Читаем Сновидец полностью

– Что ж, всё это отлично, но где наш караван?

Друзья огляделись, рассматривая сон, в котором они очутились, пытаясь понять, куда исчезли исполины. Кругом, куда ни кинь взгляд, возвышался дремучий лес с огромными деревьями, напоминавшими высоченные дубы, обильно увитые лианами и бахромой синего мха, свисающего вниз, точно борода. В ветвях деревьев весело пели птицы, ползали причудливые насекомые и скакали крошечные красно-жёлтые обезьяны. Земля у подножия «дубов» была столь густо устлана опавшими листьями, что походила на толстый ковёр, на котором рост папоротник, темнели крупные фиолетовые ягоды и сновали бесчисленные ящерицы.

– Где мы? – спросил Нандор, расстёгивая куртку, так как сон был душный и жаркий.

– Трудно сказать, – ответил Странник, внимательно осматривая всё вокруг. – Скорее всего, это очередной сон «создателя»… Так куда же подевались наши пятьсот мамонтов? Неужели опять ушли под землю? Ох, не хотел бы я снова оказаться в Лабиринте…

– Кажется, они двинулись вон туда, – сказал Сновидец, прислушиваюсь к звукам тропического леса. – Слышишь, обезьяны кричат в той стороне. Наверняка они видят что-то необычное.

– Так чего же мы здесь стоим? – воскликнул Странник. – За ними!

Они превратились в двух маленьких обезьянок и проворно заскакали по веткам в сторону доносившегося до них шума.

Мамонты не успели уйти далеко. Вальяжно пробираясь сквозь джунгли, они сноровисто лакомились ягодами и с довольным видом тёрли мохнатые бока о шершавые стволы. Мартышки, скачущие в ветвях, с любопытством разглядывали диковинных зверей и громко переговаривались. Иногда, набравшись храбрости, они срывали с дерева нечто вроде желудей и бросали их в мамонтов, но те даже и ухом не вели. Погонщики убрали свои копья и не понукали животных, и те брели медленнее обычного, наслаждаясь теплом, светом и сладкими ягодами. Только далеко впереди, во главе колонны, глухо звучал одинокий барабан указывающий направление движения и не дающий каравану разбрестись по лесу.

– Не знал, что саблезубые мамонты любят ягоды, – удивился Нандор, перепрыгивая с одной ветки на другую. – Я думал они хищники.

– Так и есть, – ответил Странник, ловко орудуя своим хвостом и совершая головокружительные прыжки. – Но после такого длинного и жуткого перехода, даже они становятся сластёнами. Хотя на твоём месте я бы всё же не рисковал приближаться к ним слишком близко. Кто знает, что у них на уме…

В эту минуту, словно в качестве подтверждения слов Странника, один из мамонтов неожиданно и молниеносно выбросил свой хобот в сторону, выхватил из листвы излишне любознательную мартышку и, прежде чем та успела вскрикнуть, отправил её в свою пасть. Лес взорвался криками оставшихся обезьяны и на спины мамонтов обрушился град желудей и фруктов, но было уже слишком поздно. Погонщик мамонта похлопал своего питомца по шее и весело рассмеялся. Он явно был горд проворством своего великана.

– А где же «гончие»? – поёживаясь спросил Сновидец. – Я не вижу ни одной?

– Они остались в лабиринте и присоединятся к каравану на обратном пути, – сказал Странник. – Так что расслабься, твои зеленоглазые друзья далеко отсюда…

– Получается, у каравана сейчас нет никакой охраны? – изумился юноша.

– Ну, если не считать самих саблезубых мамонтов и их погонщиков, то нет, – ответил Странник. – Да и сам посуди, зачем им сейчас охрана? Лабиринт пройден, их спины пусты, к чему привлекать лишнее внимание? Я думаю, охрана будет поджидать нас в том месте, куда они держат свой путь.

– Узнать бы, где оно… – сказал Нандор.

– Терпение, дружище, – улыбнулся Странник. – Всем нужен отдых, даже мамонтам… Скоро мы прибудем, я это чувствую…

Караван шёл через джунгли два дня. Приободрившиеся мамонты шагали весело и бодро, озорно размахивая хоботами и изредка до смерти пугая обезьян своим громоподобным рёвом. Друзья двигались вместе со стаей мартышек, держась чуть поодаль, а когда темнело, прятались в какое-нибудь дупло, но за всё это время никто ни разу не потревожил их покой.

– Такие путешествия мне по вкусу, – от души радовался Странник. – Ни тумана, ни крылатых змей, ни «гончих» кругом. Так можно жить, а, приятель?

– Как-то уж слишком спокойно, – отвечал юноша, привыкший за последние дни постоянно быть начеку. – Хоть бы Стражи появились…

– Типун тебе на язык! – хмурился Странник. – Запомни, дружище, настоящий воин вовсе не тот, кто всё время ждёт подвоха, а тот, кто умеет расслабиться, когда для этого есть хоть малейшая возможность. Смотри на меня – я отдыхаю!

Странник хватился своим длинным хвостом за сук и дважды прокрутился вокруг него с самым счастливым видом.

– Аниш говорил, что в чужих снах никогда нельзя расслабляться, – упрямо отвечал юноша. – К чему это веселье?