Читаем Ветер полнолуния полностью

Громкие голоса на темной улице ночьюпроходят волной по дому, расплескивая децибелыотдельными наблюдениями, детскими страхами, сочнымматом и обязательным хохотом баб дебелыхЭто – заочный урок раскованной прозы. Впрочемесли ты пишешь сразу в длину строкии рифму к ней на подходе имеешь, минуя смысл, —значит, ты одноног умом, но не с той ногилечь ухитрился, чем уровень свой повысил(всё соблюдается, но не видать ни зги).Сон обязательно в руку, затекшую под подушкой.Надо проснуться, походя зарифмовать следы,в новую форму чернила влить, отнести на сушкунекоему филологу. И нюхать табачный дым,покуда он разберется в деталях новой игрушки.

Извлечение

«… Облезает зима, истекая в решетки и люкииз-под черного снега вдоль мокрых проезжих частей,так похожих на реки, противные всякой наукеи углами прямыми, и кучей собачьих костей,похороненных рядом с опорой рекламного стендав баснословной могиле без гроба сержантом ГАИ, —не по зову души, а ввиду пониженья процентачистоты и порядка на улицах города, ипо прошествии марта все тайное вышло наружу,бытие забурело, охрипнув от высшего «до»,и падением тела в холодную скользкую лужуотрезвило сознание», – «Слишком напыщенно. Но..

Антиномический диптих

1.

Стена, твой пористый бетонне охлаждает, только колет;обратно лепят новый хоббити разливают ацетон.За дальним мостом солнце задомсадится в реку. Ум, зараза,заходит медленно за разум;пересыхает Иордан и прекращает интифаду.Таки врасти в пределы тенине вышло (выпукло лицо);учитесь жить заподлицои ботать грамотно по фене.

2.

Помазаньем пасхальной синевыпо городской надтреснутой природеосудим высь. Но будем с ней «на вы»,всегда «на вы» – и в облачном обводесогреем заживающие швы.По телефонной каббале иди,стирая пальцы, в шорохе припоев,на шелковом запетленном путиузлы отточий походя освоив,и метастазов голые культина паперти страницы разложивбессмысленным и наглым препаратом,патологоанатому скажи,что это – мясо Муция из Спарты,который Муций, кажется, не жил.

«За штриховкой воды, за решеткой ее легковесной…»

Перейти на страницу:

Похожие книги

...Это не сон!
...Это не сон!

Рабиндранат Тагор – величайший поэт, писатель и общественный деятель Индии, кабигуру – поэт-учитель, как называли его соотечественники. Творчество Тагора сыграло огромную роль не только в развитии бенгальской и индийской литературы, но даже и индийской музыки – он автор около 2000 песен. В прозе Тагора сочетаются психологизм и поэтичность, романтика и обыденность, драматическое и комическое, это красочное и реалистичное изображение жизни в Индии в начале XX века.В книгу вошли романы «Песчинка» и «Крушение», стихотворения из сборника «Гитанджали», отмеченные Нобелевской премией по литературе (1913 г.), «за глубоко прочувствованные, оригинальные и прекрасные стихи, в которых с исключительным мастерством выразилось его поэтическое мышление» и стихотворение из романа «Последняя поэма».

Рабиндранат Тагор

Поэзия / Зарубежная классическая проза / Стихи и поэзия
Франкенштейн
Франкенштейн

Задуманный и начатый в ходе творческого состязания в сочинении страшных историй на швейцарской вилле Диодати в июне 1816 года, инициированного лордом Байроном, дебютный роман английской писательницы Мэри Шелли стал одним из шедевров романтической готики и вместе с тем отправной точкой научно-фантастической традиции в прозе Нового и Новейшего времени. Отсылающая самим названием к античному мифу о Прометее, книга М. Шелли за неполные два столетия породила собственную обширную и влиятельную культурную мифологию, прирастающую все новыми героями, ситуациями и смыслами в бесчисленных подражаниях, переложениях и экранизациях. Придуманный автором книги трагический и страшный сюжет оказался открыт для различных художественных, философских и социально-политических интерпретаций, а имя и личность швейцарского ученого-экспериментатора Виктора Франкенштейна прочно соединились в современном культурном сознании с образом созданного им монстра в двуединый символ дерзновенных надежд и смертельных опасностей, сопутствующих научным исканиям и выдающимся открытиям.

Сергей Чернов , Мэри Уолстонкрафт Шелли , Игорь Павлович Соколов , Елена Александровна Суриц

Поэзия / Фантастика / Научная Фантастика / Юмор / Стихи и поэзия