Читаем Вечеринка полностью

В светцах люминофораволна голубоватаот берегов Босфорадо берегов Евфрата;слегка сменив окраску,и лодочке, и зыбкевода лепечет сказкуо рыбаке и рыбке.Провал и гребень мчатсяпривычною стезею,готовые разъятьсяна жемчуг с бирюзою.Потворствуя прибоюс волною за волною,бегу я за тобою,как ты бежишь за мною.Любовь не виновата,что капля точит горыот берегов Евфратадо берегов Босфора.

«Закрой вторую дверь на третий оборот…»

* * *

Закрой вторую дверь на третий оборот.Снаружи только дождь да загулявший кот.Набаловавшись днем, насуетясь в мирураскованных пространств — пожалуйте в нору!Восходит дым печной в ночные небеса,за занавеской спит осенняя оса,снаружи только дождь, вобравший щебет птиц,прозрачная стена без крыш и половиц,лепечущий свое немереный простор,где шастает душа, плывя из створа в створ.Закрой входную дверь в распластанную даль.Снаружи только дождь, прозрачная скрижаль.Снаружи водограй играет в водопад,где прячутся зверьки и ангелы не спят.

Ночные бабочки

Ночные бабочки прекрасны,они напоминают птиц,в них зачаровывают властносиена крыл и умбра лиц.Не нужен цвет им, креатурампотемок, лунного луча;светящимся цветам понурымидет их странная парча.Ночные бабочки телесны,и велики, и тяжелы,в равнине Русской неуместны:ночь кажет их из-под полы.О совки, родственные совам,подруги полночи и сна!Полетом трепетно-соловымтворима сада глубина.Волчки и веретена, чудополуостуженных шутих,они приходят ниоткуда,как будто ночь рождает их.Их тел ночных эфемеридывсегда внезапны и из-за,фотографируют болидыих марсианские глаза.Во мгле дневного филиала —какая в сутках благодать! —бессонница мне позволяланочных летуний повидать.Таили новолуний луныночную авиаигру;все эти феи Берилюныразвеществлялись поутру.На их чалмах и пелеринахпыльца неведомой страны,из траекторий их притинныхночей корзины сплетены.Они — Творения эклоги,паренья маленькое «чу!».И их имен латинских слогия, засыпая, бормочу.

«Цветок мой стужей застужен…»

* * *

Цветок мой стужей застужен,мертвой водой онедуженда сумерками в окне;он никому не нужен,только Богу и мне.


Перейти на страницу:

Похожие книги

Монстры
Монстры

«Монстры» продолжают «неполное собрание сочинений» Дмитрия Александровича Пригова (1940–2007). В этот том включены произведения Пригова, представляющие его оригинальный «теологический проект». Теология Пригова, в равной мере пародийно-комическая и серьезная, предполагает процесс обретения универсального равновесия путем упразднения различий между трансцендентным и повседневным, божественным и дьявольским, человеческим и звериным. Центральной категорией в этом проекте стала категория чудовищного, возникающая в результате совмещения метафизически противоположных состояний. Воплощенная в мотиве монстра, эта тема объединяет различные направления приговских художественно-философских экспериментов: от поэтических изысканий в области «новой антропологии» до «апофатической катафатики» (приговской версии негативного богословия), от размышлений о метафизике творчества до описания монстров истории и властной идеологии, от «Тараканомахии», квазиэпического описания домашней войны с тараканами, до самого крупного и самого сложного прозаического произведения Пригова – романа «Ренат и Дракон». Как и другие тома собрания, «Монстры» включают не только известные читателю, но не публиковавшиеся ранее произведения Пригова, сохранившиеся в домашнем архиве. Некоторые произведения воспроизводятся с сохранением авторской орфографии и пунктуации. В ряде текстов используется ненормативная лексика.

Дмитрий Александрович Пригов

Поэзия
Черта горизонта
Черта горизонта

Страстная, поистине исповедальная искренность, трепетное внутреннее напряжение и вместе с тем предельно четкая, отточенная стиховая огранка отличают лирику русской советской поэтессы Марии Петровых (1908–1979).Высоким мастерством отмечены ее переводы. Круг переведенных ею авторов чрезвычайно широк. Особые, крепкие узы связывали Марию Петровых с Арменией, с армянскими поэтами. Она — первый лауреат премии имени Егише Чаренца, заслуженный деятель культуры Армянской ССР.В сборник вошли оригинальные стихи поэтессы, ее переводы из армянской поэзии, воспоминания армянских и русских поэтов и критиков о ней. Большая часть этих материалов публикуется впервые.На обложке — портрет М. Петровых кисти М. Сарьяна.

Мария Сергеевна Петровых , Владимир Григорьевич Адмони , Эмилия Борисовна Александрова , Иоаннес Мкртичевич Иоаннисян , Амо Сагиян , Сильва Капутикян

Биографии и Мемуары / Поэзия / Стихи и поэзия / Документальное