Читаем Звезда Севера (СИ) полностью

После той ночи он обещал себе, что не тронет ее. Просто даст ей привыкнуть к ситуации, к нему и ко всему новому, что ее окружает. Но тогда он боялся, что она будет дрожащей и сломленной, и ему придется всеми силами заглаживать свою вину и приручать ее, как испуганного зверька. Но Эви такой не была. Эрон вспомнил, с каким вызовом она повторяла слово «маэль», приправляя лживую покорность ядом все больше и больше, и усмехнулся.

Он не планировал загонять ее в свою постель, как в ловушку, но в стенах Белого замка невозможно было скрыть хоть что-нибудь, и слух о том, что Эрон ею пренебрегает, уже начал расползаться, как ядовитый плющ. Местные сплетники шептались в коридорах и задавали слишком много вопросов. Может, она никакая не избранная? Или с ней что-то не так? Может, нужна другая девушка?

Слухи пришлось пресечь до того, как в округе соберутся все представители знати, и вот поэтому она здесь, лежит в его постели, ворочаясь и вздыхая, а он не знает, как пережить эту ночь.

С ним вообще в последнее время творилось что-то странное. Нэссор был прав. Эрон страдал от приступов головной боли, видел спутанные туманные сны и просыпался разбитым, весь в поту. Иногда он не понимал, почему делает что-то или говорит, почему ему приходится контролировать свои эмоции, и почему он не всегда справляется с этой задачей. Будь он моложе хотя бы на год, подумал бы, что стал редким исключением из правил, но скорее всего, это была просто усталость, помноженная на недосып и плохие воспоминания.

Эви села, запрокинула руки и начала собирать волосы в пучок на затылке.

— Ты все-таки решила меня соблазнить? — спросил Эрон, опустив книгу на колени.

Увидев, что тонкая ткань натянулась на груди, она смутилась и прикрылась одеялом.

— Даже не надейся, — буркнула она.

Эрон лишь добродушно фыркнул и вернулся к чтению. На какое-то время ему даже удалось погрузиться в скучное повествование, но девушка снова его отвлекла.

— Что ты читаешь?

Оказывается, она уже сидела в постели, завернувшись в одеяло, как в плащ. Спать ей уж точно не хотелось.

— Историю создания Акроса, — просто ответил он.

— А, так она у тебя. Мастер Лэндон не нашел ее в малой библиотеке, поэтому я получила лишь краткую лекцию. Кажется, ему просто не терпелось расспросить меня о Севере, — быстро добавила она в оправдание летописцу. Затем перевела тему: — А ты разве не должен знать ее? Ты ведь принц.

— Принц я не так уж давно, а мальчишкой мне не очень-то хотелось утыкаться носом в пыльные книги.

Эрон заложил страницу пальцем и сделал глоток пряного вина. Тепло разлилось по венам, а на языке остался легкий цитрусовый привкус.

— Конечно, я, как и все, знаю множество легенд и сказок о создании этого мира, — задумчиво добавил он, — но там столько вымысла, что приходится знакомиться с историей заново.

— Так, о чем там? — повторила Эви.

— О том, как Прародители спустились на землю Акроса в небесных кораблях, чтобы населить ее детьми из священных сосудов.

Ему это казалось скучными сказками, но Эви подалась вперед, готовая слушать дальше, поэтому он продолжил:

— Некоторые из них слишком очеловечились, не смогли жить без любви и ради нее отказались от божественного предназначения. Они разделились на пары, и у них появились собственные дети — Первородные, истинные дети Акроса, предки моего отца и правителей других четырех королевств.

— По-моему, это очень романтично, — сказала северянка, и Эрон едва не закатил глаза. — Значит, ты потомок павших богов?

Он неохотно кивнул.

— Что с ними стало?

— Высшие боги простили их и наделили их детей истинными дарами. Так началась история правящих семей Акроса.

— Дарами? — заинтересовалась Эви. — Что за дары?

— Слишком долго и скучно объяснять, — ответил Эрон, захлопывая книгу, и положил ее на стол. — Сама потом прочитаешь. А нам уже пора спать.

Он встал, потянулся и, начав медленно раздеваться, заметил, как девушка отвела глаза, а затем стала неловко расправлять скомканное одеяло. Ее белая кожа в свете ламп казалась медово-розовой, из небрежного пучка на затылке выбились несколько прядок и спускались по изящной шее, как нежные шелковые ленточки. Ему захотелось пропустить их сквозь пальцы, чтобы ощутить мягкость, но она наконец улеглась на самом краю, укрывшись до самого носа, и наваждение исчезло.

Эрон почесал клюв зевнувшему стрикстеру и, загасив лампы, лег под одеяло. Напряжение, от которого, казалось, еще недавно они избавились, теперь ощущалось сильнее. Девушка почти не дышала.

— Можешь лечь, как тебе удобно, — сказал он, — я тебя не съем.

Она не шевелилась какое-то время, но затем все-таки осторожно подвинулась чуть ближе и заерзала, устраиваясь поудобнее.

Эрон глубоко вдохнул. Раньше постель была для него просто местом, где он спит, неважно, пуховая ли это перина или неудобная койка в военном лагере. Но теперь постель стала местом, что хранило ее запах, напоминающий легкий прохладный дразнящий аромат морского бриза, горных цветов и холодной травы. Хорошо, что она больше не пахла розами, как в ту ночь. Он приказал избавить от них сад, и Нэссор не осмелился возражать.