Читаем СМЕРШ полностью

В Опаву мы приехали на второй день после занятия ее Красной армией. Улицы были завалены горами кирпича, мебели, мешками с песком, балками и разным хламом.

Из погребов, засыпанных развалинами, пробивались струйки горького дыма.

«Мин не обнаружено» — то и дело попадались нам надписи.

Группы бойцов заглядывали в уцелевшие дома.

Мы проехали Опаву и остановились на уцелевшей западной окраине. Нигде ни одного гражданского лица. Хмурые часовые, шлагбаумы. «Не иначе, здесь должен быть армейский отдел контрразведки», — подумал я. Так и оказалось.

Подполковник Душник вышел из автомашины и после короткого разговора с часовым вошел в красивую виллу. Вскоре из виллы вышел смуглый майор и приказал часовому пропустить нас.

В шесть часов вечера я уехал с капитаном Шапиро в небольшой лагерь, находившийся в нескольких километрах от Опавы.

— Тут, Коля, как в мертвом доме. Почитай во всем городе нет ни одной бабы, — сетовал капитан.

Вчера уехал и Шапиро. В лагере остался один я с двумя бойцами. Смершевцы верят мне, иначе они не оставили бы меня одного. Это хорошо, это очень хорошо.

1 мая

Мои бойцы достали пять литров водки. Где и как, этого они не хотели сказать.

Я пригласил Зою, начальника санчасти, и мы начали встречать первое мая.

Зоя быстро опьянела. Бойцы отнесли ее в комнату и бросили на койку.

Начальник лагеря, веселый толстяк-капитан, присоединился к нам. Он выпил два литра сорокаградусной водки и не был пьян.

В четыре часа ночи мои гости разошлись. Капитан ушел спать. Бойцы захотели еще посмотреть, что творится в городе.

— Там теперь интересно. Пьяные медички…

В моей комнате поразительно много стенных часов. Каждые пять минут какие-нибудь из них бьют. Должно быть раньше здесь жил любитель-коллекционер. Бойцы нарочно заводят их. «Чтобы не было скучно»!

Какой сегодня замечательный день! Весна, цветы, зелень. Яркое нежное солнце. Тепло.

Буду ли я хоть раз в жизни еще счастлив? Выберусь ли я когда-нибудь из этого и Богом, и людьми проклятого учреждения.

Если б я снова мог теперь выйти на луг у себя в Карпатах и растянуться на теплой весенней траве, без единой мысли, без единого желания! Если бы я мог снова быть свободным и не чувствовать постоянное присутствие смерти!

Нет, таким счастливым, как раньше, я уже никогда не буду. Что-то переменилось во мне. СМЕРШ. Убийства и кровь, кровь и убийства. Везде кровь, везде страдания, везде муки, везде смерть!

Смерть шпионам. Смерть антикоммунистическим партиям. Смерть всему антикоммунистическому человечеству.

3 мая

Работаю мало, больше отдыхаю. Кто знает, что будет завтра? Пока пользуюсь случаем.

Вчера заходила ко мне Зоя. Скучная, неинтересная девушка.

Вот… опять бьют мои часы. Надо будет их убрать.

4 мая

Полчаса назад ко мне прибежал начальник лагеря.

— Вам приказ по телефону из штаба нашей Армии: немедленно вернуться в хозяйство Ковальчука, которое сейчас в Моравской Остраве.

— Вот как!

— Я вам советую подождать до завтра. В восемь утра в Моравскую Остраву идут три мои машины.

Начальник лагеря ушел. Черт возьми! Что за спешка такая? Неужели?. Глупости. В таком случае, они приехали бы за мной сами. Нет! Здесь что-то другое.

Начальник лагеря прав. Поеду завтра. Попутными не доберусь и за неделю.

Однако в чем дело? Наверное Ковальчук звонил в штаб Армии, а оттуда звонили сюда.

Поживем — увидим.

6 мая

Моравская Острава.

Майор Гречин, мой ближайший начальник, встретил меня дружелюбно.

— Молодцом, добрались! Слышали, в Праге восстание?

— Нет, не слыхал.

— Вчера по радио передавали.

— Откуда?

— Из Праги же. Чехи захватили радиостанцию. В городе идут бои. Я сначала не поверил. — уж слишком это не похоже на чехов. Но нет, представьте, держатся. Сегодня тоже передавали… Да! Генерал вызвал нас по телефону. Поедем в Прагу.

— Когда?

— Скоро!

Сообщение майора меня пугает. В Праге у меня много знакомых. Чего доброго, кто-нибудь увидит меня, ну и… Да. Нехорошо, совсем нехорошо. Однако поеду — там видно будет. Надо приготовить записку. Только, как передать ее? Чехи, правда, за деньги все сделают.

*

В тот же день, вечером, меня вызвали к подполковнику Душнику.

В большом зале, за большим столом, сидело около двадцати офицеров. Здесь были знакомые мне капитан Миллер, капитан Шапиро, капитан Потапов, майор Попов, капитан Водопьянов, майор Гречин, Ева и Соня. Остальных я не знал.

— Садитесь и переводите, — подал мне подполковник Душник папку со списками пражских членов организации «Влайка».

Все присутствующие тоже были заняты переводами. Большинство из них умело читать по-чешски, но значения многих слов они не понимали. Капитан Миллер часто обращался ко мне с просьбой помочь перевести отдельные слова.

Подполковник Душник прохаживался по помещению, давая нам инструкции.

— Переводите только главное. У нас очень мало времени.

В одиннадцать часов ночи к нам пришел полковник Козакевич. Это наш новый заместитель начальника. Высокий, плотный, с кривым носом. Его все побаиваются. Он очень строг и требователен.

— Как идет работа, товарищи офицеры?

— Я думаю, что к утру все будет готово, — ответил Душник.