Читаем Содержательное единство 1994-2000 полностью

Западные эксперты не без основания считают, что Западу приходится выбирать между уступкой государству России в сфере его государственническо-имперских интересов и уступкой российским ТНК в сфере их геоэкономических интересов. При этом Запад понимает, что незрелые российские ТНК готовы продать государственнический интерес за мелкие, а зачастую и просто фиктивные уступки их геоэкономическим амбициям. Эксперты Запада заняты скрупулезным расчетом уровней минимальных уступок транснациональным корпорациям России с тем, чтобы с их помощью обуздать группы, стремящиеся реализовывать российские имперские интересы. Обсчитываются и способы, позволяющие в дальнейшем превратить в фикцию и сделанные минимальные геоэкономические уступки российским новоявленным Ротшильдам и Рокфеллерам.

Однако, эту стратегию критикуют те, кто считает, что "уступка транснациональным корпорациям России на новой фазе приведет к тому, что придется уступать неоимперской группе". В целом мнение здесь пока что не сформировано. Однако в последнее время многие стали признавать, что уступки Черномырдину и его компании "гегемонистов" из сырьевой и финансовой олигархии "обойдутся дешевле, чем уступки неоимпериалистам России".

Следующая последняя фаза российской внешней политики для западных экспертов связана с именем Грачева. Здесь доминируют крайние и избыточно, на мой взгляд, аффектированные оценки роли Павла Сергеевича: "О, этот Грачев!.. Грачев – это конец!.. Это переход в прямой, военный аспект империализма!.. Чечня, военные акции в ней, дальше пойдет Грузия, Казахстан, Азербайджан!.. А дальше…" Дальше – Запад начинает отмобилизовывать Украину. Украина становится для него приоритетной державой с точки зрения попытки реализовать на территории бывшего СССР не холодный мир, как говорит Борис Ельцин, и не холодную войну, а совершенно новую и оригинальную стратегию "матрешечности".

Суть ее заключается в том, чтобы удержать на 1/6 территории планеты, т.е. на территории бывшего СССР ту модель блокового мира, которая до этого была глобальной, локализовать модель блокового мироустройства. Для этого предполагается разместить контрроссийский союз СНГовых сил по внешней периферии бывшего СССР и создать внутри СНГ систему конфронтации, которая полностью повторит весь доперестроечный мир в масштабе 1/6. Шестая часть планеты должна стать "прошлым" миром в миниатюре, локализовав внутри себя то устройство, которое перед этим реализовывалось во всем мире. Потом, в качестве второго этапа, миниатюра должна еще уменьшится. Эти последовательные матрешки прошлого, "вмороженного", я бы сказал, в настоящее, со сжатием рамки замороженного участка планеты до размеров Московской или Рязанской области. Вот политическая метафизика для постсоветского мира в его западном исполнении. При появлении новой, меньшей матрешки, большая должна по этому замыслу "испаряться". А в качестве сухого остатка – рождаться короли металла, нефти, газа… "Короли – без королевств…"

Вопрос о месте этих псевдокоролей в мировой элите и о возможности заключения с ними именно стратегического долговременного союза до сих пор еще не решен. К ним тоже относятся с подозрением, потому что это (цитирую) "хоть и компрадоры, но все же русские… Неизвестно, как будут они себя вести в крайней (!!!) ситуации". Поэтому, когда Черномырдин считает, что он сумеет договориться с Западом и, продав часть национальных интересов, купить долговременную лояльность Запада интересам "Газпрома", то, думаю, что он заблуждается. Хотя на узком временном интервале в несколько лет могут быть достигнуты соглашения весьма и весьма прельстительные для наших не столь уж и притязательных "королей реального экспорта".

Таково общее отношение Запада к развитию российских претензий, так сказать, "во времени и пространстве".

Перейдем к рассмотрению их оценок нашей политики в особых точках планеты.

Регион #1 – конечно, Ближний и Средний Восток. Здесь следует признать, что продажа реакторов Ирану, начавшаяся несогласованно и с низкого старта, очень и очень тревожит Запад. Причем тревожит именно скачкообразность в изменении курса. Если бы российская политика была более плавной и можно было бы предсказать, во что она перельется, то такой тревоги Запада не было бы. Но сейчас она есть! И западные эксперты гудят буквально как растревоженный улей. В гуле этих голосов можно уже уловить главное. Запад волнует не эта сделка сама по себе, а то, что стоит за ней. Он пытается понять: имеет ли здесь место конкретный интерес какого-то отдельного человека, или же речь идет о победе одной военно-политической группы над другой. В последнем случае – каков масштаб интересов победившей группы? Насколько долговременна эта победа? Насколько "рационально" будет поведение победителей?.. Как говорится, "и тэ дэ и тэ пэ".