Читаем Учитель истории полностью

О судьбе Троцкого узнает учитель истории лишь в конце восьмидесятых. В эпоху перестройки и гласности. Оказывается, агент НКВД испанец Рамон Меркадер по заданию Сталина совершил покушение на эмигрировавшего в Мексику Льва Троцкого. Троцкий скончается на следующий день, а Меркадер схвачен и осуждён по мексиканским законам на двадцать лет. Это произошло в 1940 году. И вот прошли эти двадцать лет. Таков неотвратимый ход истории. Хрущёв осудил деятельность Сталина, но Троцкого не реабилитировал. Доставленному после освобождения из заключения в Москву Рамону Меркадеру будет присвоено звание Героя Советского Союза. Получит работу в Институте марксизма-ленинизма при ЦК КПСС. С середины 1970-х по приглашению Фиделя Кастро станет советником министерства иностранных дел на Кубе. Уйдёт из жизни в 1978 году. Упокоится в Москве на Кунцевском кладбище.

Со временем выяснится подлинная роль Троцкого в Октябрьской революции, гражданской войне и создании социалистического государства. Мать Аркадия Львовича поделится интересными воспоминаниями. «В гражданскую войну мы имя Сталина не слышали, – рассказывала она. – Все произносили два имени Троцкий и Ленин. Имя Троцкого стояло первым. Вслед за ним называли Ленина. В 30-е годы жилось тяжко, сталинские пятилетки усердно рекламировались пропагандой, а жизнь была бедной, голодной. Нередко можно было услышать, если бы жив был Ленин, до такой жизни не дошли. Декламировали между собой прибаутку: «Прощай Ленин, прощай детка, нас заела пятилетка». Доносчиков не оказалось. Никто не пострадал. Мы вообще понятия не имели о каких-то там репрессиях. Мичуринск – город небольшой. Приусадебные участки почти у всех. Про раскулачивание в газетах читали. Нас это ни касалось. От Хрущёва услышали впервые, какие страсти и беззакония творились в стране. Среди наших родственников никто не пострадал. Мы были законопослушными советскими гражданами».

Много позже в интернете из разных источников Аркадий Львович нашёл подтверждение словам матери. «В годы Гражданской войны и сразу после неё политзанятия в Красной Армии начинались с темы «Вождь и создатель Красной Армии тов. Троцкий» Тогда имена Ленина и Троцкого звучали вместе. Их называли вождями революции».

«Троцкий был, бесспорно, вторым человеком в стране, и в советских учреждениях висели только два портрета – Ленина и Троцкого. Даже школьные тетради выпускались с портретами Троцкого и его высказыванием: «Грызите молодыми зубами гранит науки».

Ещё из одного источника узнал: «Делегации в 1923 году, приветствовавшие XII съезд партии, провозглашали: «Да здравствуют наши вожди Ленин и Троцкий!»

Так что оказалось, в конце концов, что вождями революции были Ленин и Троцкий. Для рядовых граждан России без разницы, в какой последовательности их называть. Но после смерти Ленина вождём стал Сталин. И это признал весь советский народ.

Аркадий Львович в душе негодовал на Сталина за зверское убийство неугодного соперника в борьбе за власть. Но, зная биографию Троцкого, понимал, если бы Троцкий пришёл к власти, могло быть ещё хуже.

Диктатор Троцкий со своей призрачной идеей осчастливить человечество коммунистическим переустройством мира в злодеяниях против народа превзошёл бы Сталина.

В любом случае, при любом исходе исторических событий народам России в двадцатом веке с вождями ужасно не повезло.

8. Ригас иела, 49

До Латвии добирались целую неделю. В Москве неудобная при переездах пересадка. Трое суток провели на Курском вокзале, пока удалось оформить билеты, чтобы следовать дальше. Июнь 1945 года. Только что закончилась война. Поезда не поспевали перевозить нескончаемый поток пассажиров.

Как выглядит Курский вокзал снаружи, Аркаша не разглядел. Все три дня провёл внутри этого великолепного дворца, с нескрываемым восторгом разглядывая великолепие. Пол высокого просторного зала покрыт разноцветными плитками. Скамеек не было. Пассажиры, по много суток обитавшие здесь, прямо на полу разложили узлы и прочие дорожные вещи, на них организовывали завтраки, обеды и ужины, устраивались на ночлег.

Несколько раз водили Аркашу на привокзальную площадь, чтобы выпить стакан ситро. Тётенька в белом переднике из баллончика с делениями наливала сироп, из другого – шипящую воду. Какой напиток! Так бы и пил весь день, не отходя от киоска. Не потому что жарко, хотя погода стояла сверкающе солнечная, а уж больно вкусно и забавно, когда в нос шибают малюсенькие пузырьки искромётного газа. По Москве прогулок не было, но и возле вокзала Аркаша разглядел, что Москва огромная, красивая, с широкими асфальтовыми улицами.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Дети мои
Дети мои

"Дети мои" – новый роман Гузель Яхиной, самой яркой дебютантки в истории российской литературы новейшего времени, лауреата премий "Большая книга" и "Ясная Поляна" за бестселлер "Зулейха открывает глаза".Поволжье, 1920–1930-е годы. Якоб Бах – российский немец, учитель в колонии Гнаденталь. Он давно отвернулся от мира, растит единственную дочь Анче на уединенном хуторе и пишет волшебные сказки, которые чудесным и трагическим образом воплощаются в реальность."В первом романе, стремительно прославившемся и через год после дебюта жившем уже в тридцати переводах и на верху мировых литературных премий, Гузель Яхина швырнула нас в Сибирь и при этом показала татарщину в себе, и в России, и, можно сказать, во всех нас. А теперь она погружает читателя в холодную волжскую воду, в волглый мох и торф, в зыбь и слизь, в Этель−Булгу−Су, и ее «мысль народная», как Волга, глубока, и она прощупывает неметчину в себе, и в России, и, можно сказать, во всех нас. В сюжете вообще-то на первом плане любовь, смерть, и история, и политика, и война, и творчество…" Елена Костюкович

Гузель Шамилевна Яхина

Проза / Современная русская и зарубежная проза / Проза прочее
Земля
Земля

Михаил Елизаров – автор романов "Библиотекарь" (премия "Русский Букер"), "Pasternak" и "Мультики" (шорт-лист премии "Национальный бестселлер"), сборников рассказов "Ногти" (шорт-лист премии Андрея Белого), "Мы вышли покурить на 17 лет" (приз читательского голосования премии "НОС").Новый роман Михаила Елизарова "Земля" – первое масштабное осмысление "русского танатоса"."Как такового похоронного сленга нет. Есть вульгарный прозекторский жаргон. Там поступившего мотоциклиста глумливо величают «космонавтом», упавшего с высоты – «десантником», «акробатом» или «икаром», утопленника – «водолазом», «ихтиандром», «муму», погибшего в ДТП – «кеглей». Возможно, на каком-то кладбище табличку-времянку на могилу обзовут «лопатой», венок – «кустом», а землекопа – «кротом». Этот роман – история Крота" (Михаил Елизаров).Содержит нецензурную браньВ формате a4.pdf сохранен издательский макет.

Михаил Юрьевич Елизаров

Современная русская и зарубежная проза
Божий дар
Божий дар

Впервые в творческом дуэте объединились самая знаковая писательница современности Татьяна Устинова и самый известный адвокат Павел Астахов. Роман, вышедший из-под их пера, поражает достоверностью деталей и пронзительностью образа главной героини — судьи Лены Кузнецовой. Каждая книга будет посвящена остросоциальной теме. Первый роман цикла «Я — судья» — о самом животрепещущем и наболевшем: о незащищенности и хрупкости жизни и судьбы ребенка. Судья Кузнецова ведет параллельно два дела: первое — о правах на ребенка, выношенного суррогатной матерью, второе — о лишении родительских прав. В обоих случаях решения, которые предстоит принять, дадутся ей очень нелегко…

Александр Иванович Вовк , Николай Петрович Кокухин , Татьяна Витальевна Устинова , Татьяна Устинова , Павел Астахов

Детективы / Современная русская и зарубежная проза / Прочие Детективы / Современная проза / Религия