Читаем Девочка из пустыни полностью

С огромным трудом Касым оторвался от нее и покинул юрту совсем пьяный, точно выпил бурдюк кумыса. Озираясь, он зашагал к своей юрте. В голове Касыма все смешалось: и необузданная страсть, и страх, и стыд перед младшим братом. Мысли путались: ему хотелось побыть одному и успокоить себя. И Касым свернул к своему загону и укрылся за кучей сухого саксаула. Там сел на песок. Ему до сих пор не верилось в случившееся. Если не сама Юлдуз, он не смог бы даже пальцем дотронуться до нее. И Касыма поразила смелость и развратность невестки. Кто бы мог подумать, что она такая? Касым не знал: радоваться этому или огорчаться. Конечно, жалко брата, но что делать, если ему не повезло с женой. В этом деле нет моей вины, говорил себе средний брат. Так он искал себе оправдания, чтобы нынче ночью сойтись с ней.

Немного остыв, Касым вернулся в свою юрту. Тем временем жена сидела у прялки и спросила:

– Уже закончили починку юрты?

– Закончили, – и муж растянулся на одеяле. – Принеси мне горячего чая.

Отныне Касым не мог думать ни о чем, как о ней, о предстоящей ночи в низине. Он был так увлечен этой мыслью, что совсем забыл об опасности. Впрочем, временами его разум брал верх, и Касым ругал себя за греховные мысли овладеть невесткой. Однако чувство стыда было недолгим, и опять страсть брала вверх. Тогда Касым решил, что ему нужно отвлечься каким-нибудь делом. Он вышел из юрты и занялся ремонтом седла.

Наступил вечер, и со своими стадами братья начали возвращаться в стойбище. Как обычно, ужин у мужчин был общий – в юрте отца. Старик был доволен своим семейством.

Касым сидел рядом с Халилом и краем глаза поглядывал на брата. А тот уже выпил из чашки бульон и принялся за большую кость, откусывая мясо. Лицо его было вполне обычным. Значит, младший брат ни о чем не догадывается, успокоил себя Касым. Но вскоре его охватил стыд перед всей родней. Это тяжкий грех, ему этого не простят. «Аллах накажет меня». И после таких слов Касым нашел в себе силы, чтобы не осквернять себя этой близостью. На душе стало легче.

В тот вечер, немного поговорив о делах, мужчины разошлись по юртам.

Касым вернулся к себе без «грязных» мыслей. Прочитав короткую молитву, он сразу лег. Сарем же закончила шитье, задула свечу и вытянула ноги рядом.

Чтобы не думать о развратной невестке, Касым решил сразу уснуть. Однако сон никак не шел, и в голову лезли всякие мысли. И опять перед глазами возник образ нагой Юлдуз. Как такое забыть? А еще ее манящая улыбка любого мужчину сведет сума. И опять Касым ослаб, хотя и осознавал, что это проделки самого шайтана. В полночь он решился пойти на свидание, хотя его все еще мучила совесть. Он нашел своему греху оправдание: он давно недолюбливал Халила за грубые речи, за непочтение старших братьев и за то, что бил жену без всякого повода.

В полночь Касым тихо вышел из юрты, бросив на плечи синий халат. Так в темноте он был почти не заметен. Можно было идти. Его охватило волнение. Оглядываясь вокруг, он направился к загону, затем обогнул его и спустился в низину.

Юлдуз сидела на песке, обхватив ноги. Это был ее силуэт. И сердце Касыма забилось еще сильнее. Он опустился рядом и сразу обнял ее за плечи. Лицо Юлдуз светилось безумной радостью. Она тоже прижалась. На ней был узорчатый новенький халат, а под ним нагое тело, которое сияло от лунного света. Затем Касым скинул с ее плеч халат, и ее груди засияли при лунном свете. Он стал разглядывать ее, ведя с ней беседу. Оба были смущены.

– Не мучайте, скорее обнимите, теперь я ваша. Как бы хотелось быть вашей женой. Об этом я не раз мечтала, и вот этот день настал. Кажется, я теряю разум.

Затем и он сбросил свой халат, и они легли на теплый песок. Тела влюбленных сразу сплелись. После всего Юлдуз села рядом и спросила, надев халат:

– Ну как, вам понравилось мое тело?

В ответ Касым улыбнулся и кивнул головой.

– Нам нельзя здесь долго оставаться: муж может заметить.

– Разве он не заснул, когда ты ушла?

– Спал. И все же нужно быть осторожным, иначе плохо кончится. Если Халил узнает о нашей связи, то мне не жить.

В этом Касым не сомневался, ибо сам убил бы свою Сарем, случись с ней такое. Такой позор нельзя прощать женщине.

– Скажи мне, страсть для тебя дороже жизни? – задал вопрос Касым.

– Это у вас страсть – у меня же любовь. Я люблю вас давно и всегда наблюдаю за вами с юрты, когда возвращаетесь с пустыни. Но вы, словно слепец, не видели меня. И вот сегодня моя душа не выдержала. Я знала, что вы пройдете возле нашей юрты, и стала мыться в тазу. Я люблю вас, потому что вы не грубый, добрый…

– Ты совсем смелая или безумная, – сказал Касым.

– Только прошу, не думайте обо мне дурно. Я больна вами и ничего не могу с собой поделать. Когда мы еще раз сойдемся?

– Мы не можем часто видеться – это опасно. Давай через три дня.

Первой ушла Юлдуз и исчезла в темноте. Шла она быстро, озираясь вокруг: к ней вернулся страх. В ночи она не заметила никаких теней.