Читаем Фиолетовое пламя полностью

Вряд ли когда-либо ей приходилось видеть нечто подобное. Великолепная пегая лошадь с серебристой гривой нетерпеливо потряхивала головой. Экипаж был лакированный, черный, с медными украшениями; он ослепительно сверкал на солнце. Возница в ливрее открыл перед ними дверцу. Внутри все было обтянуто дорогой красной кожей.

— Рейз, Боже мой, где вам только удалось такое достать?

Он засмеялся, довольный:

— Для вас — все самое лучшее, Грейси.

Взор ее встретился с его дерзким, прямым взглядом. Она невольно залилась краской и отвела глаза в сторону.

Он помог ей сесть. Грейс понимала, что это смешно, но она чувствовала себя королевой. Провела пальцами по мягкой коже; карета осела под тяжестью Рейза. Она искоса взглянула на него и заметила, что он наблюдает за ней, слегка улыбаясь. Она тотчас же чинно сложила руки на коленях и чопорно выпрямилась. Возница захлопнул дверцу, взобрался на козлы, и карета покатила.

— Он ваш, если пожелаете, — сказал Рейз.

— Что ?

— Если пожелаете, этот экипаж будет вашим. Она молчала, потрясенная до глубины души. Взгляд его потеплел.

— Мне было бы приятно делать вам подарки, Грейс.

Глаза ее расширились:

— Что еще взбредет вам в голову? «Эх, — подумал Рейз, — если б ты только знала!» К ее немалому удивлению, он стал развлекать ее, показывая местные достопримечательности.

— Этот особняк называется Данлайт. Его еще в сорок третьем построил Джек Фарингтон, англичанин. Во время войны дом буквально сровняли с землей. Сыновья Фарингтона отстроили его, восстановили почти в точности.

— Замечательный дом, — одобрила Грейс, вытянув шею, чтобы в последний раз взглянуть на массивный, кирпичный, окруженный колоннами особняк.

— А вот Фэрфакс. — Рейз показал ей еще на один особняк, на этот раз белый, с облупившимися от непогоды стенами. — Здесь тоже сдаются комнаты. Хозяйка его, миссис Берген, — вдова, как и Харрит. Хотя она мало похожа на миссис Голд. Грейс вопросительно посмотрела на него.

— Она уже совсем древняя старушка и немного забывчива. Ей, наверное, лет девяносто. Ее слуга, негр, бывший раб Бергенов, наверное, еще старше ее. Он тоже забывчив до крайности. Но оба они добрые, милые люди.

— Ну тогда не так уж страшно, что у них плохо с памятью. Рейз усмехнулся:

— Они не только забывают получать деньги с постояльцев, на что, я думаю, никто не стал бы жаловаться, но время от времени забывают и кормить их.

Грейс с трудом сдерживала улыбку.

— Я это прочувствовал на себе, — добавил Рейз.

Она не могла больше сдерживаться и рассмеялась.

Выглянув снова в окно экипажа, Грейс восхищенно ахнула при виде парохода. Он был красно-белый, трехпалубный, с громадным гребным колесом. На борту красовалась надпись: «Королева Миссисипи».

— Ой, какое чудо! Куда он идет?

— В Новый Орлеан, — ответил Рейз.

— В Новый Орлеан! Сколько же до него плыть? А пассажиры спят на борту?

— Да, разумеется. — Экипаж остановился. — Туда нужно плыть двое суток и еще день.

— Куда вы меня ведете? — воскликнула Грейс. Рейз широко улыбнулся и провозгласил:

— На речную прогулку!

Глаза Грейс широко распахнулись, когда Рейз повел ее к пристани, уверенно поддерживая под локоть.

— Но я ведь не могу плыть с вами до Нового Орлеана! Он рассмеялся:

— Мы только пообедаем. Экипаж будет ждать нас ниже по реке.

Он смотрел на нее весело, с любопытством.

Грейс приложила руку к сильно забившемуся вдруг сердцу.

— О! — выдохнула она. — Да, да, с удовольствием! Вид у него, когда они поднимались по сходням, был необыкновенно довольный.

— Давайте пройдемся по палубе.

— Хорошо, — согласилась Грейс, оборачиваясь, чтобы посмотреть на красивою женщину: она была ослепительна в своем белом, льняном, отделанном кружевом платье, с таким же белым кружевным зонтиком. Как и многие другие пассажиры, дама прогуливалась по палубе под руку со своим спутником.

— Идемте, — сказал Рейз и повел ее к носу парохода. Слишком поглощенная новыми впечатлениями, Грейс даже не обратила внимания на то, что он взял ее за руку. Корабельный гудок оглушительно взревел, и Грейс вздрогнула. Рейз прикрыл ей ладонями уши, когда ужасающий, бьющий по барабанным перепонкам гудок снова взорвал тишину. — Ну как, страшно?

— Для чего это?

— Чтобы предупредить об отплытии. Мы отходим через десять минут, — объяснил он, снова беря ее за руку.

На этот раз они стояли совсем близко друг к другу, и ничто больше не отвлекало ее внимания, поэтому Грейс сразу почувствовала на своей руке его ладонь, широкую, чуть влажную.

— Рейз, — с упреком произнесла она, тихонько высвобождаясь. Явно разочарованный, он тем не менее оставался джентльменом. Тронул ее за локоть, и они пошли дальше.

Остановились на носу, глядя на пристань и на грузчиков, которые, выстроившись в цепочку, разгружали какое-то судно. Легкое дыхание речного ветерка коснулось их лиц.

— Смотрите, Грейс. — Рейз обнял ее, чуть-чуть разворачивая.

Она не запротестовала, зачарованно смотрела, как матросы отвязывают причальные канаты и втаскивают на палубу сходни. Они работали быстро, слаженно.