Читаем Троян полностью

Рукописи в кожаном переплёте с опалёнными краями подверглись спектральному анализу. Было доподлинно установлено, что бумага, из которой они сделаны, была произведена двадцать лет назад в США. Автор, как видно, был верен своим предпочтениям и покупал их у одного и того же производителя.

Графологи скрупулёзно изучали и проверяли почерк на принадлежность Эйнштейну. За основу сравнительного анализа были взяты оригиналы писем великого учёного, которые хранились в Московском музее физики и математики.

Графическая однородность, просветы, высота букв рукописей показывали их полную идентичность с эйнштейновским.

Схематичность и лаконичность линий свидетельствовали о природной склонности автора к анализу, математической логике, теоретическим воззрениями, экспериментальному и прикладному характеру расчётов.

Отсутствие признаков спешки и влияния эмоций доказывали продуманность текста и глубокое проникновение в предмет. Почерк характеризовал стойкое постоянство, самобытность. Твёрдость штрихов, углы наклона – яркую индивидуальность автора.

Загадка и классика расчётов гения выводила к чёткой математической зависимости трех фундаментальных сил: электромагнитных, гравитационных и ядерных.

Вывод специалистов был однозначным и бесспорным: почерк в рукописях принадлежал Эйнштейну.

Во имя сохранения баланса сил ядерных держав, великий учёный не унёс в могилу свой труд, оставил его человечеству.

***

Интервью Свиридова о возвращении в реальный мир изучали не менее тщательно.

– Что Вы чувствовали в момент перехода из одной реальности в другую?

– Во время путешествия в прошлое, я, ровным счётом, не почувствовал ничего. Как будто моё сознание отключили в одном мире и включили в другом. Словно выдернули вилку из розетки современности вставили во вчера.

Для мира моё отсутствие длилось не более трёх минут. Фактически же я прожил в прошлом пятнадцать лет…. Мое возвращение из прошлого, напротив, было трудным. Я очнулся в клинике американского военного госпиталя. Слух, зрение, вербальные эмоции возвращались ко мне постепенно, в течение нескольких дней. Возможность двигаться я обрёл только через неделю. Заново учился ходить. Персонал клиники, описывая моё состояние, использовал термин «рассыпался».

– Что это значит?

– Американские учёные объясняли «рассыпание» живой материи размагничиванием биологических связей под влиянием энергетического воздействия. В обычном состоянии мы не задумываемся, что магнетизм присутствует во всём. Он часть нас: молекулярное, земное, галактическое, вселенское притяжение.

Прохождение живой материи в искривлённом пространстве нарушает связи на микро и макроуровне. На их восстановление требуется время.

Американская комиссия по расследованию последствий "Феномена", продолжалась почти целый год. В течение этого времени, я и все выжившие в результате эксперимента «Феномен», оставались в изоляции от внешней среды.

Эйнштейн предположил, что непосредственные участники эксперимента, оказавшиеся в эпицентре электромагнитного циклона на эсминце «Мэтью Кэлбрейт», скорее всего, были заброшены на много сотен лет назад и просто не дожили до своего возвращения, давно превратившись в прах.

– Как сложилась Ваша жизнь в том мире, в котором Вы оказались?

– Альберт Эйнштейн выхлопотал для меня документы и взял к себе на кафедру в Принстонский университет, где я работал вплоть до возращения в свою реальность…– ответил Юрий Алексеевич.

***

Осенью 1970 года, в нескольких номерах журнала «Наука и техника», была опубликована статья академика А.П. Сахарова "Многолистная модель Вселенной". В которой он в популярной форме объяснял свойства искривленного пространства. Обосновывая, что существуют другие Вселенные. Многие доводы учёного перекликалось с выводами Альберта Эйнштейна и Николы Тесла.

В статье затрагивался вопрос перемещения человека в пространстве и времени. Приводились гипотетические последствия пребывания живой материи в электромагнитном поле. Выстраивались логические заключения о перспективах применения физических явлений Единой теории поля на практике.

Непрофессионалу статья могла показаться теоретическим опусом. Но людям посвящённым, труд академика Сахарова раскрывал глаза на многое. Прежде всего свидетельствовал о значительных успехах советских физиков в области Единой теории поля и чётком прикладном значении её аспектов – военном деле.

Отрезвление

Особого значения переговорам по ОСВ Вашингтон не придавал. В отношении военной стратегии США на тот момент, доминирующей проблемой была война во Вьетнаме. Не менее важен был также и Ближний Восток. Власть иранского шаха, и, вместе с ним дармовая нефть для англосаксов висела «на волоске». Понимая шаткость власти шаха, а вместе с ней доступ к дешёвой иранской нефти, американцы искали новые источники энергии.

Перейти на страницу:

Все книги серии «Позывной «Ласточка»

Похожие книги

Список убийств
Список убийств

У руководства США существует сверхсекретный список, в который занесены самые опасные террористы и убийцы. Все эти нелюди, попавшие в список, должны быть уничтожены при первой же возможности. И название ему — «Список убийств». А в самом начале этого документа значится имя Проповедник. Его личность — загадка для всех. Никто не знает, где он находится и как его искать. Своими пламенными речами на чистом английском языке, выложенными в Интернете, Проповедник призывает молодых мусульман из американских и английских анклавов безжалостно убивать видных, публичных иноверцев — а затем принимать мученическую смерть шахида. Он творит зло чужими руками, сам оставаясь в тени. Но пришла пора вытащить его из этой тени и уничтожить. Этим займется ведущий специалист в области охоты на преступников. И зовут его Ловец…

Фредерик Форсайт

Детективы / Политический детектив / Политические детективы
Тень гоблина
Тень гоблина

Политический роман — жанр особый, словно бы «пограничный» между реализмом и фантасмагорией. Думается, не случайно произведения, тяготеющие к этому жанру (ибо собственно жанровые рамки весьма расплывчаты и практически не встречаются в «шаблонном» виде), как правило, оказываются антиутопиями или мрачными прогнозами, либо же грешат чрезмерной публицистичностью, за которой теряется художественная составляющая. Благодаря экзотичности данного жанра, наверное, он представлен в отечественной литературе не столь многими романами. Малые формы, даже повести, здесь неуместны. В этом жанре творили в советском прошлом Савва Дангулов, Юлиан Семенов, а сегодня к нему можно отнести, со многими натяжками, ряд романов Юлии Латыниной и Виктора Суворова, плюс еще несколько менее известных имен и книжных заглавий. В отличие от прочих «ниш» отечественной литературы, здесь еще есть вакантные места для романистов. Однако стать автором политических романов объективно трудно — как минимум, это амплуа подразумевает не шапочное, а близкое знакомство с изнанкой того огромного и пестрого целого, что непосвященные называют «большой политикой»…Прозаик и публицист Валерий Казаков — как раз из таких людей. За плечами у него военно-журналистская карьера, Афганистан и более 10 лет государственной службы в структурах, одни названия коих вызывают опасливый холодок меж лопаток: Совет Безопасности РФ, Администрация Президента РФ, помощник полномочного представителя Президента РФ в Сибирском федеральном округе. Все время своей службы Валерий Казаков занимался не только государственными делами, но и литературным творчеством. Итог его закономерен — он автор семи прозаико-публицистических книг, сборника стихов и нескольких циклов рассказов.И вот издательство «Вагриус Плюс» подарило читателям новый роман Валерия Казакова «Тень гоблина». Книгу эту можно назвать дилогией, так как она состоит из двух вполне самостоятельных частей, объединенных общим главным героем: «Межлизень» и «Тень гоблина». Резкий, точно оборванный, финал второй «книги в книге» дает намек на продолжение повествования, суть которого в аннотации выражена так: «…сложный и порой жестокий мир современных мужчин. Это мир переживаний и предательства, мир одиночества и молитвы, мир чиновничьих интриг и простых человеческих слабостей…»Понятно, что имеются в виду не абы какие «современные мужчины», а самый что ни на есть цвет нации, люди, облеченные высокими полномочиями в силу запредельных должностей, на которых они оказались, кто — по собственному горячему желанию, кто — по стечению благоприятных обстоятельств, кто — долгим путем, состоящим из интриг, проб и ошибок… Аксиома, что и на самом верху ничто человеческое людям не чуждо. Но человеческий фактор вторгается в большую политику, и последствия этого бывают непредсказуемы… Таков основной лейтмотив любого — не только авторства Валерия Казакова — политического романа. Если только речь идет о художественном произведении, позволяющем делать допущения. Если же полностью отринуть авторские фантазии, останется сухое историческое исследование или докладная записка о перспективах некоего мероприятия с грифом «Совершенно секретно» и кодом доступа для тех, кто олицетворяет собой государство… Валерий Казаков успешно справился с допущениями, превратив политические игры в увлекательный роман. Правда, в этом же поле располагается и единственный нюанс, на который можно попенять автору…Мне, как читателю, показалось, что Валерий Казаков несколько навредил своему роману, предварив его сакраментальной фразой: «Все персонажи и события, описанные в романе, вымышлены, а совпадения имен и фамилий случайны и являются плодом фантазии автора». Однозначно, что эта приписка необходима в целях личной безопасности писателя, чья фантазия парит на высоте, куда смотреть больно… При ее наличии если кому-то из читателей показались слишком прозрачными совпадения имен героев, названий структур и географических точек — это просто показалось! Исключение, впрочем, составляет главный герой, чье имя вызывает, скорее, аллюзию ко временам Ивана Грозного: Малюта Скураш. И который, подобно главному герою произведений большинства исторических романистов, согласно расстановке сил, заданной еще отцом исторического жанра Вальтером Скоттом, находится между несколькими враждующими лагерями и ломает голову, как ему сохранить не только карьеру, но и саму жизнь… Ибо в большой политике неуютно, как на канате над пропастью. Да еще и зловещая тень гоблина добавляет черноты происходящему — некая сила зла, давшая название роману, присутствует в нем далеко не на первом плане, как и положено негативной инфернальности, но источаемый ею мрак пронизывает все вокруг.Однако если бы не предупреждение о фантазийности происходящего в романе, его сила воздействия на читателя, да и на правящую прослойку могла бы быть более «убойной». Ибо тогда смысл книги «Тень гоблина» был бы — не надо считать народ тупой массой, все политические игры расшифрованы, все интриги в верхах понятны. Мы знаем, какими путями вы добиваетесь своих мест, своей мощи, своей значимости! Нам ведомо, что у каждого из вас есть «Кощеева смерть» в скорлупе яйца… Крепче художественной силы правды еще ничего не изобретено в литературе.А если извлечь этот момент, останется весьма типичная для российской актуальности и весьма мрачная фантасмагория. И к ней нужно искать другие ключи понимания и постижения чисто читательского удовольствия. Скажем, веру в то, что нынешние тяжелые времена пройдут, и методы политических технологий изменятся к лучшему, а то и вовсе станут не нужны — ведь нет тьмы более совершенной, чем темнота перед рассветом. Недаром же последняя фраза романа начинается очень красиво: «Летящее в бездну время замедлило свое падение и насторожилось в предчувствии перемен…»И мы по-прежнему, как завещано всем живым, ждем перемен.Елена САФРОНОВА

Валерий Николаевич Казаков

Детективы / Политический детектив / Политические детективы