Читаем Эскапизм (СИ) полностью

Я вышел за дверь и приблизился к столу секретаря, который, к моему удивлению, был пуст. Странно. На столе стоит губная помада, блеск, открытая вкладка интернета, где она сидела в соц. сети и лак для ногтей. Сто процентов она стоит со своими сплетницами-коллегами и обсуждает последние новости. Придется мне самому зайти к мистеру Леменсу.

- Джессика, сообщите о моем визите мистеру Леменсу, - говорю я его секретарю.

- А, мистер Роунстон, я как раз звонила Амелии Фаррелл, чтобы она напомнила вам о том, что мистер Леменс хотел вас видеть. Прошу проходите, он уже вас ожидает.

- Да? Спасибо, Джессика.

Напомните мне подать заявление на увольнение Амелии. Я конечно терпеливый человек, но это уже слишком: отсутствие на рабочем месте, соц. сети на компьютере, лак для ногтей, не выполнение своих обязанностей и еще много прочего. Сегодня же скажу Клэю, что мне нужен новый секретарь.

Я стучусь в дверь и захожу.

- Добрый день, мистер Леменс, - говорю я, - вы хотели меня видеть?

- Здравствуй Джереми. - отвечает тот, - Да, проходи и садись, я думаю, нам есть что обсудить.

- Перед этим я хотел бы отдать вам вот это, если вы не возражаете.

Леменс кивает, и я отдаю ему папку.

- Очень вовремя, очень. Знаешь, о чем я хочу с тобой поговорить? - задает риторический вопрос он. - Как раз о твоем сотрудничестве с мисс Картер. Я вижу, ты принес её портфолио, а значит, уже ознакомился с ним.

- Если уточнить, мистер Леменс, я не смотрел его. Оно оказалось у меня чисто случайно. - возражаю я.

- Вот как. Зря, очень хорошие работы, - настаивает Леменс.

Он открывает ящик стола и достает сигару.

- Не возражаешь? - спрашивает он.

- Нисколько. Так о каком сотрудничестве идет речь?

- С этого дня и до конца месяца вы будете работать над одним и тем же проектом. Джереми, я тебя очень прошу помочь Ернестайн освоится и привыкнуть к работе. Через месяц мистер Хариссон уходит с нашей фирмы, точнее улетает. Ему предложили работу в Штатах. Ну а пока он все еще здесь, ты с мисс Картер будете делить один кабинет.

- Что?! Кабинет? - возмущаюсь я.

- Именно он. Я уже позаботился о том, чтобы внесли второй стол и переделали обстановку.

Делить собственное пространство с какой-то теткой?! Да что он себе позволяет?!

- Что об этом думает Клэй? - спрашиваю я.

- Он одобрил эту идею.

Через несколько секунд, видя мое недовольство, Леменс продолжает:

- Джереми, это не навсегда. Вы сработаетесь, вот увидишь.

Мда уж, сработаюсь.

- График уже есть? - спрашиваю я.

- Все нюансы я вышлю тебе почтой. Спасибо, что отнесся к этому с пониманием.

Еще немного посидев и выпив кофе с мистером Леменсом, я отправился к себе в отдел. По дороге к нему я увидел Амелию.

- Вот сюда, аккуратней - угол. Быстрее заносите, - направляла девушка двух мужчин, что тащили новый стол в мой кабинет.

Я прошел за ними и увидел, что мой письменный стол сдвинут от окон и прижат к стене с правой стороны. Слева, ближе к двери, расположился второй, бежевого цвета стол с бирюзовым креслом на колесах. Еще только внесли мебель, вещей новой сотрудницы нету. Наверное, она будет здесь уже завтра. Черт, я больше не смогу курить в помещении, разговаривать о всякой фигне с Ником и жаловаться на жизнь Бэмби. Никакого личного пространства, ребята. Эмм.. Когда там уже отпуск?


Что может быть скучнее, чем дожидаться окончания рабочего дня? Разве что только мелодрамы и кроссворды. Хотя кроссворд - неплохой вариант, но у меня его нету. Интересно, уборщица когда-нибудь протирала ту верхнюю полку? Наверное, нет. А окно? Тоже нет. Эх, и за что им платят зарплаты? Уже 15:47. Еще час с чем-то сидеть здесь нудится. Бэмби могла уже проснуться после ночной смены. "Бэмб, прости, я устал и не смогу сегодня заехать. Передавай маленькому супер-герою и Дэйву "привет". Я за вами соскучился."

Нажимаю отправку и смотрю, как приходит отчет о доставке.


Я сидел с закрытыми глазами, думал о высоком, и засыпал над кучей бумаг, когда в мой, или не мой уже, кабинет кто-то зашел, даже не постучав. Я поднял голову со стола и увидел девушку. Увидев меня, она застыла на месте и открыла от удивления рот. Вот нахалка, стоит и пялится на меня, как будто привидение увидела. Я что такой страшный что ли? Или она решила сыграть в "Кто кого пересмотрит"? Я отвечаю ей таким же взглядом, и в ту же секунду девушка отводит глаза.

- Извините, что разбудила, - говорит она, - Я не думала, что здесь может кто-нибудь быть в такое время.

В какое "такое время"? Я смотрю на наручные часы. 18:57. Черт! Неплохо я закрыл глаза на пять минут. Развернувшись на стуле, я смотрю в окно, где солнце прячется за горизонт. Красиво.

- Я не спал, просто заработался. - поворачиваюсь к девушке и продолжаю, - Трудный день выдался. А вы, собственно, кто и что забыли в моем кабинете?

Перейти на страницу:

Похожие книги

Калигула
Калигула

Порочный, сумасбродный, непредсказуемый человек, бессмысленно жестокий тиран, кровавый деспот… Кажется, нет таких отрицательных качеств, которыми не обладал бы римский император Гай Цезарь Германик по прозвищу Калигула. Ни у античных, ни у современных историков не нашлось для него ни одного доброго слова. Даже свой, пожалуй, единственный дар — красноречие использовал Калигула в основном для того, чтобы оскорблять и унижать достойных людей. Тем не менее автор данной книги, доктор исторических наук, профессор И. О. Князький, не ставил себе целью описывать лишь непристойные забавы и кровавые расправы бездарного правителя, а постарался проследить историю того, как сын достойнейших римлян стал худшим из римских императоров.

Зигфрид Обермайер , Михаил Юрьевич Харитонов , Даниель Нони , Альбер Камю , Мария Грация Сильято

Биографии и Мемуары / Драматургия / История / Исторические приключения / Историческая литература
Том 2: Театр
Том 2: Театр

Трехтомник произведений Жана Кокто (1889–1963) весьма полно представит нашему читателю литературное творчество этой поистине уникальной фигуры западноевропейского искусства XX века: поэт и прозаик, драматург и сценарист, критик и теоретик искусства, разнообразнейший художник живописец, график, сценограф, карикатурист, создатель удивительных фресок, которому, казалось, было всё по плечу. Этот по-возрожденчески одаренный человек стал на долгие годы символом современного авангарда.Набрасывая некогда план своего Собрания сочинений, Жан Кокто, великий авангардист и пролагатель новых путей в искусстве XX века, обозначил многообразие видов творчества, которым отдал дань, одним и тем же словом — «поэзия»: «Поэзия романа», «Поэзия кино», «Поэзия театра»… Ключевое это слово, «поэзия», объединяет и три разнородные драматические произведения, включенные во второй том и представляющие такое необычное явление, как Театр Жана Кокто, на протяжении тридцати лет (с 20-х по 50-е годы) будораживший и ошеломлявший Париж и театральную Европу.Обращаясь к классической античной мифологии («Адская машина»), не раз использованным в литературе средневековым легендам и образам так называемого «Артуровского цикла» («Рыцари Круглого Стола») и, наконец, совершенно неожиданно — к приемам популярного и любимого публикой «бульварного театра» («Двуглавый орел»), Кокто, будто прикосновением волшебной палочки, умеет извлечь из всего поэзию, по-новому освещая привычное, преображая его в Красоту. Обращаясь к старым мифам и легендам, обряжая персонажи в старинные одежды, помещая их в экзотический антураж, он говорит о нашем времени, откликается на боль и конфликты современности.Все три пьесы Кокто на русском языке публикуются впервые, что, несомненно, будет интересно всем театралам и поклонникам творчества оригинальнейшего из лидеров французской литературы XX века.

Жан Кокто

Драматургия