– Ваша светлость, в моём обращении к вам нет абсолютно никакого злого умысла, иначе, вы знали бы об этом и не возобновили моё дело, не так ли?
– Продолжай! – сурово произнёс Гор.
– Закон Господа нашего "запрещает иметь связь", но он не запрещает любить смертного. Между мной и Риной зародилась платоническая любовь ещё за долго до близкой связи. Мыслей пошлых и низменных не хранил я в себе. Единственной целью было спасение её светлой души, так стремительно угасающей.
– В твои обязанности входило лишь наблюдение за душой. Спасение души – дело самого смертного. И этот пункт обвинения так же фигурировал в твоём приговоре. Ты вмешался в процесс становления души – это запрещено, даже не смотря на то, что сделано это было в благих целях. Я не понимаю, о каком пересмотре дела вообще может идти речь. Виновен и точка!
Зал разразился одобрительными аплодисментами. Скриба снова объявил перерыв на рекламу. Одна из судей-помощников в это время подошла к Темиде и шепнула ей что то на ухо. Фанфары затрубили. Скриба нацелился на камеру.
– Великодушные судьи, искушенная публика, мы снова в прямом эфире! Данель сделал попытку удивить нас, рассказав свою историю о чистой любви, но мне кажется, что она тривиальна и не увенчалась успехом. Посмотрим, что будет дальше. Мы продолжаем!
Кареглазая Темида, с пышными ресницами, с великолепными чёрными волосами, бережно зачёсанными назад и скрепленные в пышный конский хвост, чуть подалась вперед на своём золотом троне, позвякивая искристыми драгоценностями на своей груди.
– Меня, так же как и всех остальных обитателей Рая, оскорбляет и ставит ниже нашего достоинства лицезреть во второй раз порочного демона. Мне не известно каким образом, ты – бес, устроил этот цирк, но это не важно. Я хотела бы выразить своё презрение твоей похоти и сожаление тому, что твоя попытка одобрить содеянное не увенчается успехом… хотя вряд ли я буду сожалеть.
Уголки её губ слегка приподнялись изображая надменную улыбку.
– Ты зря сюда пришел, демон. Твоё место в Аду, до скончания дней. У тебя не получиться обелить себя, доказывая свою искреннюю любовь – ты нарушил закон и не один. Расскажи-ка нам, как ты хитростью обманывал ангелов и тайно забирал душу её деда на Землю?
Такого поворота событий Данель предвидеть не мог. Это новое обвинение ставило под угрозу срыва всю его оправдательную линию защиты. Он начал заметно нервничать и крутить головой по сторонам в надежде отыскать помощи из зала, но её неоткуда было взять.
– Я…я определённо виноват, что без разрешения водил душу на Землю, но ведь это было сделано исключительно в благих целях – для поддержки увядающей души Рины. Кроме того, никакого вреда причинено не было, никто не пострадал…
Скрибе вновь пришлось усмирять нарастающее негодование аудитории.
– Прошу вас – тише! А давайте спросим у самого духа Александра как же он тайком посещал поднебесную? Он у нас в студии…
Двери отворились. В зал суда бесшумно влетел дух дедушки Рины. Он, так же как все выступающие перед судьями, принёс клятву правды и начал говорить.
– Меня давно печалят и тяготят мысли о моём скоропостижном переходе в лучший мир. Я не был готов к этому и оставил на Земле много неоконченных дел, которых жаждал совершить. Самым главным делом было воспитание и забота о крохе Рине. Моя широкая и спокойная река жизни сорвалась водопадом в море бесконечности, оставив сухое русло для маленького ручейка жизни моей внучки. Я благодарен Данелю за бесценную возможность посещать её, пусть лишь в её снах, но это принесло свои плоды. Нам с Данелем частично удалось расчистить путь к её израненной души и её ручеёк стал речкой, пусть небольшой, но с потенциалом стать более полноводной. Не судите его строго, великодушные судьи – он заслуживает оправдания. Он рисковал своим положением ради спасения родной ему души! И за это вы его сослали в Ад? По мне, так подобное деяние заслуживает похвалы и поощрения, потому что союз двух родных душ всегда несёт свет добра. О нескольких незаконных посещений Земли могу сказать следующее. Если подобные посещения легализовать, то это помогло бы многим заблудившимся душам избрать свой верный путь в столь кратковременной земной жизни. Надеюсь владыки мира сего услышат меня и изменят это положение. Я всё сказал.
Душа Александра так же тихо покинула аудиторию. Скриба продолжил.
– Наконец-то, мы услышали позитивные слова о нашем "герое". Может его преступление не такое уж и тяжкое и он достоин снисхождения? Что скажет нам Осирис?
Осирис не выражал никаких эмоций на своём смуглом лице.