Читаем The Looting Machine полностью

Эмиль Салим рекомендовал Всемирному банку стремиться заключать сделки с нефтяными и горнодобывающими компаниями, чтобы "максимизировать выгоды, остающиеся в стране". Но МФК удовлетворилась поддержкой стабилизационного соглашения Newmont. Дело не в том, что сотни компаний выстраиваются в очередь, чтобы инвестировать в горнодобывающий сектор Ганы, - сказал мне Варма из IFC, когда я спросил, справедлива ли сделка Newmont. У них есть много вариантов по всему миру. Мы должны поощрять компании идти в те страны, куда они в противном случае не пришли бы".

Министр финансов Ганы Квабена Дуффур был явно менее убежден в справедливости распределения доходов между его страной и американской горнодобывающей компанией. В конце 2009 года, вскоре после разлива цианида компанией Newmont, он заявил, что хочет повысить роялти, причитающиеся иностранным добытчикам, с 3 до 6 процентов. Он сказал, что правительство займется "фискальным режимом всего горнодобывающего сектора".

Дуффуор вторил своим коллегам из других африканских сырьевых стран, которые наблюдали за тем, как плоды бурного роста цен на сырьевые товары проходят мимо них. Их требования о пересмотре условий вызвали грозные предупреждения со стороны промышленности о возрождающемся "ресурсном национализме". Извечная угроза повторялась снова и снова: даже скромное повышение роялти или налогов отпугнет инвесторов. Три ведущих экономиста из Африканского банка развития, изучавшие прошлые попытки увеличить долю африканских стран в добыче, сочли этот аргумент "редко подкрепленным эмпирическими данными". Но, столкнувшись с завуалированной угрозой иностранных советников, предупреждающих их о необходимости оставаться "дружественными инвесторам", африканские правительства, как правило, уступают. Транснациональные корпорации привыкли добиваться своего. Когда я спросил Джеффа Хуспени, старшего вице-президента Newmont по Африке, что он думает о плане Ганы увеличить роялти, он ответил: "Наше инвестиционное соглашение имеет приоритет над горным законодательством". Гана, ее коллега по добыче золота Танзания и богатая медью Замбия в итоге смягчили свои планы по увеличению роялти.

Даже если правительства африканских стран проигнорируют угрозы и уговоры Всемирного банка и сырьевых компаний и добьются увеличения доли доходов от продажи нефти и полезных ископаемых, они мало что смогут сделать, чтобы остановить поток денег, утекающих из их стран благодаря налоговым махинациям, ставшим возможными благодаря глобализации финансов. Такие незаконные оттоки не ограничиваются нефтяной и горнодобывающей промышленностью, но эти отрасли особенно хорошо приспособлены для выкачивания денег из бедных стран, где на них зачастую приходится большая часть экспорта. Две трети торговли происходит внутри многонациональных корпораций. В значительной степени эти компании решают, где платить налоги с той или иной части своих доходов. Это оставляет широкие возможности для того, чтобы не платить налоги нигде или платить их по ставкам, намного ниже тех, которые платят чисто отечественные компании.

Представьте себе транснациональную компанию, производящую резиновых цыплят, под названием Fowl Play Incorporated. Штаб-квартира Fowl Play и большинство ее клиентов находятся в США. Дочерняя компания, Fowl Play Cameroon, управляет каучуковой плантацией в Камеруне. Каучук отправляется на фабрику в Китае, принадлежащую другой дочерней компании, Fowl Play China, где из него делают резиновых цыплят и упаковывают. Резиновые цыплята отправляются в материнскую компанию Fowl Play в США, которая продает их в основном американским клиентам.