Читаем Гагарин полностью

— Да, капитан, мы их сделали. А теперь послушай меня, как сядешь на Амстердаме, опустошай свой счет и поставь турели хотя бы четвертого поколения. И пушку смени, сюда вполне встанет «Вулкан 03», калибр чуть меньше, но пробивная сила снарядов и скорострельность выше.

Ниманд что-то прикинул в уме.

— Около сотни тысяч надо, — подвел он итог.

— Это цена твоей жизни. Против патрульных корветов это вроде как мухобойка против слона, то есть совершенно бесполезно, но против подобных уродов, как те, что за нами гнались, работает великолепно. Если бы у тебя стояли хотя бы два «Берсерка», мне бы даже в пояс не пришлось лезть, они бы эти «мессеры» километрах на двадцати сбили.

— Я подумаю, — после небольшой паузы произнес Ниманд.

— Подумай, — согласился Арсений, — хорошенько подумай, и не жмись. Вы, швабы, вечно жметесь, а на это жаться нельзя. Кстати, обрадуй остальных, что абордажа не будет, — и Арсений устало пошел вниз, у лестницы он обернулся, — ныкайся в астероидах и включай «Тишину», поле средней плотности, там эти мусорщики могут нас хоть сто лет искать.

Спустившись в коридор он сразу пошел в каюту и рухнул на кровать, подобное не для каждодневного повторения. Спустя минут десять в дверь кто-то аккуратно постучал. Арсений с трудом открыл глаза, почему-то очень жутко хотелось спать. «Ну, кого там черти принесли?» — мысленно вопросил он и, встав, пошел открывать. На пороге стояла Марьям. Арсений растерянно посмотрел на девушку.

— Чего тебе? — не очень вежливо поинтересовался он.

Реакция девушки его еще больше удивила, она сделала быстрый скользящий шаг вперед и стремительно, фактически неуловимо, поцеловала его в губы.

— Спасьибо, — жутко исковеркав слово, произнесла она и пошла к своей каюте.

Арсений тряхнул головой.

— Приснится же такое, — пробормотал он и, закрыв дверь, отправился обратно в кровать.

Когда он выполз к завтраку, вся кают-компания встретила его бурными аплодисментами, правда, в основном это касалось немцев, за их столом отсутствовал только Дитер, дежуривший на мостике. Дерганный, как всегда с наброшенным на лицо капюшоном, поприветствовал Арсения, подняв правую руку, первая человеческая эмоция за пять дней, обычно его рука тянулась к рукояти пистолета. Марьям тоже проявила какую-то человечность и соизволила кивнуть, правда, лицо девушки осталось все таким же строгим. Глядя на нее, Арсений действительно решил, что ему приснилось, как она постучалась в его дверь и чмокнула его в губы.

Ниманд поднялся со своего места и долго тряс его руку, благодаря сразу на двух языках, с русского перепрыгивая на немецкий и обратно.

— Доброе утро, — присев за столик напротив наемницы, поздоровался Лавр.

Та еще раз кивнула, но губы девушки дрогнули в подобие улыбки. «Прогресс», — подумал про себя Лавров.

Но на этом сюрпризы не кончались, Дитрих сделал русский завтрак, ни одного традиционного немецкого блюда, что, скорее всего, было для него подвигом. Горячие сырники со сметаной или сгущенкой, омлет, свежевыпеченный хлеб и булочки, чай с Цейлона, единственной планете в галактике, на которой он рос, правда, у немцев не нашлось варенья, но кок и здесь выкрутился, поставив несколько мисочек с различными джемами.

— Русские и правда так завтракают? — спросил наемница по-английски.

Арсений опешил, вопрос был неожиданным, пять дней девушка хранила молчание и тут вдруг решила заговорить. Примерно тоже произошло бы, если бы с Арсением заговорила прикроватная тумбочка. Но девушка смотрела на него своими карими, почти темными, глазами и ждала ответа.

— Нет, — справившись с собой, наконец, произнес он, — так это видят немцы, и я не русский.

На лице Марьям появилась усмешка.

— Жаль, мне нравятся эти творожные оладьи.

Больше она ничего не сказала и принялась за сырники.

Когда с завтраком было покончено, Ниманд попросил Арсения подняться в рубку. Спровадив Дитера, который был единственным, кто казалось, не радовался удачному окончанию погони, капитан указал на освободившееся кресло. Арсений поведение помощника подметил лишь мельком, но эту странность запомнил

— Я хотел бы еще раз поблагодарить тебя, — перейдя на русский, произнес капитан.

Арсений отмахнулся.

— Брось, Отто, мы были в одной лодке, я спас свою шкуру, а заодно и ваши.

— Я понимаю, — согласился немец. — Если тебе потребуется услуга, я и мой корабль в твоем распоряжении. Можешь на меня рассчитывать, а на Дитера не обращай внимания, он просто завидует.

— Спасибо, — поблагодарил Арсений, но про себя подумал, а зависть ли причина неприязни немца. — У вас есть запись вчерашнего эфира?

— Ты к чему клонишь?

— К тому, что я не верю в совпадения. Что вы везете, Отто?

Ниманд задумался, а потом махнув рукой ответил:

— Оружие. Партию контейнеров пусковых ракет «Arrow».