Читаем Stop (maket - 2).indd полностью

Часть первая. Птенцы гнезда Горшкова

пытке уклониться от трассы сопровождающие курсанты вежливо, но твер-

до указывали «правильный» путь. Ничего странного никто в этом не видел,

все военные во всем мире абсолютно одинаково зашорены. Ведь и у нас был

свой прогулочный «БАМ» для особо важных гостей. Наконец блуждания за-

кончились, и мы оказались в большой университетской аудитории.

Вышел греческий офицер и полчаса воодушевленно рассказывал об учи-

лище. Жаль только, совсем непонятно. После него выступил наш веселый ат-

таше и минуты за две перетолмачил выступление грека уже на русский язык.

Так как говорил он в стиле очень короткого изложения, то лично я узнал со-

всем немного. Что училище – единственное в стране, что обучаются здесь

не только греки, но и иностранцы, что всего курсантов 240 человек, да и все,

пожалуй. Затем, блестя лысиной, на кафедру взгромоздился Воеводин и про-

изнес ответную пламенную речь о дружбе и сотрудничестве, причем нас,

вероятно по соображениям секретности, он называл непонятным терми-

ном «будущие инженеры-мотористы». Военные секреты страны – вещь,

конечно, важная, но, слушая «вражьих» кадетов, мы сразу пришли к выво-

ду, что они прекрасно знают, на кого мы учимся. Единственные знакомые

слова, услышанные из их уст, касались ядерной энергии и подводных лодок.

Выполнив необходимые любезные формальности, наше начальство реши-

ло, что программа посещения подошла к концу и пора собираться по домам.

Но не тут-то было. Воспитанные греки пригласили всех в курсантскую сто-

ловую на званый обед. Только вот столовая у них называлась по-другому –

курсантский ресторан…

Это действительно оказался ресторан. Причем прекрасный, на поря-

док выше любого подобного заведения Советского Союза. В большом сте-

клянном зале стояло два стола. При первом же взгляде на них меня охвати-

ло чувство, балансирующее между паникой, ужасом и детской беспомощ-

ностью перед приближающимся наводнением. Мама родная! Чего только

не было на этих столах! Горы тарелок, неимоверное количество вилок, но-

жей и прочих блестящих железок неизвестного назначения, батареи бо-

калов, стопок, фужеров и других, совершенно незнакомых мне сосудов.

Четким строем, прямо-таки по ранжиру выстроились бутылки всех ви-

дов и размеров. Походными шатрами вздымались белоснежные салфетки.

Но ведь самое страшное было то, что хитрые буржуи на столе перед каж-

дым местом выставили аккуратные таблички, поясняющие, какой нацио-

нальности едок должен опустить задницу на этот стул. И мы, представите-

ли могучей державы, стали терять монолитность рядов. Нас сажали, пере-

межая через одного с греками! Полная катастрофа! Нет плеча товарища!

Не видна грудь четвертого человека! Повернув голову к Юрке, я обнару-

жил, что у него на лбу написан мистический страх туземца перед незнако-

мыми предметами. Остальной же наш народ вел себя, на удивление, бес-

печно, словно каждый день на камбузе нам накрывали таким же образом,

а не бросали на столы гнутые алюминиевые ложки и чугунные бачки вре-

мен очаковских и покоренья Крыма. Я, насколько возможно, придвинул-

ся к Юрке и прошептал:

– Старик, прикрой меня, я перекину таблички…

Он догадался без лишних слов, о чем идет речь, и мы вдвоем мелкими ша-

жочками, чуть ли не под руку передислоцировались к столу. Замена прошла

незамеченной, и, облокотившись о заранее выбранные стулья, мы стали ожи-

дать начала банкета. Теперь мы сидели рядом друг с другом. Мелочь, но при-

37

П. Ефремов. Стоп дуть!

ятно. Искоса поглядывая на стол, Юрка и я суммировали совместные знания

и пытались разобраться в предназначении разложенных предметов.

– Так, эта вилка, видишь, двухзубая, это для рыбы… Я читал…

– А на фига столько ножей? Четыре, нет пять…

– Один столовый, другой, вроде, десертный, а остальные… хрен его

знает.

– Труба! Опозоримся…

– Глядим на греков и делаем, как они. Один к одному…

– А салфетку куда? За ворот или на колени?

– Давай не дергаться… Делаем вид, что сыты по горло. От подозритель-

ных блюд отказываемся.

Пока мы перешептывались, наше командование узрело на столах ба-

тареи бутылок и всполошилось. Алкоголь – яд! Особенно для неокреп-

ших юношеских организмов. После серии пламенных жестикуляций и бо-

лее точного их перевода нашим атташе к столам бросились официанты.

Через минуту из горячительных напитков осталось только шампанское

и то в очень небольшом количестве. Пока производились эти манипуля-

ции в зале шел оживленный обмен сувенирами. Мы раздавали привезен-

ные с собой открытки с изображением города-героя Севастополя, значки

с Лениным и прочими символами страны и флота. Греки несли все подряд,

от парадных эполет до неизвестных нам предметов одежды. Лично у меня

до сих пор хранится гюйс, а проще сказать, форменный воротник греческо-

го курсанта непонятной конструкции, завязывающийся на спине. Стран-

но, но больше всего грекам нравились значки с изображением вождя ре-

волюции. Они с огромной радостью брали их и даже прикалывали к мун-

дирам, правда, с изнанки.

Наконец, нас пригласили к столам. Впрыгнув на заранее облюбован-