– Нет, нет, – бубнил он в пустоту. В висках стучала кровь, боль пронзала затылок, звенело в ушах, и к горлу подступил комок. Вселенная кружилась: перед ним раз десять за несколько секунд мелькнуло солнце. Синапсы беспорядочно квантовали нейроны, пытаясь сориентировать сознание в пространстве. Где айрокатер, где корабль? Он найти ответа не мог.

– Сто седьмой, ответь, – услышал он голос Мартина.

С болью сплюнув собственную слюну, Турал произнёс:

– Мартин, я здесь.

– Ты где? Мы тебя не видим.

– Не знаю, я кручусь. Потерял ориентацию, только Солнце успеваю замечать. Где Эмин? Майя с вами, в рубке?

– У меня данных нет. С момента столкновения прошло двенадцать минут. Связи с айрокатером нет, визуального контакта тоже.

– Где Майя?

– Я пока не знаю, все покинули рубку, я здесь один. Прости, я не успел увернуться. Нас порядочно зацепило, похоже, айрокатер тоже отнесло. Не знаю, куда вас отбросило, но мы тебя найдём.

– Нет, времени уже нет, – рассудил инженер. – Излучатель работает?

– Да, диагностика показывает, что всё готово.

– Ты знаешь, что делать. Запускай, спасай команду!

Мартин с ответом тянул, но спустя полминуты, вздохнув, сказал:

– Прощай, Турал! Мы тебя не забудем, – и его голос исчез в безмолвной пустоте.

– Эмин, сто шестой, Эмин, – он, не оставляя надежды, отчаянно продолжал вызывать кузена, слыша в ответ лишь гнетущую тишину, прерывающуюся тихим эхом собственного дыхания, звоном в ушах и слабым гулом систем скафандра.

Угол его зрения помимо Солнца охватило что-то яркое. Белым вихрем к нему приближались глыбы. Всё чаще рядом пролетали крупные и мелкие осколки. Он поступил так, как велел кузен: с панели управления сменил язык, ввёл команду – три семёрки. Скафандр стравил азот, и он оказался внутри лазурной оболочки. Сознание поплыло, сузилось восприятие окружающей реальности. Закрыв глаза, он увидел танцующие огоньки: его затягивало в незримую пасть искривлённого пространства.

[1] Фабберами – 3D-принтер, периферийное устройство, использующее метод послойного создания физического объекта по цифровой модели.

[2] Снеговая линия – в астрономии и планетологии характеристика протопланетной системы звезды, расстояние от светила, на котором температура становится достаточно низкой для того, чтобы простые летучие соединения (такие как вода, аммиак, метан, молекулярные азот и хлор) переходили в твёрдое состояние.

[3] Сублиматор – система охлаждения и осушения воздуха в скафандре.

[4] Кремальера – устройство для герметического закрывания люков.

Твердь земная

Открыв глаза, он увидел под потолком позолоченную люстру. Затылок всё ещё болел. Попытался поднять руку, но резкая боль пронзила вену: к левому запястью был прилеплен пластиковый шлаг капельницы.

– Мама, мама, он проснулся, – послышался девчачий голос, и кто-то выбежал из комнаты.

Она вернулась с матерью. Уже вынув из вены иглу, он сидел на кровати, рассматривая маленькую комнату, увешанную постерами смазливых певцов.

– Вы в порядке? – спросила женщина с полукруглым лицом и светло-соломенными волосами. – Не вставайте, вам надо лежать, – её слова звучали невнятно, с каким-то небрежным, сокращающим акцентом.

– Я здесь как оказался? – поинтересовался он.

– Вас нашли ночью, – улыбнулась женщина. – Врач вас осмотрел, сказал – выживете. – Спохватившись, она торопливо вышла из комнаты со словами: – Мне надо позвонить, они должны уже приехать.

У проёма двери стояла девочка-подросток лет пятнадцати с коротко стриженными светло-русыми волосами. Её светлое лицо было усыпано веснушками.

– Вы русский? – поинтересовалась она с таким же невнятным акцентом.

– Американец, – оглядывая себя, смущённо ответил он: на нём было только нижнее бельё.

– Я принесу вам чай. Там на стуле лежит одежда брата, можете надеть, – уходя, сказала она.

Поднявшись с постели, он оделся, нерешительно подошёл к окну. За окном плескалось тёмно-синее море. Бледно-жёлтый блин над морским горизонтом освещал золотую зарю, согревая своими лучами побережье. Вдоль береговой линии растягивалась убегающая вдаль вереница одноэтажных строений.

Она вернулась с подносом в руках, на котором была кружка с чаем и варенье из пустынного лайма.

– Спасибо. Где я? – спросил он между глотками горячего чая.

– В Австралии, – наивно улыбнулась она. – Там Тихий океан, – указала она за окно. – Мама готовит вам завтрак, – добавила она и спросила: – Вы заблудились? Наверное, ваш спускаемый аппарат не там приводнился, а затем затонул. Вас нашёл мой брат, он хозяин рыболовного сейнера. Вас выловили этой ночью в океане. Он видел, как к горизонту спускается что-то светящееся. Думали, метеорит или метеозонд, а это были вы. На вас был российский скафандр, и все подумали, что вы русский. Брат сказал, что вы были без сознания. Меня зовут Эллен, а как вас?

– Турал. Где ваш брат?

– Он уехал к жене в госпиталь, – и, задумчиво улыбнувшись, добавила. – Я сегодня стала тётей!

– Поздравляю, племянник?

– Нет, племянница!