Читаем Всё о100чертело! полностью

– Я полагала,  что Великий Осирис более проницателен…Ваше величие давно уже затенило тот справедливый Суд, что был ещё пять тысяч лет назад, когда сам верховный судья вынимал сердце подсудимого, клал его в правую чашу весов Темиды, а в левую она выливала молоко Амалфеи из своего, давно забытого, рога изобилия. И всем было видно в какую сторону весы перевесят добро. Всем было очевидно, что суд был беспристрастным и справедливым, потому что, священные весы никогда не давали сбоя. Где же они теперь? Пылятся в историческом музее? А молоко чистой нимфы прокисло? – В глазах Дэстини горел адский огонёк, – Это риторические вопросы…Не вас – Великие Судьи я пришла поносить и никоем образом не оскоблю вашего достоинства. Дело лишь в Данеле…Он тут рассказывал про платоническую любовь к смертной… Ха! – всё это чушь!

Она только теперь посмотрела в глаза Данелю, в которых она прочла непонимание и растерянность. Публика хотела было родить новую бурю вербальных эмоций, но Осирис погрозил пальцем и, уже в безмолвном штиле, Скриба отправил телезрителей на рекламу. После последних слов демоннесы, лица судей прояснились, а Гор даже начал ехидно улыбаться и сразу, как включили прямой эфир, он, довольно учтивым тоном, продолжил процесс:

– Вот теперь, наконец, мне кажется, я начал понимать истинный замысел вашей сегодняшней роли – это самопиар, не так ли? Спасибо, что подтвердили вину подсудимого и в дальнейшей дискуссии не вижу смысла. Мой окончательный приговор – виновен!

– Я ещё не закончила, милый Гор. Если позволите, я продолжу.

Гор пожал демонстративно пожал плечами и кивнул головой.

– Никакой платонической любви не было, ещё раз повторяю. Это была страсть, полная огня и желания. Страсть, которой могут позавидовать многие, не та искромётная страсть, что вспыхивая,  тут же гаснет, а настоящая пылающая, подобно Солнечному светилу, вечная…Это было желание, похожее на лавину, испепеляющее на своём пути стыд и страх…

Скриба почесал свою щетинистую ряху:

– Вы так объясняетесь, как будто не про Рину говорите, а про себя.

– Так и есть, – широкая улыбка Дэстини была адресована Данелю, всё ещё бледному и удручённому от неприятного ему положения, в котором он теперь находился. "Лучше десять раз слетать в телепорт, чем находиться тут", – думал он в этот момент. – Данель сказал правду – он влюбился искренне и бескорыстно, только не в Рину – он влюбился в меня, – и Дэстини полилась раскатистым смехом по всему залу.

Скриба и компания вопросительно смотрели и, ровным счетом, ничего не понимали.

– То есть, как это в Вас? О чём вообще идёт речь? – Скриба понял, что в его телешоу настаёт кульминация и даже отложил планшет со сценарием развития передачи на журнальный столик.

– Немало часов я провела на Земле в поисках запретных услад, совращая ангелов-моралистов, заманивая их в греховную связь с земными женщинами. Это для меня было хобби, если желаете знать. Мне доставляло удовольствие не сама пошлая связь, а результат. Ведь, как правило, нерадивых ангелочков ссылали в нашу обитель зла и порока, а это не может не радовать коренных жителей Ада, коей я являюсь.  Надеюсь, что когда-нибудь всё в наших трёх мирах изменится и сотрётся чёткая грань между добром и злом, но не время сейчас для лирических отступлений. Да, я вселялась в тела девушек, заставляла их совершать безумные поступки, некоторых пускала во все тяжкие, а они ничего не могли изменить. Немало людских судеб я искалечила, можете винить меня сколько угодно – такая уж у меня натура.  Последним моим увлечением стала Рина. Слабая тень её души пару раз витала в преддверьях Ада и заинтересовала меня – редко самоубийцам дважды удаётся вернуться в своё тело. Сначала, я, конечно, не знала, что Данель был её наблюдателем, меня гложило любопытно – хотелось узнать её мысли – мысли суицидника – в то время, я даже намеревалась написать об этом роман…И вот, через какое-то время, глазами Рины я увидела Данеля и, надо заметить, он произвёл на меня , неведомое мне ранее, впечатление. Возможно, своей смазливой мордашкой и могучей спиной, возможно, непонятными для меня, титаническими усилиями, которыми он удерживал её душу в теле, заботясь о ней… – Дэстини сделала паузу и глубоко вздохнула, – Конечно же,я решила его соблазнить, но это оказалось сложнее, чем я предполагала. Он, на самом деле, был лучшим ангелом, из всех, что мне довелось повстречать. Я никогда не забуду той волшебной энергии, исходящей из сердца Данэля, которая окутала нежностью и заботой не только Рину, но, так же, и меня – когда я была внутри её сознания, пытаясь завладеть душой, подталкивая Рину на суицид своими речами. И та чистейшая энергия любви проникла в моё сознание и спровоцировала внезапный порыв нежной страсти. Я бескорыстно отдалась ему будучи в теле Рины и этот акт был касаем, прежде всего меня и Данеля, и только во вторую очередь – Рины.