— Брысь отсюда! — гаркнул Джей.

Видя, что шутки кончились, Морфеус улизнул за дверь, которую направившийся следом Джей тут же с грохотом захлопнул.

Возвращаясь к Пенни, он с сомнением покосился на открытую дверь балкона.

— Один-единственный кот взял в осаду весь дом! Ох, дождется он у меня, попрошу Чарли посадить его на цепь.

Пенни хихикнула.

— Котов на цепи не держат.

— Нет? Очень жаль. Но, может, Чарли согласится сделать для Морфеуса исключение?

— Не думаю, что… — начала она, но была прервана на полуслове: Джей подошел к ней и впился в губы коротким, жадным и нетерпеливым поцелуем.

Спустя минуту они с Пенни упали на кровать, сжимая, целуя и даже кусая друг друга.

Прелюдия продолжалась недолго, что и неудивительно, учитывая пятилетний срок ожидания. Очень скоро Джей властно раздвинул бедра Пенни и весьма ощутимо напомнил, какие пронзительные ощущения возникают, когда он входит в нее…

13

Так из пары, некогда собиравшейся пожениться, Пенни и Джей превратились в любовников.

Недели три они встречались почти каждый день — иной раз по старой памяти используя номера в принадлежащих Джею гостиницах — и все не могли насытиться друг другом. О любви никто из них не говорил, словно оба не желали бередить старую рану. Вообще, после первого визита Пенни на виллу Джея о делах пятилетней давности они почти не упоминали. Их больше интересовало настоящее, которое неожиданно оказалось даже более волнующим и романтическим, чем все, что было прежде. Возможно, потому что оба повзрослели, стали опытнее и тоньше в некоторых моментах общения. Как ни странно, им было друг с другом легко.

Чего не скажешь обо всем остальном. Отношения между Пенни и Джеем установились новые, а окружающая обстановка осталась прежней. Кейтлин частенько расспрашивала дочь, не повстречалась ли она еще где-нибудь в городе с Джеем. То же самое делала по телефону Рона, которой очень не хотелось, чтобы сын вступил в какой-либо контакт с «клубной певичкой».

Исходя из всего этого Пенни и Джей не сговариваясь решили не посвящать матерей в свои отношения. Так им было спокойнее: в противном случае пришлось бы уйму времени тратить на выслушивание нотаций о том, что они друг другу не пара и что их связь добром не кончится.

Им самим как будто было безразлично, чем завершится эта новая история. Они жили одним днем.

Каждый из них рассуждал примерно так: сейчас нам хорошо вдвоем, мы избегаем острых углов, доставляем друг другу удовольствие, и на том конец. А что будет дальше, увидим.

Впрочем, примерная картина будущего и так была ясна.

Джей знал, что Пенни пробудет в Сент-Дэвиде лишь до начала осени. Потом она должна будет вернуться в Лондон, где ей предстоит весьма активное участие в новом театральном сезоне.

Пенни знала, что бизнес Джея по-прежнему сосредоточен в Сент-Дэвиде, поэтому если тот и решит съездить куда-нибудь — скажем, в Лондон, — то ненадолго.

И разумеется, никто из них даже не помышлял о браке. Эта тема осталась в прошлом. Джей теперь знал, что тогда они с Пенни не любили друг друга, а лишь были влюблены. Кроме того, он был уверен, что в этом смысле и по сей день ничего не изменилось. Отношения вышли на новый уровень, только и всего.

И потом, у Пенни есть дочь, ради которой она живет. Остальное, включая мужчин и даже секс, каким бы восхитительным он ни был, имеет для нее второстепенное значение. Следовательно, и человек, в объятиях которого она умирает и воскресает во время каждой интимной встречи, тоже первой роли не играет.

Но если так, о каком браке или семье может идти речь?

У этой проблемы существовал еще один немаловажный аспект: если бы даже каким-то чудом они договорились стать супругами, то как бы Джей жил, каждый день видя Сэнди — живое напоминание об измене женщины, которую, как ему в свое время казалось, он любил больше жизни? Вполне возможно, все кончилось бы тем, что Джей возненавидел бы ни в чем не повинную девочку за то, что в ее внешности присутствуют черты не только матери, но и отца — неведомого Брюса.

Правда, Джея еще не оставила мысль, что в действительности отцом Сэнди является он сам, а история о Брюсе — это, мягко говоря, выдумка. Однако Джей уже не так сильно горел этой идеей. Возможно, рвение сохранилось бы, если бы они с Пенни вновь не стали бы любовниками, но это произошло и Джею как будто хватало того, что он имеет в текущий момент.

Пенни рассуждала примерно так же. Ее устраивало сближение с Джеем, подаренное судьбой по прошествии пяти лет разлуки.

Ведь этого могло и не быть, рассуждала она. Удивительно, что Джей вообще захотел разговаривать со мной. Другой на его месте просто сделал бы вид, что мы незнакомы.

Пенни понимала, что Джей не простил ей измену, очевидным свидетельством которой являлась Сэнди. Кроме того, сам факт существования у Пенни ребенка от другого мужчины служил косвенным подтверждением теории Джея о том, что в свое время они с Пенни не так уж сильно любили друг друга.