Поставив кружку на подоконник, он заметил на нём солнечный коврик. Это была экологичная консоль с плоской платформой размером с журнал, которая в течение дня накапливала солнечную энергию и беспроводным методом заряжала положенные на неё мобильные устройства.
Она была такой же, как из детских воспоминаний, всегда находившаяся на кухне у окна в доме родителей.
Пытаясь осознать происходящее, он оглянулся вокруг и прокряхтел: – Какой сегодня сол… – и с криком добавил: – Год какой?!
– Сорок первый, – попятившись, с испугом промолвила она и, будто сомневаясь в своих словах, достала из заднего кармана коммуникатор. Взглянув на дисплей, протянула ему.
Посмотрев на экран древней модели коммуникатора, не веря своим глазам, он всмотрелся в дату. Рассудок помутнел, вселенная вокруг сжалась. Он опустился на колени; его начало рвать кровью.
– Мне нужно позвонить, – просипел он, вытирая лицо протянутым ему полотенцем. – Где мой комбинезон? Там коммуникатор, все контакты.
– Сейчас принесу, – испуганно бросила девчонка и убежала.
Он звонил в Штаты, к себе домой. Стационарные номера не отвечали, машинный женский голос, подражая среднезападному диалекту, предательски отвечал: «Соединение в данном направлении временно недоступно. Перезвоните позже». Он пытался связаться с родственниками, с соседями или хотя бы со знакомыми в Калифорнии, но ID абонентов, которые были ему известны, не отвечали или не существовали. Он связывался с операторами сетей, но они, как и поисковые системы соц. сетей, отказались выдавать информацию, ссылаясь на политику конфиденциальности персональных данных.
– Что случилось? – поинтересовалась Эллен, наблюдая за его отчаянными попытками с кем-то связаться.
Прислонившись к стене, он опустился на пол и вернул ей её коммуникатор, а за тем показал свой. На экране – блекла фотография семейной пары с ребёнком на руках.
– Это мои родители, – опустив голову, беспомощно произнёс он. – А это я. Через несколько часов они погибнут. А я сижу здесь и не могу их предупредить. Двадцать первый век называется!
Не вдаваясь в подробности, Турал в общих чертах рассказал ей, кто он. Рассказал, как сюда попал. Юная особа доверчиво слушала, глядя на него своими ясными наивными глазами.
Выслушав его, Эллен задумчиво произнесла:
– Не переживай, что-нибудь придумаем. В Штатах сегодня ещё не наступило!
Приехал представитель муниципалитета и двое полицейских. После короткой беседы увезли его с собой. Прощаясь, она подарила ему свой старый коммутатор, которым уже не пользовалась. Он обещал ей позвонить. Его повезли в Брисбен, столицу штата, находившегося в двух часах езды. Полицейский автомобиль следовал в иммиграционную службу, куда полагалось сдать нелегала, но в пути старшему офицеру кто-то позвонил. Спустя несколько минут его высадили в центре оживлённого мегаполиса у входа в представительство Соединённых Штатов и пожелали удачи.
Спустя четыре часа Турал стоял у ворот грузового терминала аэропорта Брисбен, присматриваясь к системам наблюдения. За спиной, жалобно взвизгнув тормозами, остановился чёрный пикап. Его водитель вышел и, подойдя к нему, протянул руку:
– Здравствуй, Турал, я Оливер.
– Здравствуйте, – пожав ему руку, с подозрением ответил Турал. Тепло ладони нового знакомого пронзило его кисть.
Перед ним стоял молодой человек, коротко стриженый шатен с худощавым лицом. На вид моложе него. На нём была кожаная куртка с молниями и узкие чёрные брюки. Говорил он также с местным акцентом.
С пикапа сошла Эллен, подойдя к ним, взяла парня за руку, сказав:
– Привет, Турал, познакомься, это мой брат Оливер.
– Рад… Спасибо, что спасли. А как вы меня здесь нашли?
– У тебя мой коммуникатор, – улыбнулась Эллен. – Ты с родными смог связаться?
– Нет, – мотнул он головой.
– Эллен сказала, что тебе в консульстве не помогли. Что они сказали? – поинтересовался Оливер.
– Выслушали, обещали разобраться. Сфотографировали, сняли для меня койку в хостеле и отправили туда.
– Ясно. А здесь что делаешь? Если надеешься пробраться в самолёт незаметно, то сомневаюсь, что тебе это удастся.
– Нашла. Подтвердить заказ? – отрывая взгляд от коммуникатора, спросила у брата Эллен.
– Да, подтверждай.
– Что вы делаете? – вздохнул Турал.
– Покупаем тебе билет домой, – бросил Оливер.
– Вы не обязаны этого делать.
– Я нет. Но если моя сестрёнка чего-то желает, я не могу ей отказать. Я обещал отправить тебя домой – не бросать же дело на полпути. Если билет до консульства тебе не помог, то билет до Штатов точно поможет. Сначала я не поверил в ту историю, которую ты ей вклеил, пока не посмотрел на срок годности твоего скафандра. Там в запасе ещё лет тридцать есть. Он лежит на заднем сиденье, но не думаю, что тебя пустят с ним в самолёт.
– Готово. Регистрация закончится через три с половиной часа, – бросила Эллен.
– Как я улечу без документов? – сомневаясь, спросил Турал.