Читаем Записки музыковеда 3 полностью

Попутно хочу объяснить значение слова доминанта. Доминанта — не в смысле, что она над чем-то доминирует. Доминанта — пятая и одна из трех т. н. главных ступеней лада (другие — тоника и субдоминанта — первая и четвертая), а в ладе, как вы знаете, всего семь ступеней. Недаром звукоряд лада часто изображают в виде лестницы, где каждый звук — отдельная ступенька. Главными ступенями тоника, субдоминанта и доминанта являются вот по какой причине: только на этих трех ступенях можно построить основной аккорд (трезвучие) в том же ладовом наклонении, что и господствующий в данном произведении лад, т. е. в мажоре мажорный, в натуральном миноре — минорный. В гармоническом отношении доминанта является наиболее неустойчивой по отношению к тонике. Она требует обязательного разрешения, т. е. перевода в устойчивый аккорд. Позволю себе небольшое отступление. У меня в консерватории был одногруппник, обладавший изощренным гармоническим слухом. И мы, негодяи, проводили над ним жестокие эксперименты. Его держали, а в это время кто-то брал на рояле доминантовый аккорд без разрешения. И этот парень начинал буквально биться в конвульсиях и рваться к роялю, чтобы взять устойчивый аккорд.

Теперь к заключительной партии. Функция заключительной партии — закрепить достигнутое в экспозиции, прежде всего в тональном отношении. Кроме того, заключительная партия в некоторой степени обобщает весь материал экспозиции. Как и связующая, заключительная партия редко бывает самостоятельна по тематизму, а чаще всего в различных комбинациях использует элементы предыдущих партий. Заключительная партия — удачная встреча Красной Шапочки и Бабушки. Это сравнение Казиника и метко, и верно.

По Казинику, разработка — исполнение намеченного плана, в который вмешиваются обстоятельства, добавляя драматизм развития повествования: образно и достаточно верно.

Главный признак разработки — постоянная неустойчивость. Она проявляется буквально во всем: в постоянном блуждании по тональностям, в тематизме, когда темы используются не полностью, а виде вычлененных мотивов и из-за этого теряют свою квадратность. В разработке, как правило, происходит интенсивное драматическое развитие тем, вплоть до их переосмысления.

Разработка

Разработка — центральный, важнейший раздел сонатной формы. По размерам она обычно приближается к экспозиции или не уступает ей, а иногда и превосходит ее. Именно в разработке, чаще всего ближе к ее концу (часто в точке золотого сечения) в большинстве случаев наступает генеральная кульминация, т. е. момент наивысшего напряжения.

В разработке, как правило, можно выделить три этапа. Первый, утверждающий тональность побочной партии, в которой закончилась экспозиция. Второй, центральный, который и следует назвать собственно разработкой. Здесь происходит отход от тональности побочной партии и блуждание по разным тональностям, иногда весьма далеким от нее. Путь этих блужданий не регламентирован и исключительно индивидуален у каждого композитора. При этом фрагменты разработки в разных тональностях неравнозначны: некоторые тональности могут быть лишь слегка задеты, а другие — достаточно протяженны и в какой-то мере устойчивы.

Тематизм разработки определяется только одним условием — развитию подвергается материал экспозиции. В количестве и выборе тем, их порядке, степени трансформации, фантазия композитора ничем не стеснена (например, побочная партия нередко проводится без изменений или довольно большими фрагментами)

Обязательным в разработке является лишь то, что она должна создать некую новую ситуацию, противоположную экспозиции. Потому главный прием, который используется в разработках, во всяком случае, в классической сонатной форме — так называемая мотивная работа. Это когда вычленяются отдельные мотивы и участки темы и именно они преображаются путем блуждания по различным тональностям. В разработке чаще всего используется материал главной партии — во-первых потому, что на нем лежит основная смысловая нагрузка. А во-вторых и самых главных, по своей диалектической природе этот материал наиболее пригоден к разделению на контрастные мотивы. Побочная партия используется в разработках значительно реже, и как правило мотивная работа с ее темой не ведется: это затруднительно, ведь побочная более монолитна по своей природе.

Иногда используется прием введения в разработку совершенно нового материала, так называемого эпизода. Замечательно воспользовался таким приемом Бетховен, введя эпизод в разработку 1-й части Героической симфонии. Эта новая тема, непохожая ни на одну из тем экспозиции, в строгом хоральном звучании, в предельно отдаленной, к тому же минорной тональности, составляет ярчайший контраст. В страстном напряжении героической борьбы это момент передышки, раздумья, светлой грусти.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Целительница из другого мира
Целительница из другого мира

Я попала в другой мир. Я – попаданка. И скажу вам честно, нет в этом ничего прекрасного. Это не забавное приключение. Это чужая непонятная реальность с кучей проблем, доставшихся мне от погибшей дочери графа, как две капли похожей на меня. Как вышло, что я перенеслась в другой мир? Без понятия. Самой хотелось бы знать. Но пока это не самый насущный вопрос. Во мне пробудился редкий, можно сказать, уникальный для этого мира дар. Дар целительства. С одной стороны, это очень хорошо. Ведь благодаря тому, что я стала одаренной, ненавистный граф Белфрад, чьей дочерью меня все считают, больше не может решать мою судьбу. С другой, моя судьба теперь в руках короля, который желает выдать меня замуж за своего племянника. Выходить замуж, тем более за незнакомца, пусть и очень привлекательного, желания нет. Впрочем, как и выбора.

Лидия Андрианова , Лидия Сергеевна Андрианова

Публицистика / Любовное фэнтези, любовно-фантастические романы / Попаданцы / Любовно-фантастические романы / Романы
Славянский разлом. Украинско-польское иго в России
Славянский разлом. Украинско-польское иго в России

Почему центром всей российской истории принято считать Киев и юго-западные княжества? По чьей воле не менее древний Север (Новгород, Псков, Смоленск, Рязань) или Поволжье считаются как бы второсортными? В этой книге с беспощадной ясностью показано, по какой причине вся отечественная история изложена исключительно с прозападных, южно-славянских и польских позиций. Факты, собранные здесь, свидетельствуют, что речь идёт не о стечении обстоятельств, а о целенаправленной многовековой оккупации России, о тотальном духовно-религиозном диктате полонизированной публики, умело прикрывающей своё господство. Именно её представители, ставшие главной опорой романовского трона, сконструировали государственно-религиозный каркас, до сего дня блокирующий память нашего населения. Различные немцы и прочие, обильно хлынувшие в элиту со времён Петра I, лишь подправляли здание, возведённое не ими. Данная книга явится откровением для многих, поскольку слишком уж непривычен предлагаемый исторический ракурс.

Александр Владимирович Пыжиков

Публицистика
Робот и крест
Робот и крест

В 2014 году настал перелом. Те великолепные шансы, что имелись у РФ еще в конце 2013 года, оказались бездарно «слитыми». Проект «Новороссия» провалили. Экономика страны стала падать, получив удар в виде падения мировых цен на нефть. Причем все понимают, что это падение — всерьез и надолго. Пришла девальвация, и мы снова погрузились в нищету, как в 90-е годы. Граждане Российской Федерации с ужасом обнаружили, что прежние экономика и система управления ни на что не годны. Что страна тонет в куче проблем, что деньги тают, как снег под лучами весеннего солнца.Что дальше? Очевидно, что стране, коли она хочет сохраниться и не слиться с Украиной в одну зону развала, одичания и хаоса, нужно измениться. Но как?Вы держите в руках книгу, написанную двумя авторами: философом и футурологом. Мы живем в то время, когда главный вопрос — «Зачем?». Поиск смысла. Ради чего мы должны что-то делать? Таков первый вопрос. Зачем куда-то стремиться, изобретать, строить? Ведь людям обездоленным, бесправным, нищим не нужен никакой Марс, никакая великая держава. Им плевать на науку и технику, их волнует собственная жизнь. Так и происходят срывы в темные века, в регресс, в новое варварство.В этой книге первая часть посвящена именно смыслу, именно Русской идее. А вторая — тому, как эту идею воплощать. Тем первым шагам, что нужно предпринять. Тому фундаменту, что придется заложить для наделения Русской идеи техносмыслом.

Андрей Емельянов-Хальген , Максим Калашников

Публицистика