Читаем Капитаны песка полностью

И долго еще видел Профессор кепку Пули, которой тот махал ему с причала. Среди всех этих незнакомых людей: офицеров в форме, коммерсантов и чопорных барышень — Профессор чувствовал себя одиноким и потерянным, словно все его мужество осталось с капитанами песка. Но душа его, как клеймом, была отмечена любовью к свободе. Той любовью, что заставит его покинуть старого художника, научившего его академической живописи, чтобы рисовать на свой страх и риск картины, которые, прежде чем восхитить, повергнут в ужас всю страну.

Прошла зима, прошло лето, наступила следующая зима, зима с длинными холодными дождями и пронизывающими ветрами. Теперь Фитиль продает газеты, чистит на улице обувь, подносит багаж пассажирам. Так ему удается заработать на жизнь и отказаться от воровства. Педро Пуля разрешил ему остаться в складе, хотя он вел теперь совсем другую жизнь. Педро Пуля не понимает, что творится у Фитиля в душе. Педро знает, что он хочет стать священником, хочет убежать от этой жизни. Но он считает, что такой поступок ничего не решит, ничего не исправит в жизни капитанов. Падре Жозе Педро делает все, что в его силах, чтобы изменить их жизнь. Но он один такой, никто его не поддерживает. Нет, это не выход. Только все вместе, как говорит Жоан де Адам.

Но Бог звал Фитиля. По ночам в складе он слышал Его голос. Он звучал в душе мальчика. Он был мощным, как голос моря, как голос ветра, вздымающего вокруг склада песчаные вихри. Фитиль слышал этот зов не ушами — он слышал его своим сердцем. Этот голос звал его, одновременно суля счастье и внушая ужас. Этот голос требовал отречься от всего земного ради счастья служить Ему. Фитиля звал Господь. И зов Бога в душе Фитиля был такой же властный, как голос ветра, как могучий голос моря. Фитиль хотел целиком посвятить себя Богу, жить только для Него в уединении и покаянии, жить так, чтобы очиститься от грехов и быть достойным созерцать Господа. Бог зовет его, и Фитиль думает о своем спасении. Он хочет удалиться от мира, чтобы не участвовать больше в ежедневном празднике жизни. Он откажется от всего мирского, чтобы сохранить свою душу в чистоте и иметь право лицезреть Бога. Потому что для тех, кто не сохранил свою душу, лик Господа ужасен, как бушующее море. Но для тех, у кого глаза и сердце чисты от всякого греха, лик Господа ласков и кроток, как морская волна солнечным безветренным утром.

Фитиль был отмечен Богом. Но он отмечен и жизнью беспризорного мальчишки тоже. И он отрекается от своей свободы, от участия в празднике жизни, от принадлежности к капитанам песка ради того, чтобы слышать зов Бога. Он будет молиться за капитанов песка в своей келье затворника, но он должен следовать этому зову, потому что сильнее его нет ничего на свете. Когда дождливыми зимними ночами Фитиль слышит этот голос, все вокруг преображается, словно в склад пришла весна.

Падре Жозе Педро снова вызвали в архиепископство. На этот раз каноник был вместе с главою ордена капуцинов. Падре трепетал, думая, что его опять будут упрекать во всех грехах. Он много раз нарушал закон, чтобы помочь капитанам песка. Но больше каноника, больше наказания падре боится, что все было напрасно, потому что ему так и не удалось улучшить жизнь этих мальчишек. Лишь изредка, в минуты тяжелых испытаний он приносил немного утешения их маленьким сердцам. И еще был Фитиль… Это была его победа. Если он и не достиг своей цели, не сделал всего, что хотел, для улучшения их жизни, то, по крайней мере, не потерпел полный крах. Иногда ему удавалось заменить им семью, стать отцом и матерью, которых у них никогда не было. Теперь вожаки капитанов уже взрослые парни, почти мужчины. Ушел Профессор, да и остальные недолго останутся в складе. И хотя они были ворами, вели жизнь полную греха, иногда падре удавалось скрасить убожество их существования каплей утешения и тепла. И пониманием.

Но на этот раз каноник не упрекал его. Он объявил, что архиепископ решил дать ему приход. В заключение каноник сказал:

— Вы доставили нам массу хлопот, падре, своими порочными идеями о воспитании. Надеюсь, что доброта сеньора архиепископа, дающего вам приход, заставит вас больше думать о своем долге и отказаться от всяких там советских нововведений.

В этом приходе никогда не было священника, потому что архиепископу никогда не удавалось найти падре, который решился бы поехать в самое бандитское гнездо, в крошечную деревушку, затерянную где-то в глубине Бразильского плоскогорья. Но падре Жозе Педро обрадовало название этого местечка. Он отправится в самую гущу кангасейро. А кангасейро — это ведь большие дети. Падре хотел что-то сказать, поблагодарить, но глава ордена капуцинов жестом остановил его.

— Синьор каноник говорил мне, что среди этих детей есть один, который хочет служить Богу.

— Как раз об этом-то я и хотел сказать, — ответил Жозе Педро. — Никогда не видел столь ярко выраженного призвания.

Капуцин улыбнулся: