Читаем Золотой запас полностью

Ты не даешь себя отнять

От этой мнимой необъятности.

Ты не даешь себя увлечь

На галактическую Млечь,

Текущую по Вес конечности.

Ты не даешь мне рассмешить

Тебя и этим отрешить

От чопорной нерассмешимости.

Ты не даешь себя смешить.

Ты не даешь себя увлечь.

Ты не даешь себя обнять.

Но хватит у меня решимости!

ГОЛУБИ КУПАЮТСЯ

Холода не будет —

Голуби купаются.

Голуби купаются к теплу.

Голуби купаются

В лужице

И кружатся.

Курицы конаются

По всему селу.

Тучи расступаются...

Домоседки судят,

Нос прижав к стеклу:

— Холода не будет:

Голуби купаются.

Голуби купаются к теплу!

ВОТ ЧТО ДЕЛАЕТ СНЕГ, ЕЩЕ ДАЖЕ НЕ ВЫПАВ

Вот уж воистину, — надо жечь свечи

с вечера, а нечи

топить с утра,

Но вчера об этом не было даже и речи.

Ибо солнце, срываясь с небес на подобье ядра,

Будто рявкая: «Будь осторожен со мной, человече!»,

Закатилось в леса, превращая листву в буревое подобье

костра,

То есть был небывалый не в завтра, не во вчера

Этот северный вечер, похожий столь сумасшедше

На черноморские фиолетово-морские вечера.

Но сегодня утром, едва различим,

Холодок ветерка захрустел между флюгерных

скрипов —

И облака в силу этих причин

Стали похожими на окаменелые обломки

коралловых рифов,

Торчащих из оледенелых морских пучин.

Вот что делает снег, еще даже не выпав.

***

Солнце

Плащ сменило голубой

На чернейшую в сезоне тучу,

Л деревья, сбившиеся в кучу,

Перешептывались меж собой:

«Если бы столкнуться зорям —

Утренней с вечерней — в небесах!

Если бы над Черным морем

Белый Север шел на парусах!

Если б зори встретились на море

Чермном будто красное вино,

Ход бы мировой истории

Ныл бы тем же самым все равно!»

А вот если б мы не встретились на взморье,

Но дорогам идучи земным,

Ход бы мировой истории

Был бы несколько иным!

ПРЕДДВЕРЬЕ ДНЯ

Преддверье дня.

Трава в росе.

Я встану, в саноги обуюсь —

Восходом солнца полюбуюсь.

Петух в деревне не ноет,

Снят псы, спят птички-попрыгуньи.

Л солнце что-то не встает.

Должно быть, очень устает —

Пересияло накануне!

Лишь чья-то голова в овсе,

Как будто и не солнце вовсе.

Да нет — оно во всей красе:

«Я — здесь! И вы на месте все»,—

И в колею свою вошло всё.

ПОДСНЕЖНИК

В этот день

Скакал, как заубежник.

Но ту сторону границы

Зной!

В эту ночь

Глумился мрак насмешник

Над тобой и надо мной.

Девушка

Споткнулась о подснежник!

***

Утром

Туман лежал,

А физкультурник бежал.

Шесть на часах,

А в небесах

Диск обозначен,

ПолуПрозрачен.

Солнце неярко —

Еще нежарко.

Сел на пенек

Паренек:

— Славный денек! —

Славный денечек —

Дни лучше ночек.

Мудр, кто не ленится!

Вот тебе и всё стихотвореньице!

МАШИНОПИСЬ

Не пишущая машинка

Перепечатывает скверно,

Как будто вовсе разучилась,

А ты! И потому, наверно, в конце концов и

получилась

Такая масса опечаток, что все они не что иное,

Как очень четкий отпечаток происходящего со мною —

Такая бестолочь, такая

Описок уйма, оговорок...

И я тебя не попрекаю,

Ведь я тебе не лютый ворог!

Но прояви и ты терпимость

Ко мне! Не Нестор я, не Пимен,

И даже и не Анонимус,

И даже не непогрешим, как

Тот римлянин, наместник божий...

Да ведь и ты, конечно, тоже

Не пишущая машинка!

***

Вот уж день был! Прыгала листва,

Будто пригоршнями медных денег

Он швырялся ради озорства:

Я, мол, даже золота не пленник!

И шелестела перед ним трава.

И ушел он в лес не по дрова,

Этот день осенний, все короче,

И летела вслед за ним сова,

К ночи пуча северные очи.

О СУДЬБАХ ЧЕЛОВЕКА ОДНОГО

И вечер

Нынче снова не такой,

Какими стали наши вечера...

Сама заметь,

И не маши рукой,

И не ответь:

«Оставь! Прошла пора!»

Но если ты охвачена тоской,

Я расскажу про случай колдовской —

О судьбах человека одного.

Верней, о бытие его втором:

Сперва убила молния его,

Но воскресил поспевший следом гром.

«Не лги! Оставь пустое хвастовство!»

Не веришь?

Говорю тебе добром:

Не изменить бы ровно ничего.

Когда б его убил сначала гром,

А воскресила молния его!

***

Даже Тихий океан

Успокаивается не сразу,

Умеряя и умеряя прибой,

А человек тем более не может приходить в себя по

приказу,

Отданному даже тобой!

И немыслимо

Вдруг позабыть все волненья и все опасенья

Потому, что — подумай, представь себе это сама —

Так свершаются, может быть, землетрясенья:

Вдруг толчок —

И молчок!

И кромешная тьма!

***

Стрекоза

Прилетела к ведру на дворе,

Захотела напиться она в октябре.

Зряшний труд!

Видишь, голый торчит в небе прут,

Пчелы взяток уже не берут

И вода замерзает в ведре!

И вода замерзает в ведре!

А не рано?

Стрекоза прилетела к ведру на дворе

С океана!

ХИМЕРЫ

Сколько

Нагромоздилось туч

За день!

Мы

У подножья их горных круч

Сядем,

А эти горные кручи возьмут и растают.

Как и химеры, которые там обитают.

ТРОФЕИ ЛЕТА

Трофеи лета:

Кленовый листок

И феи лета

Вишневый хлыстик,

Лекарственные травы, ныне зовущиеся по-латыни.

Чтоб исцелять по-древнерусски;

Валявшиеся под ногами, из пашни вырыты плугами,

Окаменевшие моллюски, на знак вопроса столь похожи;

А также вы, коровки божьи,

Завезены ли в город нами

Иль вслед за нами мчались сами,

Охвачены осенней дрожью!

Но главные трофеи лета,

Вернее — корифеи лета:

Хлеба, союз пшеницы с рожью!

АЛМАЗНЫЙ ЛОМ

В майском небе бледно-злом,

Там за лунной банькой где-то,

Вместе с хладным помелом он стоит, алмазный лом.

Ни комета, ни ракета.

— Для чего ты? —

Мет ответа.

Я схвачу алмазный лом,

Долбану, и сквозь пролом

Ринутся лучи рассвета.