Читаем Звезда Севера (СИ) полностью

Выслушав первую короткую, но скучную ознакомительную лекцию о том, как устроен Акрос — пять королевств, где Эфрия самая северная, — Эви воспользовалась привилегией и первым делом нашла легенду о деве Айвэр. Старый мастер Лэндон был недоволен таким неприлично легкомысленным, как он выразился, отношением к учебе и долго распинался о том, как учил два поколения истинных наследников и «кхм… и тех, кто стал ими по воле богов», но Эви пропустила тираду мимо ушей.

Книга ее захватила, хотя в ней было немало незнакомых слов и терминов. К следующему занятию Эви сделала пометки и засыпала вопросами старого летописца, который сразу же сменил гнев на милость, назвав ее любопытство похвальной любознательностью, и разрешил брать другие книги. История об Элли была третьей по счету, но Эви все никак не могла ее дочитать, то и дело отвлекаясь на посторонние тревожные мысли.

Почему Эрон не появляется и перепоручил ее советникам и мастерам? Он что-то задумал или просто потерял к ней интерес?

Ожидание затягивалось, делая ее нервозной. Каждый день она ловила себя на том, что во время трапезы на террасе посматривает в сторону его покоев, а перед отходом ко сну прислушивается, не раздадутся ли за дверью шаги. Неопределенность мешала здраво мыслить, и Эви боялась, что снова сорвется, не разобравшись. Ей нужно было держать себя в руках.

— Госпожа.

Эви повернулась, заволновавшись при виде запыхавшейся рабыни.

— Я встретила его высочество. — Девушка нервно потерла обруч на шее, будто он превратился в удавку.

Кажется, Эрон нервировал ее рабынь так же, как ее саму. После той ночи они не спрашивали, что произошло, им достаточно было осколков на полу, ее мрачного вида и заплаканного лица, но принц и до этого многим внушал страх.

— Что он сказал? — севшим голосом спросила она.

— Он велел передать, что хочет видеть вас после вечерней трапезы, — рабыня замялась и опустила глаза. — Он сказал, что это важно.

Эви закусила губу. Значит, отказ не принимался.

— Я поняла тебя, Морэн, — спустя несколько ударов сердца ответила она, и рабыня с явным облегчением выдохнула.

Подобрав со скамьи книгу и позволив Морэн нести корзинку, Эви спокойным прогулочным шагом двинулась к замку. Спину она держала ровно, как истинная дочь конунга, и смотрела прямо перед собой.

***

Вечер был ветреным, и небо налилось серо-синей тяжестью густых туч, надвигающихся с моря. Воздух стал прохладным и влажным, а волны, скользящие в сторону берега, покрылись кружевом белой пены. В другой день Эви захотела бы провести больше времени на обрыве — ей всегда нравилось смотреть на шторм, — но в этот раз ее мысли и дела были заняты Эроном.

После обеда она пообещала себе не волноваться, но то и дело вскакивала и начинала ходить по комнате. Просто не получалось усидеть на месте. Ее волнение передалось и Морэн с Линэль. Они никак не могли заплести ей волосы и подобрать подходящий наряд на вечер, ругаясь и сваливая вину друг на друга, поэтому Эви отправила их выполнять ненужные поручения и собралась сама.

Она выбрала простое жемчужно-серое платье с поясом из перламутровых пластин и заплела волосы в любимую косу, украсив ее тонкими серебряными нитями, но даже это привычное занятие не принесло успокоения. Время тянулось ужасно медленно, и в животе скручивался тугой комок.

Ужин принесли в ее комнату. Эви мужественно проглотила несколько кусочков запеченной птицы в кисло-сладком соусе, но аппетита не было, поэтому в конце концов она отложила вилку и встала. За окнами уже вовсю накрапывало, и Эви бы порадовалась долгожданному дождю, если бы он не запер ее в комнате. Не хватало еще промокнуть.

Поняв, что снова ходит из угла в угол, она решительно остановилась, а затем, раскинув руки, упала на постель, наплевав на мнущееся платье. Она так злилась на Эрона и на себя и так хотела быстрее покончить с предстоящим разговором, что даже начала считать минуты до встречи.

Когда в комнату заглянула Линэль, Эви дошла до восемнадцатой. Спокойно встав с постели, она резким движением расправила юбку и без промедления вышла.

— Добрый вечер, маэле, — сказал он.

Эрон был одет во все черное, только золотая вышивка на плечах говорила о его положении. В мягком свете свечей их контраст почему-то казался особенно разительным. Сильнее, чем под ярким солнцем у обрыва.

— Добрый вечер, маэль, — Эви не замешкалась ни на секунду, и голос не дрогнул.

Она повторяла про себя это ненавистное слово, пока принимала ванну, одевалась и расчесывала волосы. Маэль-маэль-маэль… Чтоб он подавился! Это для нее не значило ровным счетом ничего.

Эрон словно и не заметил язвительной интонации в ее голосе. Может, виной был шум дождя, что уже барабанил по окнам, террасе и перилам. Крупные капли ударялись о стекла, плющась об них, а затем сползали дорожками вниз, и принц перевел свой взгляд с нее на мутную серую тьму. Его черный силуэт четко выделялся в полумраке, и Эви все-таки засмотрелась на его отражение в стекле — он был высоким, с широкими плечами. Волосы слегка вились и падали на лоб, смягчая жесткое выражение лица.