Читаем Вурдалак полностью

Как вы понимаете, оказавшись в таком положении, я не мог рассчитывать ни на деньги, ни на имя в научном мире. Я увлекся карточной игрой, вначале мне удивительно везло, а затем я проигрался в пух и прах. Тогда я овладел некоторыми шулерскими приемами, и везение снова ко мне вернулось. Однажды во время игры мои соперники заметили, как я передергиваю карты, и разразился грандиозный скандал. В то время я был помолвлен с девицей из знатной и богатой семьи, женитьба на которой должна была принести мне положение и деньги. И все рухнуло! Мне пришлось срочно уехать из столицы. Я устроился судовым лекарем и десять лет бороздил на судне моря и океаны. По возвращении я узнал, что некоторые мои идеи принесли ученым, с которыми я работал, мировую славу. Попытка вернуться к научной деятельности окончилась неудачей: ничего не было забыто, возможно, кое-кто просто не захотел забыть. Мне пришлось переехать из столицы сюда, в тьмутаракань, к своему приятелю по университету, руководившему больницей, и начать лечить психов. Непросто мне было добиться должности заведующего отделением и хоть какого-то положения в провинциальном обществе. Впереди меня ничего хорошего не ожидало.

Чуть больше года тому назад я влюбился в девицу Софью Волобуеву, она сводила меня с ума. Часто бывал у них в доме, постоянно оказывал ей знаки внимания. Когда я решился сделать ей предложение, мне было отказано. Ее батюшка посмел заявить, что между нами слишком большая разница в возрасте и положении! Мол, она дочь богача, а я бедняк, провинциальный лекарь, да еще и в возрасте. Вскоре у нее появился жених – хлыщ Новицкий!

Получив отказ, я вначале чуть не обезумел, затем решил добиться своего с помощью колдовского порошка. Вначале я поэкспериментировал над больными в моем отделении, отправляя одного за другим на кладбище, а ночью выкапывая их из могил. Пока я подобрал нужную концентрацию, двое умерли по-настоящему. И только один, Кузякин, ожил, вошел в состояние «зомби». Я его перевез к себе домой и держу под воздействием дурмана, «огурца зомби» – неплохое название! Я его тоже вывез из Гаити. Моей целью было проверить на практике действие порошка и возможные побочные эффекты. Кузякин находился словно в сомнамбулическом состоянии, был полностью подчинен моей воле. А время поджимало – вскоре должна была состояться свадьба Софьи. Накануне свадьбы мне удалось подсыпать ей колдовской порошок, и она «умерла». Я заранее позаботился о гробе, в нем были сделаны незаметные отверстия, чтобы она не задохнулась. Вначале я предполагал ее «оживить», продемонстрировав свое мастерство врача. Зная ее батюшку и отношение Софьи ко мне – это только в сказках благодарные принцессы выходят замуж за спасителя, – я решил поступить по-другому. Пусть я не имел возможности получить ее богатое приданое, зато ее телом мог обладать! Я намеревался выкрасть Софью из склепа и держать у себя дома, где я живу один, подпаивая ее дурманом. Таким образом, я намеревался удовлетворить лишь свою похоть.

Однако случайность мне помешала – меня опередили грабители, забравшиеся в склеп. Благодаря им Софья вернулась домой. Повторно применить порошок я не мог – зная о ее склонности к «летаргическому сну», родители теперь не будут спешить с похоронами. Вдруг я узнаю, что заболела дочь самого Верещагина и что к ней приглашали Фортунатова. Я его уговорил в следующий раз взять меня с собой – у меня знаний больше, чем у него, всю жизнь проработавшего провинциальным лекарем. Я поставил страшный диагноз: болезнь Гюнтера, это одна из разновидностей порфирии. Это неизлечимое заболевание, но, если больного поддерживать, он может долго прожить, только станет ужасным уродом. Представляете, каково это – молодой красавице узнать о грозящем ей уродстве! Да это хуже смерти! Верещагин взмолился: делайте что хотите, но сохраните внешность моей дочери! После долгих размышлений я пришел к выводу, что можно попробовать применить процедуру переливания крови. Вот только где ее взять в таких количествах? Объявление в газете о заборе крови – это не выход из ситуации. Во-первых, Верещагин хотел сохранить в тайне болезнь дочери, а делая прямое переливание крови Аделии от донора, тайну не сохранишь. По-другому не получалось – кровь очень быстро сворачивается[44]. Вот тогда я придумал эту комбинацию, словно гроссмейстер в шахматной партии, а люди для меня были фигурами на доске.