Читаем Трубка снайпера полностью

…Начало октября 1941 года. Серенький дождливый день. По­скрипывая на ухабах, идет на передовую полуторка. Батальон куда-то отправлял гильзы от снарядов, порванные телефонные провода, старое обмундирование, и лейтенант Репин сказал Номоконову, что­бы он помог нагрузить машину и сопроводить ее до штаба тыла. Обратным рейсом взяли несколько ящиков с консервами. Сидя в одиночестве в кузове, Номоконов задумчиво покуривал трубку. Он знал: рано утром немецкий шальной снаряд угодил в блиндаж, куда зашел командир 529-го стрелкового полка полковник Ф. Карлов. Сказывал Репин, что командиру полка руки сломало, пробило ос­колком грудь и едва ли он вернется в строй. «Вот так на войне, –грустно подумал снайпер. – Вчера еще здоровый был человек, весе­лый, а сегодня…». Много хорошего слышал Номоконов о команди­ре полка. Умеет он ставить хитрые ловушки на фашистов – так сказывали солдаты. И вот случилось несчастье…

Шофер остановил машину: по дороге шагали молодые солдаты.

– Куда, ребята?

– Пополнение! – откликнулись молодые голоса. – В сто шесть­десят третью!

– А, это к нам! – радостно сказал шофер. – Садись! Забрались люди в кузов, расселись, поехали. Скоро молодые солдаты пойдут в бой, может быть, уже завтра кто-нибудь из них погибнет, но в глазах едущих не видно страха. Они шутят, смеют­ся, оживленно разговаривают. Полуторку догоняет запыленная, об­шарпанная «эмка», громко сигналит – отворачивай, мол. Но куда отворачивать, если посередине дороги тянется целая насыпь щеб­ня и гравия? Впрочем, это дело шофера. Легковая машина пытается обогнать: лезет на кучу щебня, но зарывается и останавливается. Через несколько минут, сигналя, легковая снова пошла на об­гон. Она отвернула вправо, но заехала в канаву и опять остановилась.

За клубами пыли, вылетавшими из-под колес грузовика, не разгля­дели солдаты, кто ехал в легковой машине. Один из них погрозил шоферу рукой: разве можно обгонять справа? Разобьешь машины. Когда выехали на ровное, чистое место, легковая быстро обо­гнала полуторку и, развернувшись поперек дороги, остановилась, преградила путь. Хлопнула дверца. Из машины вышел высокий человек с четырьмя шпалами на петлицах и приказал:

– Построиться всем!

Пятнадцать человек замерли на обочине.

– Кто шофер?

– Я, товарищ полковник.

– Куда следуешь?

– Имущество отвозил, а теперь ребят взял. Пополнение…

– Сигналы слышал?

– Так точно.

– Почему не дал дорогу?

– Некуда было отворачивать, товарищ полковник, щебень вы­валили. Я часто езжу тут, знаю, где кучи кончаются. Поэтому уве­личил скорость, быстрее так…

– Молчать!

Буравя глазами людей, прошелся полковник вдоль шеренги и остановился возле Номоконова.

– Застегнись!

Лихорадочно работая пальцами, мял солдат непослушный во­рот новенькой гимнастерки и не находил петель.

– Защитник! – грозно произнес полковник. – Воинскую форму надел, обулся! Ты бы еще выше колен накрутил обмотки! Воевать едешь или руки поднимать? Слышишь, ты? – вплотную нагнул пол­ковник голову к Номоконову.

– Пошто сердишься, командир? – отшатнулся Номоконов. –Как так – руки поднимать?

Очень нехорошие слова вдруг произнес на это большой коман­дир. Держась рукой за кобуру пистолета, он приказал шоферу полу­торки следовать дальше, а остальным выйти на дорогу, выравняться и строевым шагом идти к сборному пункту. Несколько минут легковая шла вслед за строем. Видно, не понравилась полковнику вып­равка молодых рабочих и колхозников, только что надевших воинс­кую форму. Он презрительно смотрел на людей, неумело отбивав­ших шаг, опять выругался, резко закрыл дверцу и, приказав «с пес­ней идти на передовую», уехал.

Все сбились в тесную кучку и долго молчали. А потом кто-то из новобранцев нерешительно подал команду, люди построились и пошли к передовой – нестройным, но твердым шагом. Тихо заз­вучала песня, потом налилась силой, загремела. О войне и весне пели солдаты. Шагая позади всех, шевелил губами и Номоконов, а на душе у него было мучительно скверно.

А через недельку вдруг увидел Номоконов «знакомого» полков­ника на большом митинге. Он говорил, что за высотами Валдая нет больше земли для его солдат, радовался, что они «наконец-то покон­чили с отступлением», призывал «готовиться к сокрушительным боям».

– Это кто? – спросил Номоконов солдата, стоявшего рядом.

– Вместо Карлова, – ответили ему. – Новый, вчера прибыл. Говорят, что дивизией командовал, а теперь на укрепление нашего полка прислали.

Еще несколько раз видел Номоконов полковника, но старался не попадаться ему на глаза. И вот произошла нежеланная встреча –с глазу на глаз.

Отряхнулся Номоконов, старательно вытер кровь, выступавшую из уголков губ, и вошел в подземное помещение, освещенное ярким светом электрической лампочки.

– Лучший снайпер нашего полка, – слышался позади рокочу­щий, но уже не резкий голос. – Из запаса, бывший колхозник… Ближе подойдите к генералу, смелее! Солдат имеет на своем сче­ту десятки истребленных…