Читаем Эскапизм (СИ) полностью

Ник прав, я не должен убиваться из-за очередной пустышки, ведь мы ничем друг другу не обязаны и она это прекрасно знала, отдаваясь мне. Ей ли было не знать, что именно такой неприятный финал ожидает наше прекрасное, на первый взгляд, знакомство. И я это знал, но сейчас я чувствую себя побитым, как никогда, или даже больше подходит слово "разбитым". Давно уже я не ощущал себя так паршиво. Нет-нет-нет. Я не хочу возвращаться к прежнему Джереми, с растерянным выражением лица и наивностью. А главное - я сочувствовал и жалел людей, чего нельзя делать мне "новому". Тот Джереми остался стоять возле аэропорта в ожидании родителей, даже когда знал, что их больше нет. Я никогда не стану прежним, я не позволю этому случится. Я больше никогда не стану думать о других, мне все равно. С этого момента и навсегда. Я беру мобильный и набираю наизусть заученный номер.

- Служба доверия, вас слушаю. - говорит женский голос, - Что у вас случилось? Вы в безопасности?

- Нет, я на грани, - отвечаю я, - Как вас зовут?

- Селена, - говорит девушка, - Так что у вас случилось?

- Селена, будьте добры, передайте мой вызов Бэмби, пожалуйста. - говорю я.

- Нам не положено передавать вызовы. - отрезает девушка.

- Прошу вас, это очень важно. Скажите ей, что вызывает тяжело больной.

- Ладно, но на вашей совести останется, если меня уволят. Соединяю, ждите.

- Большое спасибо.

Несколько гудков и я слышу знакомый голос.

- Джереми, что у тебя опять случилось? - спрашивает Бэмби. - Если ты звонишь просто поболтать, то имей в виду, что за эти пять минут покончит с собой больше ста человек.

- Бэмби, я и сам не уверен, что не отношусь к их числу. Мне плохо, спаси меня и пойми меня.

- Ты где сейчас? На работе?

- Да, я только пришел сюда и уже хочу повеситься на своем шнурке. Хотя он меня вряд ли выдержит.

- Меньше ешь свое рагу и выдержит. Ты как всегда шутишь. Так что с тобой в этот раз?

Я рассказал Бэмби все, что мучает меня и то, что, чувствую, будет мучить в дальнейшем. Когда я выговорился, мне стало намного легче, и я благодарен подруге, что она не стала перебивать меня, как это любит делать Ник. За что я ценю Бэмби? Она меня понимает. Единственный человек на свете, который может проникнуть в мои бредни и не только выслушать их, но и придумать способ излечения. Это, можно так сказать, друг по депрессии. Когда плохо ей - я рядом, когда мне - она. Так продолжается не один год, и я ни на миг не сомневался в верности Бэмби. Мы дружили еще задолго до того, как она вышла замуж, и у неё появился ребенок. Поначалу, Дейв, её муж, жутко ревновал суженую ко мне, но, после его сотой слежки, увидев нас в детском мире, примеряющих розовые шапочки, наконец-то успокоился. А еще я люблю их сына Кайла. Кай, так привык называть его я, каждый раз, когда меня видит, подбегает ко мне и прыгает на руки с криками "Джекки Чан!". Не понимаю, почему именно Чан? Все, что я могу, так это стоять на руках и пару десятков раз отжаться. Когда я спрашиваю малого об этом, он твердит, что я самый сильный человек на планете. Пусть это и неправда, но мне все равно очень приятно это слышать.

Еще Кайл сладкоежка и очень любит все, что касается конфетного отдела. Я всегда втайне от его мамы покупаю мороженое, за что Бэмби на меня кричит и подолгу злится. Когда мы с ней начинаем спорить об этом на улице, то выглядим, типичной семейной парой. Так и вижу, как какая-то мамочка тычет на нас пальцем и улыбается с того, что милый бранятся. Бэмби и я уже привыкли к такому и не обращаем на это внимание.

- Так, Джереми, перестань хлюпать носом, - говорит Бэмб в конце моего монолога, - Приходи ко мне после работы, если не пройдет. У меня сейчас кончается ночная смена, и я очень устала. В конце концов, займись делами. Уж они тебя успокоят, я тебе отвечаю.

- Спасибо, мой личный психотерапевт, - говорю я.

- Психолог, Джер, психолог, - поправляет подруга.

Я откинулся на спинку кресла и закрыл глаза. Они до сих пор красные и ужасно пекут, после бессонной ночи. Бэмби сказала мне не зацикливатся и отдохнуть от девушек, пообещав порвать на мелкие кусочки мой список. Я, в свою очередь, пообещал сделать передышку. Сейчас мне хочется одного - спать. О-очень долго спать. Сто лет уже по-нормальному не высыпался.

Прошло два часа, а успел придумать тысячу поводов для того, чтобы свалить домой. Когда я все-таки решился это сделать, то увидел папку на своем столе. Портфолио Ернестайн, я о нем вовсе забыл и мистер Леменс наверняка уже перерыл весь свой кабинет в его поисках. Я нажал на вызов секретаря, но принимать его Амелия, походу, даже не думала. Опять эта нахалка красит ногти на рабочем месте. Ох уж Амели, сейчас выйду и сделаю замечание по этому поводу. Нужно на кого-то покричать, иначе я с ума сойду в этой тишине.