Читаем Аргонавтика полностью

1150 Но вот на море зыбь поднялась под порывами ветра,     Ветра, который с морских берегов в предвечерье повеял.     Стали герои тише грести, сказалась усталость.     Изнемогавших совсем подменил силой рук своих мощных     Зевсов сын, он один тащил корабль крепко сбитый.1155 Но когда миновали, стремясь к берегам Мисийским,     Риндакийские устья* они и курган Эгеона,     Из-под Фригийской земли вблизи на все это глядя,     Тут Геракл, взрезая волны бурного моря,     Переломил весло пополам. Сжимая обломок,1160 С ним в руках на скамью неожиданно он повалился,     Море другой поглотило обломок. Геракл, озираясь,     Сел и молчал. Ведь руки его не привыкли к безделью.     Час наступил, когда с поля идет садовник иль пахарь     Радостно к месту ночлега, лишь об еде помышляя,1165 И на пороге свои утомленно склоняет колени,     Черные пылью и солнцем, взирая на стертые руки,     Многие беды суля своему ненасытному чреву.     В это время достигли герои границ Кианиды     Возле Арганфонейской горы* и Киосского устья.1170 Приняли их дружелюбно, прибывших гостями, мисийцы,     Жители этой страны; и все, в чем нуждались пришельцы,     Туши баранов и много вина, принесли им в подарок.     После одни стали хворост сухой собирать, а другие,     Срезав зелени мягкой в лугах, несли в изобилье1175 Для подстилок, а третьи усердно крутили огниво;     Все остальные, вино разведя, готовили ужин,     Аполлону Экбасию справив вечернюю жертву.     Зевсов сын, друзьям наказав пир наладить на славу,     Сам отправился в лес, надеясь весло себе выбрать1180 Новое и по руке взамен того, что сломалось.     Там побродив, он сосну увидал без веток обильных     И не цветущую вовсе, скорее сравнить ее было     С отпрыском тополя стройного, ибо такою широкой     Видом была и длиною. Быстро наземь он сбросил1185 Лук свой и колчан, вмещающий острые стрелы,     С плеч широких затем он скинул львиную шкуру.     Палицей, медью обитой, снизу ударил по древу,     Ствол обхватил руками, на силу свою полагаясь,     Ноги широко расставив, плечом могучим уперся1190 И, хоть и были у той сосны глубокие корни,     Вырвал ее из земли с корнями и комьями вместе.     Как корабельную мачту, когда Орион* погубитель     В зимнюю стужу начнет склоняться к закату, внезапно     Бури шквальный порыв, пронзительным ветром ударив1195 Сверху, с клиньями вместе из-под канатов уносит, —     Так он вырвал сосну. Потом взял лук свой и стрелы,     Палицу поднял свою и шкуру, спеша возвратиться.     Гил между тем*, оставив всех прочих, с медным кувшином     Стал источник священный искать, чтоб к приходу Геракла
Перейти на страницу:

Все книги серии Литературные памятники

Похожие книги

Собрание сочинений. Том 2. Мифы
Собрание сочинений. Том 2. Мифы

Новое собрание сочинений Генриха Сапгира – попытка не просто собрать вместе большую часть написанного замечательным русским поэтом и прозаиком второй половины ХX века, но и создать некоторый интегральный образ этого уникального (даже для данного периода нашей словесности) универсального литератора. Он не только с равным удовольствием писал для взрослых и для детей, но и словно воплощал в слове ларионовско-гончаровскую концепцию «всёчества»: соединения всех известных до этого идей, манер и техник современного письма, одновременно радикально авангардных и предельно укорененных в самой глубинной национальной традиции и ведущего постоянный провокативный диалог с нею. Во второй том собрания «Мифы» вошли разножанровые произведения Генриха Сапгира, апеллирующие к мифологическому сознанию читателя: от традиционных античных и библейских сюжетов, решительно переосмысленных поэтом до творимой на наших глазах мифологизации обыденной жизни московской богемы 1960–1990‐х.

Генрих Вениаминович Сапгир , Юрий Борисович Орлицкий

Поэзия / Русская классическая проза
Мир в капле росы. Весна. Лето. Хайку на все времена
Мир в капле росы. Весна. Лето. Хайку на все времена

Утонченная и немногословная японская поэзия хайку всегда была отражением мира природы, воплощенного в бесконечной смене времен года. Человек, живущий обыденной жизнью, чьи пять чувств настроены на постоянное восприятие красоты земли и неба, цветов и трав, песен цикад и солнечного тепла, – вот лирический герой жанра, объединяющего поэзию, живопись и каллиграфию. Авторы хайку создали своего рода поэтический календарь, в котором отводилось место для разнообразных растений и животных, насекомых, птиц и рыб, для бытовых зарисовок и праздников.Настоящее уникальное издание предлагает читателю взглянуть на мир природы сквозь призму японских трехстиший. Книга охватывает первые два сезона в году – весну и лето – и содержит более полутора тысяч хайку прославленных классиков жанра в переводе известного востоковеда Александра Аркадьевича Долина. В оформлении использованы многочисленные гравюры и рисунки средневековых японских авторов, а также картины известного современного мастера японской живописи в стиле суми-э Олега Усова. Сборник дополнен каллиграфическими работами Станислава Усова.В формате PDF A4 сохранён издательский дизайн.

Александр Аркадьевич Долин , Поэтическая антология

Поэзия / Древневосточная литература
Собрание стихотворений
Собрание стихотворений

КОРОТКО О СЕБЕРодился в 1936 г. в Архангельской области. Но трех лет меня увезли оттуда. Детство прошло в сельском детском доме над рекой Толшмой — глубоко в Вологодской области. Давно уже в сельской жизни происходят крупные изменения, но для меня все же докатились последние волны старинной русской самобытности, в которой было много прекрасного, поэтического. Все, что было в детстве, я лучше помню, чем то, что было день назад.Родителей лишился в начале войны. После детского дома, так сказать, дом всегда был там, где я работал или учился. До сих пор так.Учился в нескольких техникумах, ни одного не закончил. Работал на нескольких заводах и в Архангельском траловом флоте. Служил четыре года на Северном флоте. Все это в равной мере отозвалось в стихах.Стихи пытался писать еще в детстве.Особенно люблю темы родины и скитаний, жизни и смерти, любви и удали. Думаю, что стихи сильны и долговечны тогда, когда они идут через личное, через частное, но при этом нужна масштабность и жизненная характерность настроений, переживаний, размышлений…

Николай Михайлович Рубцов

Поэзия