Читаем The White Tiger Extrapolation (СИ) полностью

– Почему ты не дождался меня, чтобы поехать вместе? – спросил Леонард.

Шелдон пожал плечами:

– Ты еще спал, я решил добраться с водителем. В этом не было большой разницы.

Леонард немного потоптался на пороге, отчего-то чувствуя себя уязвленным последним замечанием.

Шелдон вскинул на него взгляд.

– Ты что-то хотел? Я работаю.

– Н-нет, в общем-то, нет, просто зашел сказать привет, – ответил Леонард. – На самом деле, я собирался пойти к тем лазерам в отделе экспериментальной физики, взглянуть, на что они способны в действии.

– Хорошо, – лаконично отозвался Шелдон и вернулся к своим делам.

Леонард отправился проверять лазеры, и в следующий раз они увиделись только тогда, когда пришло время возвращаться домой.

Это стало своего рода системой: Шелдон уезжал в лабораторию с водителем чуть свет, пока Леонард еще спал, так что сам Леонард добирался до работы один, затем они трудились весь день, пересекаясь только в кафетерии, да и то не всегда, а после этого возвращались домой, и все чаще дорога проходила в молчании. Вечерами Шелдон, как правило, пропадал в компании Родстейна, и Леонард старался не думать о том, как эти двое проводили время.

Сказать по правде, Леонард устал от этой ситуации. Он устал думать о том, что заставляло Шелдона поступать так, как он поступал, что продолжало удерживать его в Майами рядом с Родстейном, было ли все дело в лаборатории, или за этим стояло что-то еще, и был ли ему, в конце концов, так уж неприятен Родстейн, раз он до сих пор не захотел сбежать от него, куда глаза глядят. Так или иначе, он решил не вмешиваться. Леонард предложил Шелдону свою помощь, причем, стоило отметить, не один раз, Шелдон ее отверг, и Леонард просто не видел смысла и дальше двигаться в этом направлении. Он решил подождать и посмотреть, куда их это в конце концов приведет, а до тех пор не рыпаться и просто плыть по течению.

Поскольку Пенни по-прежнему проводила большую часть своего времени с Майклом Дауэллом, а Кутраппали – с Беатрис, Леонарду ничего не оставалось, кроме как найти пристанище в обществе Говарда и Джеффа, которые неплохо сошлись на почве своей любви к женщинам. Так что вечера в компании Говарда, Джеффа и знойных красоток стали привычными для Леонарда. Иногда им удавалось даже превратить это в некое отдаленное подобие их прежних задротских вечеров в Пасадине, когда они занимали время просмотром фильмов на огромной плазме в гостиной или даже доставали из шкафа одну из старых добрых приставок, чтобы начистить друг другу физиономии на виртуальном ринге. Чем эти вечера отличались от вечеров в Пасадине, так это тем, что на них неизменно присутствовали красивые девушки, которые в большинстве своем были не прочь заняться групповым сексом. От последнего Леонард раз за разом вежливо отказывался, мотивируя это тем, что ему с утра нужно в лабораторию. Впрочем, стоило отметить, что если кто-то из красоток выражал желание разделить постель с ним одним, Леонард не видел причин отказываться.

В четверг вечером случилось кое-что, что несколько выбило Леонарда из его привычной рутины. Тем вечером он зашел в туалет рядом со столовой, чтобы помыть руки перед ужином, и обнаружил там Кутраппали, который сосредоточенно втягивал носом через соломинку ровную полоску белого порошка с небольшого карманного зеркала.

Леонард быстро закрыл за собой дверь и подошел к нему.

– Радж, ты обещал завязать с этой дрянью! – прошипел он, не помня себя от возмущения.

Кутраппали выпрямился, поворачиваясь к Леонарду, и неожиданно улыбнулся ему во весь рот.

– Расслабься, Леонард, – сказал он и бесцеремонно потрепал Леонарда по щеке. Тот оттолкнул его руку, донельзя возмущенный. – Я это контролирую.

– Черта с два ты это контролируешь! – воскликнул Леонард. – Ты бы не принимал эту дрянь, если бы действительно что-либо контролировал.

Радж шмыгнул носом, стирая с лица ладонью мельчайшие остатки белого порошка, и посмотрел на Леонарда стеклянным взглядом.

– Ты не понимаешь, – немного нечетко произнес он. – Когда я говорю, что контролирую это, я имею в виду, что контролирую вообще все. Даже Беатрис, ты знаешь, Леонард? Она так прекрасна, и она моя. Иногда мне кажется, я мог бы контролировать даже Эвана, – сказал он, затем на секунду задумался и изумленно вздохнул, вскинув на него взгляд. – Пожалуй, я мог бы контролировать тебя.

Внезапно он щелкнул пальцами совсем близко к лицу Леонарда, и тот отшатнулся.

– Я контролирую тебя, Леонард, – повторил Радж. – Ты больше не будешь нести всю эту расистскую чушь о том, как я должен и как не должен жить. Я контролирую все.

Он неожиданно рассмеялся, а потом вышел из уборной, пританцовывая, а Леонард только ошеломленно смотрел ему вслед, прокручивая в голове их разговор в тщетных попытках понять, какая часть его слов показалась Раджу расистской.