от них, на девушке, о которой они даже не слышали до получения приглашения, а сам он сменил фамилию на американскую. Казалось, Ангелос оборвал все свои греческие корни.

В сентябре, с подачи детей, но против своего желания, Темис и Йоргос впервые в жизни сели в самолет. Они успели изрядно устать, оформляя паспорта и визы, а спустя два дня, вытерпев несколько пересадок, совершенно измотанные, прибыли в Лос-Анджелес.

Их встретил улыбающийся Ангелос на сверкающем красном «кадиллаке». Сын обрадовался приезду родителей, и ему не терпелось все им показать.

Темис сразу заметила, что Ангелос растолстел еще сильнее, но скрыла свое неодобрение.

– Ты хорошо выглядишь, агапе му, – сказала она.

– Когда м-м-мы встретимся с Вирджинией? – спросил Йоргос.

– Сегодня, – радостно ответил Ангелос.

Темис заметила, что в его греческой речи появился американский акцент. Несмотря на свое любопытство, ей не хватило смелости спросить, что случилось с Корабель.

Когда они добрались до красивого дома с зеленым газоном, их встретила Вирджиния. Они поняли, что пара уже какое-то время живет вместе. Йоргос не одобрил этого, но Темис чувствовала, что она не вправе что-либо здесь осуждать, и тепло приветствовала блондинку с идеально уложенными волосами.

Возможно, дело было в усталости от перелета, но супруги не испытывали восторга от всего, что их окружало. За исключением погоды.

До свадьбы оставалось три дня. Каждый день Темис и Йоргос по несколько часов проводили с сыном, в основном встречаясь с различными родственниками Вирджинии за столом, где им подавали огромные порции.

– У них б-б-безвкусная еда! – пожаловался Йоргос жене. – Т-т-так зачем столько накладывать на тарелку?

Супругам это показалось пустой тратой средств, а также причиной ожирения большинства людей в Америке.

Накануне свадьбы состоялся банкет. Темис привезла белье, которое подарила ей бабушка. Пришло время передать его. Скатерть и наволочки были украшены по краю вышивкой и изящным кружевом, но стоило Вирджинии открыть сверток, и Темис поняла, что подарок пришелся невестке не по вкусу.

– Они такие… оригинальные, – сказала девушка.

Ангелос смутился. По лицу невесты все было ясно, и перевод не требовался. Темис поняла, что ее подарок забросят подальше в шкаф, как только они с Йоргосом уедут. Наверное, это и означало «оригинальное».