Читаем Том 9. Ave Maria полностью

Когда они были в Америке, Анатолий вспоминал о том, как много дала ему работа с Альбертом Швейцером в Габоне, вспоминал знаменитое «Всемирное братство боли» великого врача и музыканта. Рассказывал о том, что Швейцер очень часто посещал деревни прокаженных, и прокаженные дети сидели у него на руках, и он рассказывал им сказки, и вопреки всяким представлениям о гигиенических нормах Альберт Швейцер так и не заразился проказой. «Вот что значит сила духа, – заключил рассказ своего друга отец Лавр, – сила духа все побеждает».

Конечно, отец Лавр был прав, но в случае с тетей Нюсей ее болезни преодолеть не удалось, хотя чего-чего, а силы духа и Марии, и тете Нюсе было не занимать.

В годы странствий с тетей Нюсей Мария видела вблизи столько страданий и боли, что стала теперь каждый день, каждый час своей жизни чувствовать как богоданную радость. Это чувство в ней было и духовное, и физическое одновременно, наверное, поэтому оно становилось еще сильней, еще ощутимее и почти никогда не пропадало.

В том же августе, 19-го числа, Марии Александровне приснился знакомый сон: старый пирамидальный тополь на их николаевской усадьбе, тень-черта через весь пустырь, и за эту черту уходят толпы людей. Одна из женщин в толпе обернулась, и Мария отчетливо увидела свою маму.

Проснувшись поутру, она сразу же вспомнила сон и поняла: мамы больше нет на этом свете. И теперь она, Мария, точно сирота. А что касается Александры, то с нею все неясно. Александру она не видела среди ушедших за черту, но так ли это? Кто его знает. Все-таки она, Мария, помнит Сашеньку совсем крохотной и у них слабая связь.

…И вот она в Португалии, свободная ото всех обязательств, и, кажется, одна-одинешенька на этом свете, кажется, так…

Слава богу, жив-здоров мсье Мишель и исправно ведет ее дела, закрыть которые Мария все еще не решается. Жива-здорова и очаровательная жена мсье Мишеля Лулу с ее невероятными фиалковыми глазами и нежной кожей.

Когда Мария Александровна приехала в Лиссабон и прожила три дня в отеле, а потом начала интересоваться жильем, то, видя ее авто, подчеркнутую простоту в ее одежде, ее повадки совершенно уверенного в себе человека, ей сразу же предложили купить или взять в аренду какой-нибудь замок в королевском пригороде Лиссабона Синтре с ее изумительными горами и видами на океан – месте, где от века клубилась португальская знать.

Зеленая Синтра с ее узенькими, крутыми улочками, с ее ухоженными парками при многочисленных усадьбах, с синим океаном недалеко внизу очень понравилась Марии Александровне. Синтра понравилась, но Мария Александровна выбрала для своего места жительства менее фешенебельный пригород Эшторил. Потом выяснилось, что в Эшториле жил Стефан Цвейг, жил и живет сам верховный правитель Португалии Салазар, жил и умер в 1946 году трехкратный чемпион мира по шахматам Александр Алехин.

Кстати, Салазар и Алехин играли в шахматы. По бытующей легенде, которую рассказал Марии Александровне Антониу Мучачу, владелец прекрасной гостиницы и знаменитого ныне ресторана на океанском берегу, на пляже Гиншу, когда Алехин и Салазар играли первую партию, между ними произошла занятная сценка.

В игре Алехин сдал Салазару одного за другим коня и офицера.

Не терпевший лести диктатор нахмурился и, взглянув в лицо партнера своими чуть прищуренными острыми глазами, в которых словно плавали льдинки, сказал с нескрываемым раздражением:

– Хоть я и премьер-министр Португалии, но играть со мной в поддавки не надо. Мне не нужны такие жертвы.

– А мне нужны, – с улыбкой выдерживая его взгляд, сказал Алехин и, подняв своего черного ферзя, объявил: – Мат!

– Ха-ха-ха! – от всей души расхохотался Салазар. – Какой же я самонадеянный болван! Как не увидел ловушку?! Теперь я буду играть только с вами, чтобы точнее понимать свое место в мире. Это освежает! – Льдинок в глазах Салазара как не бывало, теперь его глаза сияли от восторга – он умел ценить чужие таланты и отдавать им дань полной мерою.

Давным-давно мелькало в уме Марии Александровны: «Хорошо бы поехать а Португалию». Мелькало еще с тех времен, когда они с тетей Нюсей любили потягивать у камина порто. А непосредственным толчком для приезда в Португалию Марии Александровны послужила книга Эриха Марии Ремарка «Ночь в Лиссабоне», которую она прочла по-немецки совсем недавно. Действие этого романа Ремарка происходило в 1947 году сначала во Франции, где герои романа евреи дожидались визы в Португалию, а затем и в самой Португалии. Когда что-то из прочитанного ложилось Марии Александровне на душу, она невольно запоминала куски текста. Из «Ночи в Лиссабоне» ей запомнился этот:

«Побережье Португалии стало последним прибежищем беглецов, для которых справедливость, свобода и терпимость значили больше, чем родина и жизнь».