Читаем Stop (maket - 2).indd полностью

ные места, мы с Юрой опустили руки на колени, стараясь не делать ника-

ких лишних движений. Банкет начался. Сразу возникли трудности с хлебом.

Его, как известно, в руке не держат, а отламывают по кусочку со специаль-

ной тарелочки. Мы с Юрцом не смогли сойтись во мнении, с какой сторо-

ны должна стоять эта тарелка, и в итоге до конца обеда аккуратно отламы-

вали хлеб с одной. Я слева, а он справа, при этом делая невозмутимое лицо,

как будто, так и надо. Официанты разлили шампанское. Старший по званию

грек встал и произнес речь. Украдкой посмотрев по сторонам, я понял, что

пить залпом шампанское греки не собираются, в отличие от многих наших,

вливших напиток в рот привычным водочным броском. Отпив пару глотков,

мы с Юрой поставили бокалы и стали ждать пищу. От большого волнения

и боязни опозориться я даже не запомнил, что было на закуску. По-моему,

какие-то салаты. Официанты непрерывно мельтешили вокруг. То шампан-

ского подольют, то тарелку заменят. Бойцы рабоче-крестьянского флота

к такому вниманию не привыкли, поэтому старались, как могли, облегчить

работу классовым товарищам, чуть ли не помогая собирать со стола посу-

ду, что вызывало недоуменные взгляды хозяев. После главного грека речь

снова задвинул каперанг Воеводин. Выдав десяток дежурных фраз о друж-

бе народов во всем мире, он неожиданно закончил свой спич пожеланием

большого здоровья всем присутствующим и их родителям. Атташе добросо-

вестно перевел и раздался звон бокалов. Приглядевшись, мы заметили, что

в голове стола, где заседали наши и греческие начальники, спиртное изъ-

яли не все. Точнее, вообще не изымали, а, скорее, даже доставили. И судя

38

Часть первая. Птенцы гнезда Горшкова

по оживленной беседе, доносившейся оттуда, алкоголь постепенно начал

стирать все барьеры, от политических до языковых. Да и разве мог всего

один толмач, пусть даже шустрый и веселый, успевать переводить беседу

десяти человек?

Подали горячее: суп из баранины. Цивилизация еще не успела приду-

мать ничего более надежного для употребления жидких блюд, кроме ложки.

По этому этап поглощения прошел без эксцессов. За исключением, может

быть, иногда прорывающегося чавканья с противоположной стороны стола,

где вольготно расположился наш татарин Сафик. Он попал в училище по ком-

сомольской путевке руководства своей далекой республики, до восемнадца-

ти лет жил в юрте и догадался, что будет моряком, только на третьем месяце

обучения. Степная непосредственность и неприхотливость перла из Сафика

очень сильно, и, слава богу, к моменту нашего визита его уже научили не до-

пивать на людях остатки супа прямо из тарелки. Правда, учился он хорошо.

Знания ложились в незаполненную голову степняка гладко и ровно, и мно-

гие курсовые работы Сафик делал за половину класса. Так или иначе провер-

ку супом мы прошли без замечаний. Тосты следовали один за другим. Прав-

да, пили только в одном углу стола. Судорожно сжимая бокал с персиковым

соком, проблеял здравицу присутствующим выдернутый из-за стола замсе-

кретаря комсомольской организации факультета. Мы добросовестно опро-

кидывали сок и с напряжением ждали дальнейшего развития событий.

Подали второе. Жареная картошка с гигантскими кусками мяса. Здесь

впервые в наших рядах возникло некоторое замешательство. Уж слишком

велик был выбор ножей и вилок! Сафик, тот просто плюнул на условности,

взял самую большую вилку в привычную правую руку и начал скирдовать

продукты без разбора. Мы с Юрой, применяя выбранную тактику, выждали,

когда греческие соседи взяли необходимый инструмент, повторили их дей-

ствия и со спокойной совестью приступили к трапезе. Смешно, но и Юрка,

и я по советской градации происходили из семей служащих. Помните гра-

фы анкет: крестьяне, рабочие, служащие… Советская интеллигенция, одним

словом. А вот нож в правой руке держать толком не умели! Самые рабоче-

крестьянские интеллигенты в мире! Кое-как дожевали мясо и проглотили кар-

тошку. Вот тут со мной и случился мелкий конфуз. Предупредительный офи-

циант у всех вокруг собрал пустые тарелки, включая и Юрца, а у меня брать

категорически не хотел, просто игнорировал мои пламенные взгляды.

– Юр! Какого хрена он тарелку у меня не забирает?

– Паш… Не знаю… Может, его подозвать?

– Перестань, он ко всем сам подходил… Слушай, может вилку с ножом

надо как-то по-особенному положить? Ты как клал?

– Да просто кинул, и все! Попробуй по-разному, может, и прокатит…

Я начал экспериментировать. Перекладывал вилку и нож, как мог. Крест

накрест, рукоятками от себя, на себя, на скатерть… Официант не подходил.

Возникло острое желание попросту воткнуть их в стол. Только с пятой или

шестой попытки официант, наконец, вырос у меня за спиной и легким дви-

жением выдернул тарелку из-под моих рук. Знайте, люди русские, к изы-

скам не приученные, их надо класть рукоятками вправо, параллельно груди.

Это означает, что ты уже поел от пуза и больше не хочешь, сколько ни пред-

лагай.

Вздохнулось наконец с облегчением. Греки непринужденно закурили.

Мы за ними. Специально по случаю похода к греческим друзьям я захватил

39

П. Ефремов. Стоп дуть!