Читаем Stop (maket - 2).indd полностью

тровой кухне и запиваешь его литровой чашечкой растворимого «Неска-

фе», произведенного в неизвестной третьей стране. А на приеме, на торже-

ственном обеде. А в какую сторону надо наклонить тарелку, доедая суп и при

этом не выглядеть в глазах общественности дикарем с Сэндвичевых остро-

вов. И в конце концов, можно ли налить в бокал из цветного стекла красное

вино, или его наливают даже в пивную кружку? Голову даю на отсечение, от-

ветит, дай бог, только каждый пятый. Или седьмой. Если ошибаюсь, я счаст-

лив. И самое главное, что делать, когда ты первый раз в своей жизни оказал-

ся за столом, накрытым по всем правилам сервировки, и проконсультиро-

ваться абсолютно не с кем…

Для дружественного визита в греческий военно-морской вуз нас, кур-

сантов, отобрали человек тридцать. Меня и моего тогдашнего товарища Юрку

Смирницкого в том числе. Как положено, до полного нашего изнеможения

проверяли форму одежды и почти что не дали времени на устранение обна-

руженных недостатков. Потом снова мельком осмотрели, одобрили и дали

команду спуститься вниз на пирс. Так что волнующий момент первого всту-

пления на берег Греции запомнился нам только тем фактом, что в спину тол-

кали спешащие товарищи. Делегацию возглавил начальник учебного отдела

училища, каперанг Воеводин, мужчина суровый и дюже уставной. Говорят,

что даже родному сыну он запрещал в увольнении переодеваться в штатскую

одежду, а ежели тот артачился, то собственноручно сдавал его в комендату-

ру. Ему в помощь снарядили еще пару-тройку офицеров, а для усиления и бо-

лее полного контакта с греками, а также пригляда за нами всеми – военно-

35

П. Ефремов. Стоп дуть!

морского атташе СССР в Греции, разбитного капитана 3 ранга, по-моему,

вообще впервые надевшего мундир.

Минут десять мы курили на пирсе. Наконец подошел автобус с черны-

ми тонированными стеклами. Погрузились. Поехали. На улице было тепло,

но мы парились в бушлатах, объявленных на этот день формой одежды. По-

этому приятно удивило чудо западной техники – кондиционеры, установ-

ленные в машине. Поплутав по узким улочкам, автобус выехал к большим

воротам. Особого фурора наше прибытие не произвело. Навстречу вышла

только немногочисленная группа офицеров и курсантов. Поздоровались.

Сразу выяснилось, что говорить с местными курсантами можно только че-

рез атташе. Только он один знал английский язык в форме, доступной для

легкого общения, и уж тем более только он говорил по-гречески. Для начала

нас провели по территории училища. Впереди офицеры, позади мы в окру-

жении греческих гардемаринов. Ребята пытались вступить в разговор с нами

на всех известных им языках, но мы гордо отвечали только на русском, ибо

других просто не знали, а технический английский, который нам преподава-

ли в училище, вовсе не подходил для беседы. Нашелся среди нас всего один

вундеркинд, более или менее сносно складывающий фразы по-английски,

примерно на уровне шестилетнего кокни с лондонских окраин. Все осталь-

ные школьный курс помнили в объеме трех-пяти слов, чего, как понимае-

те, для полноценного обмена мнениями по международным вопросам явно

не хватало. Поэтому с обеих сторон объяснялись языком жестов, а мы еще

прибегали к матерщине. Матерились много. Ну как, к примеру, руками по-

казать человеку, что такое нашивки на погонах? К Юрке прилепился один

шустрый грек, судя по цифрам на плече, тоже первокурсник, и постоянно

тыча пальцем в его два галуна старшины 2 статьи на погонах, делал удивлен-

ное лицо и пожимал плечами. Это после мы узнали, что его интерес вполне

законен. У греческих курсантов не было званий, и их очень удивляла неоди-

на ковость вида наших погон. А тогда я был благодарен судьбе, что он при-

стал не ко мне, а к Юрке, и тот, мучительно роясь в памяти, пытался извлечь

из своего скудного словарного запаса английского языка подходящие слова

для пояснения. Наконец Юрка выдохся и пояснил коротко и просто:

– Я… Бл… Ну, в общем… I many people!!!

И продемонстрировал двумя руками ошеломленному греку жест, во всем

цивилизованном мире обозначающий половой акт. Грек объяснение понял

и воспринял адекватно. Но от Юрки не отстал, теперь уже указывая на мои

три полоски на погонах. Воодушевленный возникшим контактом, Юрка уже

спокойно и доброжелательно пояснил надоедливому греку:

– А он! Вот же блин!!! Понимаешь, он… Ё… твою мать… He many, many,

many, many people!!!

И несколько раз интенсивно повторил движение руками. Грек много-

значительно покачал головой, и до конца нашего визита посматривал на меня

с видом глубокого уважения. Так, коротая время в светских беседах, мы про-

двигались по территории училища. Само по себе оно не особо впечатляло.

Совсем небольшое, правда, очень ухоженное. Невысокие здания после на-

шей копии Смольного казались просто игрушечными. Но спортзал поразил.

Огромный бассейн, масса тренажеров, футбольное поле с ровнейшим газо-

ном, шикарные душевые. Такое нам и не снилось. О чем говорить! Планомер-

но загнивающий капитализм. Постепенно мы обошли все училище, причем

маршрут движения был четко ограничен, и при вольной или невольной по-

36