Читаем Записки музыковеда 3 полностью

Далее следует большой виртуозный эпизод солиста, так называемая «каденция». Каденция предназначается для выявления исполнительского мастерства солиста и содержит наибольшие технические трудности, зачастую представляя собой самое яркое место в сольной партии. Она обычно строится на свободной обработке тем, уже прозвучавших в произведении, которые чередуются с виртуозными приемами: пассажами, аккордами, октавами и т. п. Вплоть до Бетховена включительно композитор предоставлял самому солисту право сочинять или импровизировать каденцию, только отмечая в партитуре место, где такая каденция должна звучать. После Бетховена композиторы стали сами сочинять и вписывать в партитуру каденции, и это позволяло вкладывать в них больше содержания. В наше время исполнители в большинстве своем утратили навыки композиции и импровизации, свойственные солистам прошлых веков. При исполнении концертов, каденции в которых не выписаны, а только отмечены, они часто пользуются записанными каденциями других солистов или каденциями, специально сочиненными другими композиторами. В послеклассическом концерте каденция может располагаться и не после оркестровой интермедии, а в другом месте, например, перед репризой, которое также является местом значительного напряжения в произведении.

Третий раздел коды окончательно утверждает основную тональность и завершает произведение.

Вторая, нетипичная, но нередко встречающаяся в музыкальной практике разновидность сонатной формы — это соната без разработки. При отсутствии главнейшего для сонатной формы раздела — разработки, такая разновидность, тем не менее, сохраняет принадлежность к сонатной форме. Она обладает традиционным сонатным тематизмом (активная главная партия и напевная побочная) и активной мотивной работой, хотя бы на уровне экспозиции. Темы чаще всего бывают изложены лаконично. Разработка в такой форме либо вовсе отсутствует, либо заменяется небольшой связкой от разработки к репризе.

Есть две главных области применения такой разновидности сонатной формы. Это, во-первых, увертюры к операм и балетам или увертюры как самостоятельные произведения. Во-вторых, это небольшие и технически несложные сонаты, которые обычно называют «сонатинами», использующиеся в педагогической практике для знакомства юных музыкантов с сонатной формой. Всем, кто учился в музыкальной школе, знакомы, например, сонатины Бетховена или Клементи. Но в 20-м веке композиторы, тяготеющие к неоклассицизму, создавали сонатины и как художественные произведения, в которых в стиле данного композитора лаконично и концентрированно воспроизводятся черты сонаты периода классицизма. Например, М. Равель, Сонатина для фортепиано.

Нередко композиторы используют сонату без разработки в своих сонатно-симфонических циклах. Такова, например, 1-я часть «Серенады для струнного оркестра» Чайковского. Но чаще всего такая форма применяется в лирических частях циклов, например, во второй части Четвертой симфонии Брамса.

Третий неклассический, но тоже достаточно часто встречающийся тип сонатной формы — это рондо-соната. Он сочетает черты сонатной формы и формы рондо. Рондо, как вы, наверное, знаете — это форма, построенная на чередовании неизменной главной темы (рефрена) с т. н. эпизодами, т. е. темами, построенными на другом музыкальном материале. Так они в рондо и чередуются: рефрен — эпизод 1, рефрен — эпизод 2, рефрен — эпизод 3 и т. д. Завершается рондо обычно рефреном.

В рондо-сонате в роли рефрена выступает главная партия, в роли эпизодов — побочная, которая проводится обычно сначала в побочной тональности (доминантовой или параллельной), затем в какой-то другой, а в конце снова в побочной. Завершает экспозицию главная партия. Затем следует разработка, которая зачастую по своим масштабам превосходит разработки в классической сонатной форме. В репризе побочная партия в последнем проведении излагается в главной тональности.

Экспозиция Г.П. — П.П.1 — Г.П — П.П.2– Г.П. — П.П.1 —Г.П.-- РазработкаРеприза Г.П. — П.П.1 — Г.П. — П.П.2 — Г.П. — П.П. —Г.П.

Часто в репризе выпускается одно из проведений главной партии — преимущественно четвёртое. Если пропускается третье проведение, возникает подобие зеркальной репризы:

Г.П. — П.П.1 — Г.П. — П.П.2 — П.П. —Г.П.

Структура этого типа сонатной формы обладает по сравнению с обычным рондо более масштабными пропорциями. Контраст между рефреном и центральным эпизодом (побочная партия в далекой тональности) больше, чем между рефреном и первым эпизодом. Часто меняется характер (например, с подвижного танцевального на распевный и лирический).

Такая форма почти исключительно используется в финалах сонатно-симфонических циклов. Хотя иногда ее применяют и в первых частях (Прокофьев, Пятая симфония).

История

Непосредственные предшественники сонатной формы — старинная сонатная и старинная концертная формы. В этих двух формах, являвшихся наиболее совершенными из форм в эпоху барокко, содержалось уже многое, что составит особенности сонатной формы.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Целительница из другого мира
Целительница из другого мира

Я попала в другой мир. Я – попаданка. И скажу вам честно, нет в этом ничего прекрасного. Это не забавное приключение. Это чужая непонятная реальность с кучей проблем, доставшихся мне от погибшей дочери графа, как две капли похожей на меня. Как вышло, что я перенеслась в другой мир? Без понятия. Самой хотелось бы знать. Но пока это не самый насущный вопрос. Во мне пробудился редкий, можно сказать, уникальный для этого мира дар. Дар целительства. С одной стороны, это очень хорошо. Ведь благодаря тому, что я стала одаренной, ненавистный граф Белфрад, чьей дочерью меня все считают, больше не может решать мою судьбу. С другой, моя судьба теперь в руках короля, который желает выдать меня замуж за своего племянника. Выходить замуж, тем более за незнакомца, пусть и очень привлекательного, желания нет. Впрочем, как и выбора.

Лидия Андрианова , Лидия Сергеевна Андрианова

Публицистика / Любовное фэнтези, любовно-фантастические романы / Попаданцы / Любовно-фантастические романы / Романы
Славянский разлом. Украинско-польское иго в России
Славянский разлом. Украинско-польское иго в России

Почему центром всей российской истории принято считать Киев и юго-западные княжества? По чьей воле не менее древний Север (Новгород, Псков, Смоленск, Рязань) или Поволжье считаются как бы второсортными? В этой книге с беспощадной ясностью показано, по какой причине вся отечественная история изложена исключительно с прозападных, южно-славянских и польских позиций. Факты, собранные здесь, свидетельствуют, что речь идёт не о стечении обстоятельств, а о целенаправленной многовековой оккупации России, о тотальном духовно-религиозном диктате полонизированной публики, умело прикрывающей своё господство. Именно её представители, ставшие главной опорой романовского трона, сконструировали государственно-религиозный каркас, до сего дня блокирующий память нашего населения. Различные немцы и прочие, обильно хлынувшие в элиту со времён Петра I, лишь подправляли здание, возведённое не ими. Данная книга явится откровением для многих, поскольку слишком уж непривычен предлагаемый исторический ракурс.

Александр Владимирович Пыжиков

Публицистика
Робот и крест
Робот и крест

В 2014 году настал перелом. Те великолепные шансы, что имелись у РФ еще в конце 2013 года, оказались бездарно «слитыми». Проект «Новороссия» провалили. Экономика страны стала падать, получив удар в виде падения мировых цен на нефть. Причем все понимают, что это падение — всерьез и надолго. Пришла девальвация, и мы снова погрузились в нищету, как в 90-е годы. Граждане Российской Федерации с ужасом обнаружили, что прежние экономика и система управления ни на что не годны. Что страна тонет в куче проблем, что деньги тают, как снег под лучами весеннего солнца.Что дальше? Очевидно, что стране, коли она хочет сохраниться и не слиться с Украиной в одну зону развала, одичания и хаоса, нужно измениться. Но как?Вы держите в руках книгу, написанную двумя авторами: философом и футурологом. Мы живем в то время, когда главный вопрос — «Зачем?». Поиск смысла. Ради чего мы должны что-то делать? Таков первый вопрос. Зачем куда-то стремиться, изобретать, строить? Ведь людям обездоленным, бесправным, нищим не нужен никакой Марс, никакая великая держава. Им плевать на науку и технику, их волнует собственная жизнь. Так и происходят срывы в темные века, в регресс, в новое варварство.В этой книге первая часть посвящена именно смыслу, именно Русской идее. А вторая — тому, как эту идею воплощать. Тем первым шагам, что нужно предпринять. Тому фундаменту, что придется заложить для наделения Русской идеи техносмыслом.

Андрей Емельянов-Хальген , Максим Калашников

Публицистика