Читаем Всё о100чертело! полностью

Рина пришла в себя спустя пару минут, с удивлённым видом осмотрелась, поднялась на ноги и посмотрелась в зеркало, пытаясь в отражении найти ответ на вопрос: "Что происходит?". Неожиданно для себя обнаружила в руке маленький предмет прямоугольный формы на тоненькой цепочке. Тщательно рассмотрев кулон, она накинула на себя махровый халат, достала из пачки сигарету и вышла на крыльцо. Жадно втягивая в себя сигаретный дым, Рина перебирала в голове все возможные варианты появления кулона и её непонятное телоперемещение из кровати в угол комнаты. Сначала она решила, что у неё случился приступ сомнамбулизма, который несколько раз имел место в юношеском возрасте. Но снохождение в те годы было следствием психического расстройства девочки, в настоящее же время, Рина жила без потрясений. Она бы так и решила, что это новый приступ, только вот происхождение кулона не поддавалось объяснению. Среди немногочисленных драгоценных украшений и безделушек его никогда не было – это она знала точно.

"Сон…мне был сон про него. Да…Вспомнила – во сне сын мне его дал и сказал надеть на него, когда я проснусь. Так получается – не сон это был?"

Рина затушила в банке с водой окурок и вернулась в дом, прошла в комнату сына. Девятилетний мальчик спал, укутавшись с головой под тёплое одеяло. Данель проследовал за ней – теперь он был невидим.

Рина присела на слегка поскрипывающую кровать сына, осторожно отворотила с его лица одеяло и нежно погладила по голове. Мальчик слегка улыбнулся во сне.

– Даник, мой мальчик, – начала нашептывать мать, – Открой глазки, сурок – мне надо спросить у тебя кое о чём.

Одеяло начало волноваться от пробуждаемой в его недрах жизни: сперва вздыбилось, словно тектонические плиты выдавили наверх горы, затем холлофайберные холмы резко разрушились, образовав, почти бескрайнюю русскую степь.  Раздался писк. Из-под одеяла показались руки мальчика и вытянулись как струны, заставляя сонные мышцы проснуться. Веки Даника с трудом открылись.

– Мам, уже пора вставать? – медленно моргающие карие глаза удивлённо смотрели на мать. Обычно Дан вставал раньше своей мамы и сам будил её.

– Нет, нет, сынок – лежи. Я только хотела спросить, не твой ли это кулон?

Рина показала кулон, качающийся на цепочке, как маятник, из стороны в сторону.

– Ух ты! Это мне, мам? – последние обрывки сновидений мальчика моментально улетучились, рука без промедлений потянулась за новым предметом, – Что это такое?

– Думала у тебя узнаю, но вижу, что нет. Странно…

Рина отдала сыну на изучение новую игрушку. Аналитический склад ума пытался решить уравнение с двумя неизвестными – "что это?" и "откуда это". На вид, прямоугольный камень на цепочке – тщательное визуальное изучение склонило Рину к выводу, что камень совсем не простой. Он был безупречной огранки с металлическими проблесками внутри и необычными символами.  Замысловатые ветвления звеньев цепочки придавали ей изысканный вид и указывали на дороговизну изделия.

Голова гудела, виски пульсировали, ощущалась тяжесть в затылке. Кусочки из диалога с бывшим ангелом-хранителем, словно пазл начали собираться в одну картинку, указывая на причастность к появлению кулона близкого ей человека, но не сына, в этом она убедилась. "Данель! Не может быть, ты вернулся!" Рина соскочила с детской кровати и трусцой пробежала мимо наблюдающего за всем действом демона по направлению в свою комнату. И тут Данелю пришла идея. Он вернулся в комнату Рины, которая теперь выглядывала в открытое окно, снова забрался на комод. Среди множества флаконов, тюбиков и прочих женских предметов нашел помаду, открыл ее, прокрутил и начал писать на зеркале фразу: "Да – это я, надень на сына и никогда не снимай!". После чего бросил помаду на комод. От шума Рина вздрогнула, прочитав сообщение на зеркале у нее случился лёгкий обморок. Она лежала на полу, плакала и шептала: "Спасибо, спасибо…Теперь я точно знаю, что не сумасшедшая…"

Глава 9. Главный приговор

– Встать! Суд идёт! – объявил громогласный великан-привратник, он же, по совместительству, секретарь Высшего Божьего суда, присутствующим в зале участникам процесса и его наблюдателям.

Гвалт толпы прекратился. Золотые врата зала суда открылись, нежно скрипнув петлями. В доселе шумную аудиторию вошли три величественных судьи: Председатель суда Осирис, на шаг позади шел Гор, рядом с Гором  – Темида. Все трое обладали телесной стройностью, грацией лёгкой поступи, элегантными нарядами от ведущих модельеров поднебесной. За верховными судьями следовали шесть судей-помощников в черных балдахинах. От троицы исходил дух всевластия и невозможно было не обратить на них внимание. Даже самые болтливые среди присутствующих словно проглотили свои языки и молча наблюдали как процессия продвигалась к тронному пьедесталу. Наконец, судьи заняли три золотых трона. Врата зала затворились. Великан-привратник по имени Скриба тяжелым шагом проследовал к трибуне, стоящей в центре суда.

– Могу ли я начинать, милостивые владыки? – железным голосом обратился он к Осирису, Гору и Темиде.