Читаем Евгений Онегин полностью

XXIIXXII
At sister Tanya isn't looking; She lies in bed; a book she hasНо та, сестры не замечая, В постеле с книгою лежит,
And leaf by leaf through it is looking But nothing to her sister says...За листом лист перебирая, И ничего не говорит.
This kind of book yet doesn't show The writer's fancies in a row,Хоть не являла книга эта Ни сладких вымыслов поэта,
Nor pictures nor a wisdom thought That Virgin or Racine had got,Ни мудрых истин, ни картин, Но ни Виргилий, ни Расин,
Nor Scott, nor Byron, nor Seneka; The Lady's Fashion Journal hadНи Скотт, ни Байрон, ни Сенека, Ни даже Дамских Мод Журнал
Less influence on lady's head; It was, my friends, Martyn Zadeka,Так никого не занимал: То был, друзья, Мартын ЗадекаЗЗ,
The head of Chaldean wise men, Of dreams the fortune-teller then.Глава халдейских мудрецов, Гадатель, толкователь снов.
XXIIIXXIII
This thoughtful, interesting creation By travelling merchant them was broughtСие глубокое творенье Завез кочующий купец
One day to their isolation And for Tatyana they then bought:Однажды к ним в уединенье И для Татьяны наконец Его с разрозненной
Malvina's works but separated For several roubles he abated,"Мальвиной" Он уступил за три с полтиной, В придачу взяв еще за них
And in addition gave to them Collection of plain fables then, With them two Pentads, a grammar.Собранье басен площадных, Грамматику, две Петриады
Marmontel's volume them he gave.Да Мармонтеля третий том.
Martin Zadeka then became The pet of Tanya, and foreverМартын Задека стал потом Любимец Тани...
He comforts her in all her griefs And constantly with her he sleeps.Он отрады Во всех печалях ей дарит И безотлучно с нею спит.
XXIVXXIV
That dream aroused her misgivings.Ее тревожит сновиденье.
Not grasping ways to understandНе зная, как его понять,
Of dreadful fancy all the meanings Tatyana wants to find the end.Мечтанья страшного значенье Татьяна хочет отыскать.
In book's short contents, finds she out Some words that should explain aboutТатьяна в оглавленье кратком Находит азбучным порядком
The dreams: fir-trees, the hag, the bores, The East, the bear, snow-stormsСлова: бор, буря, ведьма, ель, Еж, мрак, мосток, медведь, метель
Etcetera.И прочая.
Her real doubt Zadeka never could resolve!Ее сомнений Мартын Задека не решит;
Her dream is sinister, it all At sad adventures pointed out.Но сон зловещий ей сулит Печальных много приключений.
Перейти на страницу:

Похожие книги

Том 2: Театр
Том 2: Театр

Трехтомник произведений Жана Кокто (1889–1963) весьма полно представит нашему читателю литературное творчество этой поистине уникальной фигуры западноевропейского искусства XX века: поэт и прозаик, драматург и сценарист, критик и теоретик искусства, разнообразнейший художник живописец, график, сценограф, карикатурист, создатель удивительных фресок, которому, казалось, было всё по плечу. Этот по-возрожденчески одаренный человек стал на долгие годы символом современного авангарда.Набрасывая некогда план своего Собрания сочинений, Жан Кокто, великий авангардист и пролагатель новых путей в искусстве XX века, обозначил многообразие видов творчества, которым отдал дань, одним и тем же словом — «поэзия»: «Поэзия романа», «Поэзия кино», «Поэзия театра»… Ключевое это слово, «поэзия», объединяет и три разнородные драматические произведения, включенные во второй том и представляющие такое необычное явление, как Театр Жана Кокто, на протяжении тридцати лет (с 20-х по 50-е годы) будораживший и ошеломлявший Париж и театральную Европу.Обращаясь к классической античной мифологии («Адская машина»), не раз использованным в литературе средневековым легендам и образам так называемого «Артуровского цикла» («Рыцари Круглого Стола») и, наконец, совершенно неожиданно — к приемам популярного и любимого публикой «бульварного театра» («Двуглавый орел»), Кокто, будто прикосновением волшебной палочки, умеет извлечь из всего поэзию, по-новому освещая привычное, преображая его в Красоту. Обращаясь к старым мифам и легендам, обряжая персонажи в старинные одежды, помещая их в экзотический антураж, он говорит о нашем времени, откликается на боль и конфликты современности.Все три пьесы Кокто на русском языке публикуются впервые, что, несомненно, будет интересно всем театралам и поклонникам творчества оригинальнейшего из лидеров французской литературы XX века.

Жан Кокто

Драматургия