— Не будет никакого шантажа, наоборот Черчилль и Рузвельт помогают оборудованием и станками, взрывчаткой и вооружением, лишь бы мы продолжали воевать. Оба прекрасно понимают, что после огромных потерь прошлого года, мы еще не в том состоянии, чтобы наступать, хотя фронт держать научились. Нам бы до зимы дотянуть, а там начнем — потери у нас незначительные, в большинстве дивизий опытные бойцы, потери резко снизились, а это самое главное. Так что насчет лета не знаю, но зимой мы пойдем на запад, в позиционной обороне немцам усидеть будет трудно. И бить надо по «слабому звену» — перед южными фронтами появились две румынские и венгерская армии, немцам не хватает собственных сил. А мы в гораздо лучшем состоянии, потому что не было окружений и разгромов, войска поверили в свои силы, а этого достаточно для будущего успеха — наступать научатся быстро. И что хорошо — теперь Сталин за потери взыскивает сурово, и чуть что, немедленно отрешает от командования, невзирая на заслуги. Только благодаря этому во всех тридцати мехкорпусах к зиме будет по двести «тридцатьчетверок», и запас сделают изрядный. Перевес в количестве будет двойной, что на земле, что в небе. Должны задавить…

Кулик остановился, ухмыльнулся — производство Т-34 пока не достигло сакральной цифры в полторы тысячи танков, но в августе наберет это количество и даже больше. И выпуск самолетов нарастает — в небо поднялись ЛА-5, давно летают и бомбят ТУ-2 и двухместные ИЛ-2, в задней кабине которых появился стрелок. Да и в самом Ленинграде производят модифицированные И-185 и СУ-2, по сотне машин каждых в месяц, но этого вполне достаточно для фронта и флотов. С дюралем кое-как решили проблемы, квоты выделили именно с ленд-лиза, и выяснилось, что огромное число листов используется не по назначению — из них даже причальные настилы стелили, такой масштаб разгильдяйства и безответственности. Конечно, нерадивых «товарищей» серьезно наказали, выпуск самолетов немного увеличили — но теперь все за серийным мотором М-71, вроде начали делать, промучились десять месяцев. Как только «детские болезни» этого двигателя излечат, а сами самолеты станут цельнометаллическими — то появятся два самых совершенных самолета. Разрешение председатель ГКО дал, а союзники значительно увеличили квоты поставок дюраля — конечно, дороговатый выйдет истребитель И-185, но он станет первым, и ни в чем не будут уступать лучшим образцам люфтваффе. Но так и летчики на них в большинстве флотские, у которых уровень подготовки намного выше. Армейским же пилотам хватит «яков» и «лавок», только делать побольше. Именно эти «ястребки» есть становой хребет советской авиации, если не считать поступающие по ленд-лизу «аэрокобры», теперь дело только за пилотами…

Американский истребитель Р-39 «Аэрокобра» начал поступать малыми партиями с начала 1942 года, но со следующего года ими уже вооружали целые авиаполки. Пушка 37 мм и четыре крупнокалиберных пулемета превратили самолет в настоящего «истребителя» любых вражеских бомбардировщиков. Да и поставили их в СССР немало — пять тысяч, почти половина из которых была потеряна в боях…

<p>Глава 40</p>

— Как видите, Георгий Федотович, все проблемы у нас порой в неумении целого ряда командиров пользоваться тем великолепным инструментом, которым мы владеем. А потому всех этих товарищей гнать поганой метлой в ИПТАПы — «прощай Родина», должна стать их последним местом службы. Там вычисления не нужны, стрельба по вражеским «панцерам» ведется исключительно прямой наводкой. А струсит, сбежит — будет ему прямо у пушек приговор военного трибунала прочитан, и тут же приведен в исполнение. Так и надо поступать в дальнейшем с начартами — не умеешь организовать разведку и 'работу дивизионов, в противотанковые полки определять, и выше подполковника не поднимать. А генералов на такие бригады сразу ставить — и пожелать им геройской гибели в первом же бою.

Маршал Кулик был раздражен, вроде устав есть, приказы с инструкциями имеются, доведены до всех, тем не менее, хватает бездарей с черными петлицами и двумя скрещенными орудийными стволами. Хотя на порядок меньше, чем в стрелковых дивизиях, особенно резервных или несколько раз переформированных — вот там порой тихий ужас творится, когда выпустят БК непонятно куда и по каким целям, а поднявшуюся в атаку пехоту просто кладут рядами из неподавленных пулеметных точек. И что скверно, в артполках многие до сих пор не умеют вести контрбатарейную борьбу, хотя этому уделяется самое повышенное внимание.