Читаем Это ты, Африка! полностью

Египет оказался расходной страной: всего неделю здесь, а я уже разменял шестьдесят немецких марок и три доллара и почти всё спустил. А ведь впереди ещё весь Египет! Для сравнения упомяну, что на поддержку турецкой экономики я израсходовал три доллара, иорданской — тоже три, сирийской — семь долларов (плюс расходы на визы).

Вовка Шарлаев даже превзошёл меня по растратам. Остальные старались экономить, а Казанцев, который недавно покинул нас, вообще был супер-экономным. Например, за все 50 дней своего пребывания в Египте он вообще не потратил ни единого доллара, расплачиваясь по договорённости билетами МММ и ненужными монетами. Казанцев экономил всё; в записной книжке он вёл микро-дневник микроскопическими буквами, оставляя между строчками пробел в толщину бритвы. Один маленький тюбик зубной пасты служил ему верой и правдой три месяца, и когда однажды кто-то хотел одолжить у него пасты, он ответил: «хорошо, только я сам тебе немного выдавлю, а то мне ещё до Москвы ею пользоваться!»

Забрав паспорта (уже со стоящими в них штампами об удвоении визы), мы занялись другими делами. Нашли, можно сказать, случайно, офис одной из египетских пароходных компаний. Может быть, они предоставят нам бесплатный проезд на пароме Асуан—Вади-Халфа? Но сия компания занималась лишь морским пароходством. Нам сказали, что офис компании, занимающейся нужным нам паромом, находится на главном ж.д. вокзале, и мы поехали туда.

Железнодорожный вокзал носил имя Рамсеса — египетского фараона в 1290–1224 гг. до н. э… Привокзальная площадь была набита людьми, таксистами и продавцами с такой плотностью, что казалось, будто здесь происходит митинг. С трудом протиснулись на вокзал. Где, интересно, здесь офис пароходной компании? Вскоре он был обнаружен. Скорее всего, это была даже не компания, а комната-касса, при этом ещё и закрытая (надпись гласила, что заведение работает с 9 до 12 часов).

Решили изучить расписание поездов. Но его нигде не было. Странно! Зашли в офис Information; там сидел человек.

— Расписания у нас нигде не висят, но я знаю всё! — гордо сообщил он.

Оказалось, что из железных дорог Египта для пассажиров открыта только одна линия, идущая вдоль Нила: Александрия—Каир—Асуан. По ж.д. веткам, отходящим от основной, велось только грузовое движение.

Так, несолоно хлебавши, поехали обратно в Культурный центр. Купили карточки на метро, всунули их на входе, а на выходе не стали вставлять их в турникет, зная, что автомат их съест (а нам хотелось сохранить карточки каирского метро в качестве сувениров). Но злой служащий, бдительно следящий за тем, чтобы все вставляли карточки на выходе, поймал нас. Сперва он отвёл нас к дежурному по станции, потом в полицейский участок и в другие места, пытаясь извлечь с нас астрономический штраф. Мы объясняли нашу сущность и показывали наши карточки, доказывая, что честно оплатили проезд на метро, но хотели оставить сии одноразовые карточки на память. Все смеялись и прощали нас, но бдительный работник метро всё пытался обогатиться за наш счёт, и только потом, в конце концов, отпустил нас, отправившись на поиск других преступников. Карточки нам всё-таки оставили.

Сегодня появился вновь в Каире наш «провожающий до Египта» Гриша Кубатьян. Он побывал в гостях у своего знакомого в Танте и теперь, торопясь домой, уже мнил себя на родине. Мы передали с ним в Россию несколько фотоплёнок и посланий, кои он и довёз в целости.

Сегодня также посетили посольство России и получили там письмо, которое должно было способствовать нам в уплытии гидростопом из Асуана. В нём говорилось, что мы путешественники и не имеем в своей деятельности криминальных, политических или военных намерений. Это нам и требовалось. По экземпляру письма получили: А.Кротов, П.Марутенков, А.Петров, В.Шарлаев, К.Шулов, а также Г.Кубатьян, который мечтал с помощью этого письма упароходиться из Александрии.

14 марта, воскресенье.

Последний день в Каире.

Утром мы с Андреем Петровым отправились на ж.д. вокзал, где были расположены пароходные кассы, — узнать что-нибудь о пароме Асуан — Вади Халфа. Кассы должны были открыться в девять утра, но даже в десять никого там не было. Вместе с нами открытия касс ожидали двое суданцев высокого роста и тёмно-негритянского цвета. От них стало известно, что билет стоит 77 фунтов и что паром ходит раз в неделю; путь же его занимает 17 часов. Суданцы угостили нас «сэндвичами» (пустотелыми двухслойными египетскими лепёшками, куда заливается фуль (фасолевый суп)).