Читаем Вечеринка полностью

Когда подымет свора из берлоги,Протри шнифты, как будто и не спал,И когти рви, салага, делай ноги,Казенный светит дом, момент настал,А то ведь заметут — и ты пропал.Давить клопа тюремного не ново,По нас тюряги плачут, будто вдовы,Ни лежбище не вечно, ни нора,На воле бдят и схавать всех готовыНачальнички, сексоты, мусора.Отдельные старатели и шайки,Бродяги, гопники и шулера,Мошенники, ханыги, попрошайки,Любители потырить на ура,Заныкайте хоть капельку добра.По фене ботайте, в законе воры,Карманники, жульманы, сутенеры,Пока угомониться не пора,Пока не затравили до упораНачальнички, сексоты, мусора.Забудется, как сладко вы звонили,Хор глотников из глоток и из глосс,Вас выследили в след и подловили,Ослышки и прослушки подновили,И все ваши вопросы не вопрос.А город, что сулил златые горы,На ваш атас наслал свои дозоры,Налетчики, ни пуха ни пера,Наденут вам браслеты, взявши в шоры,Начальнички, сексоты, мусора.Принц, есть и киллеры, и кокийяры,Громилы, щипачи и санитары,Фальшивых шуршиков большие мастера,На каждого ужо найдутся нары,Начальнички, сексоты, мусора.

Джордж Гордон Байрон

Стансы на музыку

1

Нет радости милее той, что Рок придет отнять,Когда настанет час уму и чувствам отпылать;Зачахнут розы нежных щек и сердца первоцвет,И увяданье нас уймет почти во цвете лет.

2

А те, кто схоронил в волнах обломки светлых дней,Плывут на отмели греха и в океан страстей,Им тщетно компаса игла указывает путьК фата-моргане берегов, которых не вернуть.

3

Когда кладбищенский покой нам душу омертвитИ станет глух к чужим скорбям, кто по своим скорбит,Когда ручьи живые слез прихватят холода,В сухих глазах блеснут лучи нетающего льда.

4

Еще живут в устах слова, надежды ток — в груди,Но прежних безмятежных снов ты заполночь не жди.Обвил руины буйный плющ, все утопил в листах,Снаружи трепет, зелень, жизнь, внутри развал и прах.

5

Где чувства, равные былым, тот, кем я был тогда,Где слезы прежние мои, летучих дней чреда?Когда б вернулась, как весна, вся прелесть бытия,В пустыне нынешней моей, оттаяв, плакал я.

Джон Китс

В декабрьский мрак полночный

Перейти на страницу:

Похожие книги

Монстры
Монстры

«Монстры» продолжают «неполное собрание сочинений» Дмитрия Александровича Пригова (1940–2007). В этот том включены произведения Пригова, представляющие его оригинальный «теологический проект». Теология Пригова, в равной мере пародийно-комическая и серьезная, предполагает процесс обретения универсального равновесия путем упразднения различий между трансцендентным и повседневным, божественным и дьявольским, человеческим и звериным. Центральной категорией в этом проекте стала категория чудовищного, возникающая в результате совмещения метафизически противоположных состояний. Воплощенная в мотиве монстра, эта тема объединяет различные направления приговских художественно-философских экспериментов: от поэтических изысканий в области «новой антропологии» до «апофатической катафатики» (приговской версии негативного богословия), от размышлений о метафизике творчества до описания монстров истории и властной идеологии, от «Тараканомахии», квазиэпического описания домашней войны с тараканами, до самого крупного и самого сложного прозаического произведения Пригова – романа «Ренат и Дракон». Как и другие тома собрания, «Монстры» включают не только известные читателю, но не публиковавшиеся ранее произведения Пригова, сохранившиеся в домашнем архиве. Некоторые произведения воспроизводятся с сохранением авторской орфографии и пунктуации. В ряде текстов используется ненормативная лексика.

Дмитрий Александрович Пригов

Поэзия
Черта горизонта
Черта горизонта

Страстная, поистине исповедальная искренность, трепетное внутреннее напряжение и вместе с тем предельно четкая, отточенная стиховая огранка отличают лирику русской советской поэтессы Марии Петровых (1908–1979).Высоким мастерством отмечены ее переводы. Круг переведенных ею авторов чрезвычайно широк. Особые, крепкие узы связывали Марию Петровых с Арменией, с армянскими поэтами. Она — первый лауреат премии имени Егише Чаренца, заслуженный деятель культуры Армянской ССР.В сборник вошли оригинальные стихи поэтессы, ее переводы из армянской поэзии, воспоминания армянских и русских поэтов и критиков о ней. Большая часть этих материалов публикуется впервые.На обложке — портрет М. Петровых кисти М. Сарьяна.

Мария Сергеевна Петровых , Владимир Григорьевич Адмони , Эмилия Борисовна Александрова , Иоаннес Мкртичевич Иоаннисян , Амо Сагиян , Сильва Капутикян

Биографии и Мемуары / Поэзия / Стихи и поэзия / Документальное