Читаем Евгений Онегин полностью

The world with smile my muse was electing, The first success lent wings for us,И свет ее с улыбкой встретил; Успех нас первый окрылил;
Derzhavin old us was greeting, {31} To tomb descending blessed he us.Старик Державин нас заметил И в гроб сходя, благословил.
IIIIII
And as a law for me imputing Of passions tyrany unique,И я, в закон себе вменяя Страстей единый произвол,
With throng by passions deeply fusing, I brought my playful muse to fitС толпою чувства разделяя, Я музу резвую привел
For hot discussions of the gentry, The terror of the midnight sentry;На шум пиров и буйных споров, Грозы полуночных дозоров;
To them, to their senseless feasts She brought her fine and dear gifts,И к ним в безумные пиры Она несла свои дары
And like the Beccant could she gamble, With bowl sang she for the guests,И как вакханочка резвилась, За чашей пела для гостей,
And youth of those vanished days All after her could wildly dangle;И молодежь минувших дней За нею буйно волочилась,
And I was proud among friends Of new she-friend with windy trends.А я гордился меж друзей Подругой ветреной моей.
IVIV
I lagged behind as their member And ran away...Но я отстал от их союза И вдаль бежал...
She's after me.Она за мной.
And how often muse my tender Delighted silent route for meКак часто ласковая муза Мне услаждала путь немой
By sorcery of story's secrets!Волшебством тайного рассказа!
At rocks of the Caucasian districtsКак часто по скалам Кавказа
Like young Lenore under noon {32} With me was riding like a loom.Она Ленорой, при луне, Со мной скакала на коне!
And often at Taurida's beaches She brought me in the have of nightКак часто по брегам Тавриды Она меня во мгле ночной
At sea to hear for a while Of nereid unceasing whispers,Водила слушать шум морской, Немолчный шепот Нереиды,
Eternal choir or the waves, To lord of world the hymn of praise.Глубокий, вечный хор валов, Хвалебный гимн отцу миров.
VV
She capital forgot at distance, Its lustre, all its noisy feasts;И, позабыв столицы дальной И блеск и шумные пиры,
Перейти на страницу:

Похожие книги

Том 2: Театр
Том 2: Театр

Трехтомник произведений Жана Кокто (1889–1963) весьма полно представит нашему читателю литературное творчество этой поистине уникальной фигуры западноевропейского искусства XX века: поэт и прозаик, драматург и сценарист, критик и теоретик искусства, разнообразнейший художник живописец, график, сценограф, карикатурист, создатель удивительных фресок, которому, казалось, было всё по плечу. Этот по-возрожденчески одаренный человек стал на долгие годы символом современного авангарда.Набрасывая некогда план своего Собрания сочинений, Жан Кокто, великий авангардист и пролагатель новых путей в искусстве XX века, обозначил многообразие видов творчества, которым отдал дань, одним и тем же словом — «поэзия»: «Поэзия романа», «Поэзия кино», «Поэзия театра»… Ключевое это слово, «поэзия», объединяет и три разнородные драматические произведения, включенные во второй том и представляющие такое необычное явление, как Театр Жана Кокто, на протяжении тридцати лет (с 20-х по 50-е годы) будораживший и ошеломлявший Париж и театральную Европу.Обращаясь к классической античной мифологии («Адская машина»), не раз использованным в литературе средневековым легендам и образам так называемого «Артуровского цикла» («Рыцари Круглого Стола») и, наконец, совершенно неожиданно — к приемам популярного и любимого публикой «бульварного театра» («Двуглавый орел»), Кокто, будто прикосновением волшебной палочки, умеет извлечь из всего поэзию, по-новому освещая привычное, преображая его в Красоту. Обращаясь к старым мифам и легендам, обряжая персонажи в старинные одежды, помещая их в экзотический антураж, он говорит о нашем времени, откликается на боль и конфликты современности.Все три пьесы Кокто на русском языке публикуются впервые, что, несомненно, будет интересно всем театралам и поклонникам творчества оригинальнейшего из лидеров французской литературы XX века.

Жан Кокто

Драматургия