Читаем Аргонавтика полностью

1400 Стали с их появленьем* землей и пылью. Единый     Понял божье чудо Орфей и воззвал, умоляя:     «О богини разумные, светлые, милость явите!     О владычицы! Вы сродни богам ли небесным     Или земным, пустыни ли нимфами вас называют!1405 Нимфы! Придите, о нимфы, священный род Океана!     К нам, молящим усердно, явитесь и покажите     Либо горный родник с водою, либо на суше     Из-под земли струящийся ключ, которым, богини,     Мы смогли бы унять непрерывно палящую жажду!1410 Если же вновь морским путем придем мы в Ахейю,     Много тысяч даров вам дадим, как и главным богиням,     И возлиянья свершим и начнем пировать в благодарность».     Громко так говорил, умоляя. Они пожалели     Тех, кто страдал возле них. Из земли они вдруг прорастили1415 Прежде всего траву, из травы протянулись все выше     Длинные ветви, потом побеги цветущих деревьев.     Вскоре, прямо встав над землей, они выросли к небу;     Тополем черным стала Геспера, Эрифеида     Вязом предстала очам, а Эгла — священною ивой.1420 Из-под этих деревьев вышли они и свой прежний     Приняли облик. Дивное чудо! А Эгла героям,     Жаждой томящимся, молвила ласково слово такое:     «Знайте, что недавно в помощь большую в трудах вам     Тяжких прибыл сюда один негодяй, который,1425 Жизни лишив хранителя-змея, взял золотые     Яблоки наших богинь и прочь ушел, нам оставив     Горе ужасное. Только вчера пришел сюда страшный     Муж, испугавший нас и телом, и дикостью вида.     Был он лют, и сверкали глаза под нахмуренной бровью;1430 Был в шкуре огромного льва, недубленой и жесткой;     Ствол нерушимой оливы он нес и лук напряженный.     Стрелами и погубил он здесь чудовище это.     Прибыл он, как любой, кто пешим идет по дорогам;     Жажда его томила, он мчался по нашему краю1435 В поисках влаги. Однако найти не дано ему было.     Есть скала здесь одна вблизи болота Тритона.     Знал ли он сам про нее, по внушенью ли бога какого     Пяткою он ударил по ней, и вода заструилась.     Тут он лег на грудь, уперся в землю руками1440 И без конца пил из щели скалы, пока не насытил     Чрева глубокого, словно телка у водопоя».     Так она говорила. Они же, где Эглой указан     Был желанный родник, туда, веселясь, побежали,     Чтобы найти. Как возле узкого входа* кружатся1445 Трудолюбцы толпой муравьи или мухи, летая     Стаей над малою каплей сладкого меда, желают     Вместе к ней припасть, вот так герои минийцы толкались     Возле ключа у скалы всей толпой, веселясь непрестанно.     И, ликуя, один произнес, омочив себе губы:
Перейти на страницу:

Все книги серии Литературные памятники

Похожие книги

Собрание сочинений. Том 2. Мифы
Собрание сочинений. Том 2. Мифы

Новое собрание сочинений Генриха Сапгира – попытка не просто собрать вместе большую часть написанного замечательным русским поэтом и прозаиком второй половины ХX века, но и создать некоторый интегральный образ этого уникального (даже для данного периода нашей словесности) универсального литератора. Он не только с равным удовольствием писал для взрослых и для детей, но и словно воплощал в слове ларионовско-гончаровскую концепцию «всёчества»: соединения всех известных до этого идей, манер и техник современного письма, одновременно радикально авангардных и предельно укорененных в самой глубинной национальной традиции и ведущего постоянный провокативный диалог с нею. Во второй том собрания «Мифы» вошли разножанровые произведения Генриха Сапгира, апеллирующие к мифологическому сознанию читателя: от традиционных античных и библейских сюжетов, решительно переосмысленных поэтом до творимой на наших глазах мифологизации обыденной жизни московской богемы 1960–1990‐х.

Генрих Вениаминович Сапгир , Юрий Борисович Орлицкий

Поэзия / Русская классическая проза
Мир в капле росы. Весна. Лето. Хайку на все времена
Мир в капле росы. Весна. Лето. Хайку на все времена

Утонченная и немногословная японская поэзия хайку всегда была отражением мира природы, воплощенного в бесконечной смене времен года. Человек, живущий обыденной жизнью, чьи пять чувств настроены на постоянное восприятие красоты земли и неба, цветов и трав, песен цикад и солнечного тепла, – вот лирический герой жанра, объединяющего поэзию, живопись и каллиграфию. Авторы хайку создали своего рода поэтический календарь, в котором отводилось место для разнообразных растений и животных, насекомых, птиц и рыб, для бытовых зарисовок и праздников.Настоящее уникальное издание предлагает читателю взглянуть на мир природы сквозь призму японских трехстиший. Книга охватывает первые два сезона в году – весну и лето – и содержит более полутора тысяч хайку прославленных классиков жанра в переводе известного востоковеда Александра Аркадьевича Долина. В оформлении использованы многочисленные гравюры и рисунки средневековых японских авторов, а также картины известного современного мастера японской живописи в стиле суми-э Олега Усова. Сборник дополнен каллиграфическими работами Станислава Усова.В формате PDF A4 сохранён издательский дизайн.

Александр Аркадьевич Долин , Поэтическая антология

Поэзия / Древневосточная литература
Собрание стихотворений
Собрание стихотворений

КОРОТКО О СЕБЕРодился в 1936 г. в Архангельской области. Но трех лет меня увезли оттуда. Детство прошло в сельском детском доме над рекой Толшмой — глубоко в Вологодской области. Давно уже в сельской жизни происходят крупные изменения, но для меня все же докатились последние волны старинной русской самобытности, в которой было много прекрасного, поэтического. Все, что было в детстве, я лучше помню, чем то, что было день назад.Родителей лишился в начале войны. После детского дома, так сказать, дом всегда был там, где я работал или учился. До сих пор так.Учился в нескольких техникумах, ни одного не закончил. Работал на нескольких заводах и в Архангельском траловом флоте. Служил четыре года на Северном флоте. Все это в равной мере отозвалось в стихах.Стихи пытался писать еще в детстве.Особенно люблю темы родины и скитаний, жизни и смерти, любви и удали. Думаю, что стихи сильны и долговечны тогда, когда они идут через личное, через частное, но при этом нужна масштабность и жизненная характерность настроений, переживаний, размышлений…

Николай Михайлович Рубцов

Поэзия