Читаем Троян полностью

Родители Сьюзан давно не испытывали друг к другу ни ревности, ни любви и строили брак на свободных отношениях. Занятые устройством собственной личной жизни, особого интереса к дочери не проявляли. Мадам Кристен, много сил положившая во имя спасения семьи сына, свыклась с гостевым браком детей, предпочитая такое неестественное положение дел их окончательному разводу.

Сьюзан было 4 года, когда она тайком пробралась в вагон поезда и уехала в неизвестном направлении. Полиция разыскивала беглянку целые сутки.

В пять лет Сьюзан научилась считать до двадцати, благодаря числу кружек пива, которые выпивал за день отец.

В семь лет едва не была изнасилована постояльцем. Спасла Оливия, случайно спустившаяся в бар.

Мадам Кристен всеми силами пыталась компенсировать девочке недостаток родительской любви, заботы и внимания.

В своё время Оливия здорово перемудрила с сыном. Пыталась выковать из него порядочного человека. Неизвестно достигла ли цели, но волю в нём подавила. Разрушила его мужское эго – то, без чего сыну оказалось не под силу выстроить нормальные отношения с женой, утвердив себя в роли отца семейства.

Учитывая свои прошлые ошибки, бабушка старалась не давить на Сьюзан и давать ей больше свободы. Не пичкала её нравоучениями. Не бранила за шалости. Не журила из-за плохих оценок в школе. Заметив, что Сьюзан нагишом любуется на себя в зеркало, молча заклеила его газетой.

Главной точкой притяжения Оливии и Сьюзан был парк Вондела в Амстердаме. Сказочно красивое место. С аттракционами, кафе, летним театром под открытым небом и бесплатными представлениями. Посетители могли вносить только пожертвования. Мадам Кристен оставляла на входе два гульдена, и, вместе с внучкой, целый день наслаждались любительскими представлениями с музыкой и танцами.

Так продолжалось вплоть до одного вопиющего случая, который заставил родных взглянуть на воспитание девочки по-другому.

Десятилетняя Сьюзан уговорила подружку устроить стриптиз. Несколько дней девочки усиленно готовились к этому мероприятию. Красили яркими цветами гусиные перья, мастерили из них головные уборы и пояса. Бабушка тоже принимала участие в изготовлении атрибутов красоты, но, в самом дурном сне, не могла представить себе, каким образом они будут использованы.

Подкараулив момент, когда родителей не было дома, девчонки разделись, напялили на себя перья и затеяли танцы на столе обеденного зала отеля.

Эффект получился умопомрачительный! Повар налетел на колонну, засмотревшись на юные дарования, голышом выделывающие недетские па. Сбежались официанты. На счастье, никто из гостей не увидел позора. Вовремя подоспела бабушка. Танцовщиц сняли с «подиума». Сьюзан заперли на ключ.

Джеймс Кристен отреагировал на этот поступок неожиданным образом. Человек мягкий и уступчивый, устоявшихся либеральных взглядов, по натуре спокойный и сговорчивый, он вдруг проявил невиданную жёсткость, пуританство, диктат и полное неприятие поведения дочери. Собрал все накопления и отправил её в город Утрехт в закрытую католическую школу, при женском монастыре.

***

Сьюзан провела там восемь долгих лет.

Воспитанницы пансиона жили по строжайшему расписанию. Отдых и развлечения были под запретом. Смотреть на собственное тело считалось смертельным грехом. Дух соперничества «выжигался калёным железом». В стремлении обезличить учениц, персонал шёл на всё: порки, трудовая повинность, карцер – были делом обычным.

Зимой в классах температура поднималась не выше +19 градусов. Чтобы окончательно не замёрзнуть, в перерывах между занятиями, послушниц выстраивали в шеренгу, заставляли организованно делать гимнастику и совершать пробежки на свежем воздухе. В спальнях было ещё холоднее. Перед сном полагался холодный душ. В одежде спать не разрешалось.

Но как бы там ни было, от спартанского образа жизни был и положительный результат – воспитанницы не болели простудой.

Сьюзан была не самой старательной институткой. Отличалась мечтательностью и свободомыслием.

На следующий день после своего совершеннолетия, она покинула пансион и больше никогда там не бывала. К родителям тоже не вернулась.

Уехала из ненавистного Утрехта в Амстердам, где стала работать кем придётся, лишь бы платили: сиделкой, продавщицей, мойщицей автомашин, секретаршей, официанткой.

О своём аскетическом взрослении Сьюзан помалкивала. Придумала «своё детство», в котором превратила католический монастырь в добродетельную бабушку.

Бег по работодателям не прекращался до тех пор, пока выпускница католического училища не натолкнулась на объявление о кастинге манекенщиц. Физические данные Сьюзан соответствовали требованиям конкурса: длинные ноги, рост, красивая грудь, природная грация.

Она пришла и её взяли.

Вскоре стало понятно, что она может иметь многое, особенно не напрягаясь. Нравиться мужчинам для неё было также естественно, как дышать. К тому же, разнообразие средств для усиления оболванивающего эффекта было огромным: одежда, обувь, аксессуары, причёска, косметика.