Читаем Ведун Сар полностью

— Глупости, — махнул рукой комит финансов. — За домом Туррибия следят агенты божественного Авита. Я видел их собственными глазами. Не такой уж простак наш император, чтобы оставить без внимания столь важную птицу. В усадьбу Туррибия даже мышь не проскользнет незамеченной, не говоря уже о дуксе.

— И все-таки безумный Паладий видел демона, — упрямо стоял на своем Афраний. — Того самого демона, по вине которого он почти двадцать лет назад потерял все свое имущество и сохранил жизнь только потому, что его жена Стефания была в молодости любовницей Аэция. Теперь понял?

— Нет, — честно признался Дидий.

— Ратмир пришел в дом Туррибия, воспользовавшись подземным ходом! Тем самым ходом, по которому рексы Валия и Аталав проникли в Рим, дабы разыграть перед очумевшим плебсом мистерию с участием посланцев древних богов.

Дидий охнул и даже с досады хлопнул себя ладонью по лбу. Ай да Афраний! Нет, недаром этот человек считается едва ли не самым умным патрикием города Рима. Самому Дидию и в голову бы не пришло искать рациональное зерно в безумных пророчествах Паладия.

— Эти пророчества не такие уж безумные, — усмехнулся Афраний, польщенный похвалами приятеля. — Паладий вещает лишь то, что вкладывает в его поврежденные мозги Туррибий, а сотни глупцов ему внимают, словно Дельфийскому Оракулу.

— Кто бы мог подумать! — прохрипел потрясенный Дидий. — А ведь как глаза закатывает, как пену пускает! Ни дать ни взять — истинный пророк. Ну, я ему устрою мистерию, пусть только заявится ко мне, притворщик!

— А разве он бывает у тебя? — удивился префект.

— Почти каждый день, — махнул рукой Дидий. — Паладий не дурак выпить, даром что безумец.

— А как же его супруга?

— Матрона Стефания уехала в Медиолан, а Туррибию недосуг присматривать за бывшим сенатором. Ему за нынешними уследить бы.

— Но кто-то же сопровождает больного человека до ворот твоей усадьбы?

— Видимо, да, — пожал плечами Дидий и, обернувшись к дверям, крикнул: — Паулин, зайди.

Дородный Паулин если и уступал габаритами своему хозяину, то разве что самую малость. В комнату он не вошел, а скорее вплыл белым жирным лебедем. Отвесив поклон Афранию, Паулин застыл в почтительной позе, чуть согнув стан в пояснице. В таком положении он мог простоять полдня, как уверял Дидий, но нетерпеливый префект не дал управляющему такого шанса:

— Кто сопровождал Паладия?

— Когда? — вскинул испуганные глаза на префекта Паулин.

— Позавчера, — напомнил ему Дидий.

— Никто. Он всегда является один.

— А кто открывал ему ворота?

— Так ведь он приходит ниоткуда, — понизил голос до шепота Паулин. — Вроде нет его, а вот уже он стоит посреди атриума и крякает.

— То есть как крякает? — не понял Афраний.

— Селезнем, — пояснил гостю Дидий. — Это вместо приветствия.

— Он ведь колдун, этот Паладий, — пояснил префекту Паулин. — Слуги его боятся. Он только крякнет, а все уже разбегаются.

— Больной человек, — укоризненно глянул на побуревшего от гнева Афрания хозяин. — Что с него взять.

— К тебе он как попадает, Дидий?! — не на шутку взъярился префект. — Ты об этом подумал?

— Так я и говорю, — встрял в разговор патрикиев Паулин, — чародей он.

— Пошел вон, — рявкнул Афраний, и дородного управляющего словно ветром сдуло.

Стены атриума префект простукивал собственноручно, не доверяя столь важное дело никому. Дидий полулежал в углу на кушетке, застеленной шкурой леопарда, и с интересом наблюдал за приятелем. Афраний особенно старательно изучал мраморную стену за картиной, изображавшей триумфальный въезд Цезаря в Рим после победы над галлами. Цезарь был поразительно похож на покойного императора Валентиниана, но префект этому даже не удивился.

— Я было снял картину после смерти императора, — печально вздохнул Дидий, — а потом вернул на место. Кому она мешает.

— Давно вернул?

— Сегодня утром.

— А пальму когда передвинул?

— Так она всегда там стояла, — удивился Дидий. — Правда, на время я ее сдвигал, дабы прикрыть пустое место на стене.

— Пальму сдвинь обратно, — распорядился Афраний.

— А картину?

— Пусть висит, — махнул рукой префект.

Четыре дюжих раба, присланных Паулином, с трудом оторвали ящик с землей от мраморного пола и отодвинули дерево к стене. Дидий только руками разводил, глядя на Афрания, устроившего кавардак в чужом доме.

— Люк здесь, — пояснил префект. — Сдается мне, что подземный ход выведет нас прямо в дом Туррибия.

Дидий был потрясен, и это еще мягко сказано. Ему даже в голову не приходило, что роскошный дворец, доставшийся ему от деда и отца, полон роковых тайн. Кому и когда понадобилось рыть тайный ход в соседнюю усадьбу, прославленную в округе своими связями то ли с древними богами этрусков, то ли с демонами подземного мира? Нет, Дидий этого так не оставит! Дайте срок! Завалит он этот ход наглухо, так чтобы даже мышь не проскользнула, не говоря уже о безумном сенаторе Паладии. Зачем ему демоны в собственном доме?! Благочестивый христианин Дидий не позволит всякой нечисти тревожить себя по ночам.

— С нечистью ты потом разберешься, — махнул рукой в его сторону Афраний, — а пока жди гостей.

— В каком обличье? — испуганно уточнил патрикий.