Читаем Волчье лето полностью

Но можно уговорить Кеннета солгать, что он был агрессивным и угрожал. Ради нее. Не так важно, поверят им или нет, — им нужно доказать вне всякого разумного сомнения, что это неправда. В лучшем случае она будет на свободе, а Кеннет сядет.

Звучит так себе.

В лучшем случае выкрутятся они оба. Но если случится самое худшее, он сядет на несколько лет за непредумышленное убийство, она возьмет сумки с деньгами и переедет куда-нибудь, где никому не будет казаться странным, что у них такая куча денег. Кеннет приедет позже, после освобождения. Такого ей, конечно, не хотелось бы. Совершенно. Несколько лет в разлуке. Это план Б, если все пойдет наперекосяк.

Она повернулась, сбросила с себя одеяло. В комнате было жарко и душно — интересно уснет ли она вообще сегодня. Ей так не кажется. План Б. Ей вообще не пришлось бы лежать и размышлять над планом Б, если бы не УВ.

Человек из криминального мира.

Может, он сам уже начал в это верить. Кеннет рассказывал, что его прозвище означает на самом деле. Когда Деннису было десять, он позвонил в викторину на радио и на вопрос о том, как называются лучи, которые позволяют сделать снимок костей в теле, ответил «ультрафиолетовые волны». На следующий день в школе его начали называть УВ, и прозвище приклеилось.

Маленький лживый черт.

Когда он сидел, она всегда относилась к нему по-доброму. Кеннет равнялся на него, как на старшего брата. И вот он нанес им удар в спину, как только представилась возможность. Несмотря на это Кеннет пытался найти ему оправдание. Рассказал о решении страховой, о Ловисе, о том, как им трудно, не в последнюю очередь финансово. Сандру это ни капли не волновало — а кому не трудно? Из-за этого нельзя предавать друзей. Она весь вечер злилась на Кеннета, но как он мог поступить иначе? Он защищал их. Как умел. От УВ. Если тот укажет полиции нужное направление, они за это зацепятся. Будут искать, пока не найдут. Поэтому нужно позаботиться, чтобы он не указал.

На самом деле, когда у нее родилось решение, остальное уже оказалось несложно.

Взглянув на своего спящего парня, она вылезла из кровати и вышла из спальни, осторожно закрыла за собой дверь. Открыла люк в потолке, который плохо поддавался на несмазанных петлях, разложила лестницу, залезла наверх и включила свет. На чердаке было просторно, вещей у них было немного, поэтому, когда она поднялась, ее внимание сразу привлекла синяя коробка, стоящая недалеко от лестницы.

Приставка Playstation. Должно быть, ее купил Кеннет. На деньги, которые им нельзя трогать.

Ее охватило такое разочарование, что она вдруг перестала мучиться угрызениями совести, за то что продумала план Б. Его неосторожность подвергала риску все предприятие. Нужно обязательно обсудить это вместе, но сам Кеннет — маленькая проблема, с ним она могла справиться и направить его в правильное русло. УВ — тот, к кому ей нужно приложить усилия. Он был настоящей угрозой, а если уж она чему-то и научилась за годы работы, так это не сдаваться перед трудностями. Она прошла вглубь чердака и без труда нашла то, что искала. Томас оплатил Кеннету лицензию на охоту, когда ему исполнилось двадцать пять. Что-то, что Сандра не хотела держать дома, она сейчас подняла и стала разглядывать.

Подержанное охотничье ружье.

Минус еще одно место. Томаса не было ни у одного из коллег. Никто из них его не видел, с тех пор как он в обычное время вечером ушел с работы.

Ханна не могла себе представить, что он куда-то пошел и сидит там, пьет пиво. На самом деле можно быстро провести контрольный обход, к тому же мест совсем немного. Вероятно, в такое время вообще ни одного, решила она, поразмыслив. Выбор баров и пабов немного вырастал в летние месяцы, когда в город стекались туристы, но их по-прежнему было немного, да и Томас редко посещал подобные места. В любом случае не в одиночку, а, учитывая, что она поговорила со всеми его коллегами, не осталось никого, кто мог бы составить ему компанию. У него был маленький круг общения. Больше, чем у нее, но все равно совсем не велик.

В голову снова пришла мысль, что он может быть у другой женщины. Тогда она его никогда не найдет. Но на это ничего не указывало кроме, может, очевидной отстраненности, с которой он держался в последнее время. Никаких следов на его одежде или в машине. Никакого запаха чужих духов. Никаких необъяснимых покупок с их общих счетов. Она не знала о существовании каких-либо эсэмэс или мейлов, она не заглядывала к нему в телефон и не проверяла компьютер — никогда бы не стала так поступать.

Она хотела было позвонить ему, но передумала. Он держался на расстоянии, хотел держаться на расстоянии, если она позвонит, он не скажет, где находится, просто ответит, что уже собирается домой, позже, скоро.