Читаем Троян полностью

Второй партнёр Х&P, Дэвид Парк – магистр в области электротехники, тоже не гнушался ничем, в поисках платежеспособных клиентов. Чтобы привлечь интерес к продукции Х&P и получить военные заказы, он даже записался добровольцем на фронт во время Второй мировой войны. Уникального специалиста-электронщика брать не хотели, но потом нашли ему применение – определили в корпус военной разведки и обрели, в его лице, главного инженера систем радиолокации.

Во имя процветания своего бизнеса Макс Хьюл и Дэвид Парк прошли единым фронтом всю войну. Дэвид лоббировал интересы фирмы в Министерстве обороны США, получал заказы, заключал договоры. Макс управлял командой инженеров, которые продвинули системы боевой маскировки кораблей на высочайший уровень. Обеспечили потребности разведки в надёжных аппаратных комплексах, незаметных для окружающих и защищённых от перехвата противника.

Х&P освоила серийный выпуск уникальных систем маскировки морского базирования. За время Второй мировой войны превратилась из небольшой фирмы в гигантскую корпорацию, обеспечивающую Пентагон уникальными средствами и технологиями разведывательного назначения.

Но теперь, в конце 60-х годов наступил период стагнации в военной индустрии. Крупные проекты Пентагона закрыли и сократили финансирование оборудования. Научные разработки в области наступательного вооружения были поставлены на паузу.

***

Акционеры Х&P Макс Хьюл и Дэвид Парк только что заслушали доклад своего финансового директора. Итоговые цифры о результатах работы фирмы за 1967 год не вселяли оптимизма: продажи снизились, выручка упала. Прибыль достигла самых низких значений за последние пять лет.

– Каким бы уникальным и важным не было бы производство, оно не имеет смысла, если продукт никому не нужен, – печально констатировал Макс Хьюл, – После того как были свернуты крупные военные проекты Пентагона, наш товар перестал пользоваться спросом… Остаётся только вспоминать о прежних аппетитах генералитета Министерства Обороны и готовность Конгресса его удовлетворять.

– Если в ближайшее время мы не найдём клиентов, фирму можно будет закрывать. Она начнёт работать в убыток. Уникальный коллектив инженеров, изобретателей и научных работников разбежится, а мы останемся ни с чем, – согласился Дэвид, – предлагаю вернуться к старой и надёжной тактике привлечения клиентов.

– Снова двинемся в поля? Войны, вроде бы нет – вьетнамская не в счёт – не тот полёт… У тебя есть конкретные идеи? – поинтересовался Макс.

Дэвид лукаво улыбнулся собеседнику и произнёс:

– В Пентагоне произошли кардинальные перемены. Роберт Макнамара27 написал рапорт об отставке. Президент одобрил её. На днях у меня состоялся телефонный разговор с Чарлзом Рэймондом, моим приятелем, со времён войны. После пертурбации в верхах, он получил пост председателя Объединённого комитета начальников штабов28. Чарлз видит меня в качестве заместителя Министра обороны США. Я взял на размышление несколько дней, чтобы обдумать его предложение и посоветоваться с тобой.

Услышав это, Макс Хьюл, вне себя от радости, воскликнул:

– По-моему, это – удача! Думать тут нечего! Нужно соглашаться! Прекрасная новость! Мне, конечно, одному управлять Х&P будет значительно тяжелее, но перспективы увеличения портфеля заказов того стоят!.. Почему всё-таки ушёл Макнамара?

– Возможно, ему надоело вечное противостояние с Объединённым комитетом начальников штабов. К тому же история с внезапным закрытием проекта «Ледяной червь»29 не принесла ему популярности. Впрочем, Макнамара нашёл себе место не хуже. Уже известно, что он возглавит Всемирный банк, – пояснил Дэвид Парк, – На посту Министра Обороны, на мой взгляд, он допустил ошибку в стратегии. Пока фонтанировал идеями, генерировал финансы на крупных военных проектах, Начальников Штабов это устраивало. Как только заговорил о сокращении бюджетных ассигнований на стратегическое вооружение, сразу восстановил против себя весь генералитет. Проявил недальновидность – выступил за разрядку напряжённости и поддержал предложение Москвы по переговорам ОСВ. После этого Начальники Штабов объявили ему открытую войну. Обвинили в попытке урезать их полномочия и привилегии. Завязалась непримиримая борьба, в которой Макнамара проиграл. Ему пришлось оставить Пентагон. Начальники штабов, не желая больше рисковать, что им вновь навяжут пацифиста, который будет блокировать военную доктрину, вспомнили про меня. Как объяснил мне Чарлз, они, в моём лице, рассчитывают получить поставщика идей, которые откроют путь к новым масштабным проектам, под которые Конгресс, без лишних вопросов, утвердит финансирование, – пояснил Парк.

– Лучшего стратега в плане выбивания денег, чем ты, трудно вообразить! – лукаво усмехнулся Хьюл, – Мы завалим идеями Министерство Обороны! Дружище! Смело принимай приглашение и вступай в должность!

Гости с другой планеты

02 августа 1969 г., с. Александровка, Шемонаихинский район, Восточно-Казахстанская область.

Перейти на страницу:

Все книги серии «Позывной «Ласточка»

Похожие книги

Список убийств
Список убийств

У руководства США существует сверхсекретный список, в который занесены самые опасные террористы и убийцы. Все эти нелюди, попавшие в список, должны быть уничтожены при первой же возможности. И название ему — «Список убийств». А в самом начале этого документа значится имя Проповедник. Его личность — загадка для всех. Никто не знает, где он находится и как его искать. Своими пламенными речами на чистом английском языке, выложенными в Интернете, Проповедник призывает молодых мусульман из американских и английских анклавов безжалостно убивать видных, публичных иноверцев — а затем принимать мученическую смерть шахида. Он творит зло чужими руками, сам оставаясь в тени. Но пришла пора вытащить его из этой тени и уничтожить. Этим займется ведущий специалист в области охоты на преступников. И зовут его Ловец…

Фредерик Форсайт

Детективы / Политический детектив / Политические детективы
Тень гоблина
Тень гоблина

Политический роман — жанр особый, словно бы «пограничный» между реализмом и фантасмагорией. Думается, не случайно произведения, тяготеющие к этому жанру (ибо собственно жанровые рамки весьма расплывчаты и практически не встречаются в «шаблонном» виде), как правило, оказываются антиутопиями или мрачными прогнозами, либо же грешат чрезмерной публицистичностью, за которой теряется художественная составляющая. Благодаря экзотичности данного жанра, наверное, он представлен в отечественной литературе не столь многими романами. Малые формы, даже повести, здесь неуместны. В этом жанре творили в советском прошлом Савва Дангулов, Юлиан Семенов, а сегодня к нему можно отнести, со многими натяжками, ряд романов Юлии Латыниной и Виктора Суворова, плюс еще несколько менее известных имен и книжных заглавий. В отличие от прочих «ниш» отечественной литературы, здесь еще есть вакантные места для романистов. Однако стать автором политических романов объективно трудно — как минимум, это амплуа подразумевает не шапочное, а близкое знакомство с изнанкой того огромного и пестрого целого, что непосвященные называют «большой политикой»…Прозаик и публицист Валерий Казаков — как раз из таких людей. За плечами у него военно-журналистская карьера, Афганистан и более 10 лет государственной службы в структурах, одни названия коих вызывают опасливый холодок меж лопаток: Совет Безопасности РФ, Администрация Президента РФ, помощник полномочного представителя Президента РФ в Сибирском федеральном округе. Все время своей службы Валерий Казаков занимался не только государственными делами, но и литературным творчеством. Итог его закономерен — он автор семи прозаико-публицистических книг, сборника стихов и нескольких циклов рассказов.И вот издательство «Вагриус Плюс» подарило читателям новый роман Валерия Казакова «Тень гоблина». Книгу эту можно назвать дилогией, так как она состоит из двух вполне самостоятельных частей, объединенных общим главным героем: «Межлизень» и «Тень гоблина». Резкий, точно оборванный, финал второй «книги в книге» дает намек на продолжение повествования, суть которого в аннотации выражена так: «…сложный и порой жестокий мир современных мужчин. Это мир переживаний и предательства, мир одиночества и молитвы, мир чиновничьих интриг и простых человеческих слабостей…»Понятно, что имеются в виду не абы какие «современные мужчины», а самый что ни на есть цвет нации, люди, облеченные высокими полномочиями в силу запредельных должностей, на которых они оказались, кто — по собственному горячему желанию, кто — по стечению благоприятных обстоятельств, кто — долгим путем, состоящим из интриг, проб и ошибок… Аксиома, что и на самом верху ничто человеческое людям не чуждо. Но человеческий фактор вторгается в большую политику, и последствия этого бывают непредсказуемы… Таков основной лейтмотив любого — не только авторства Валерия Казакова — политического романа. Если только речь идет о художественном произведении, позволяющем делать допущения. Если же полностью отринуть авторские фантазии, останется сухое историческое исследование или докладная записка о перспективах некоего мероприятия с грифом «Совершенно секретно» и кодом доступа для тех, кто олицетворяет собой государство… Валерий Казаков успешно справился с допущениями, превратив политические игры в увлекательный роман. Правда, в этом же поле располагается и единственный нюанс, на который можно попенять автору…Мне, как читателю, показалось, что Валерий Казаков несколько навредил своему роману, предварив его сакраментальной фразой: «Все персонажи и события, описанные в романе, вымышлены, а совпадения имен и фамилий случайны и являются плодом фантазии автора». Однозначно, что эта приписка необходима в целях личной безопасности писателя, чья фантазия парит на высоте, куда смотреть больно… При ее наличии если кому-то из читателей показались слишком прозрачными совпадения имен героев, названий структур и географических точек — это просто показалось! Исключение, впрочем, составляет главный герой, чье имя вызывает, скорее, аллюзию ко временам Ивана Грозного: Малюта Скураш. И который, подобно главному герою произведений большинства исторических романистов, согласно расстановке сил, заданной еще отцом исторического жанра Вальтером Скоттом, находится между несколькими враждующими лагерями и ломает голову, как ему сохранить не только карьеру, но и саму жизнь… Ибо в большой политике неуютно, как на канате над пропастью. Да еще и зловещая тень гоблина добавляет черноты происходящему — некая сила зла, давшая название роману, присутствует в нем далеко не на первом плане, как и положено негативной инфернальности, но источаемый ею мрак пронизывает все вокруг.Однако если бы не предупреждение о фантазийности происходящего в романе, его сила воздействия на читателя, да и на правящую прослойку могла бы быть более «убойной». Ибо тогда смысл книги «Тень гоблина» был бы — не надо считать народ тупой массой, все политические игры расшифрованы, все интриги в верхах понятны. Мы знаем, какими путями вы добиваетесь своих мест, своей мощи, своей значимости! Нам ведомо, что у каждого из вас есть «Кощеева смерть» в скорлупе яйца… Крепче художественной силы правды еще ничего не изобретено в литературе.А если извлечь этот момент, останется весьма типичная для российской актуальности и весьма мрачная фантасмагория. И к ней нужно искать другие ключи понимания и постижения чисто читательского удовольствия. Скажем, веру в то, что нынешние тяжелые времена пройдут, и методы политических технологий изменятся к лучшему, а то и вовсе станут не нужны — ведь нет тьмы более совершенной, чем темнота перед рассветом. Недаром же последняя фраза романа начинается очень красиво: «Летящее в бездну время замедлило свое падение и насторожилось в предчувствии перемен…»И мы по-прежнему, как завещано всем живым, ждем перемен.Елена САФРОНОВА

Валерий Николаевич Казаков

Детективы / Политический детектив / Политические детективы