Читаем СМЕРШ полностью

— Товарищ Синевирский, без вас здесь обойдутся, — обратился ко мне полковник. — Зайдите к капитану Степанову. У него очень спешное дело.

— Есть, товарищ полковник.

Управление занимало часть города возле парка. Только четвертый отдел и прокуратура находились возле тюрьмы.

Часовые останавливали меня и спрашивали пароль. Во всех домах кипела работа. Смершевцы готовились к крупному налету. Еще бы! Они давно точили зубы на Прагу. Там много антикоммунистического элемента. Русская эмиграция, украинские сепаратисты, чешские политики разных оттенков — от генерала Гайды до самых левых, как социал-демократы.

Нужно уничтожить всех, кто мешает коммунизму. Поэтому в Управлении такая напряженная работа.

Огромный муравейник не спит. Работают облавы, стучат шифровальщики, секретные и строго секретные телеграммы летят из Управления в Москву и из Москвы — в Управление.

А тысячи людей, которые через несколько дней будут арестованы, спокойно спят.

Я отыскал Степанова. В комнате у него сидел солидный господин средних лет. В течение шестичасового допроса я узнал, что допрашиваемый — видный член «Влайки», лично знакомый с Бераном, Моравцем и другими политическими деятелями Чехословакии.

Капитан Степанов не поспевал записывать те сведения, которые сообщал член «Влайки».

Меня, по правде сказать, удивляет один факт. Смершевцы в последнее время больше интересуются чехами и антисоветской эмиграцией, чем немцами.

9 мая

День победы. Праздновать начали с 11-ти часов вечера, когда Москва объявила о капитуляции Германии, подписанной Кейтелем.

Стрельба, песни, танцы, опять стрельба, водка, поцелуи.

Жители Моравской Остравы перепугались.

— Что такое? Немцы возвращаются? Почему такая стрельба?

— Конец войны, пан! Конец войны!

Комендатура разослала надзоры по всему городу, чтобы прекратить стрельбу. Куда там! Стреляли и надзоры. Таков русский обычай.

В 10 часов утра подполковник Душник собрал у себя весь второй отдел. (Начальник второго отдела, подполковник Шабалин, уехал ночью с оперативной группой в Прагу со специальным заданием поймать Власова).

Более ста офицеров присутствовало в больших помещениях виллы, занимаемой подполковником. (Это, конечно, только те, которые постоянно находились при Управлении по занимаемой ими должности, и частично такие, как я, оперативные работники, вызванные в связи с заданием).

Подполковник Душник встал.

— Товарищи! Поздравляю вас с победой.

— Ур-р-ра-а-а-а!

Вид у подполковника был строгий, хмурый, совсем не праздничный.

— «И на нашей улице будет праздник» — сказал тов. Сталин в 1942 году, когда враг был под Москвой. Его вещие слова сбылись. Мы празднуем победу. Однако нам, работникам контрразведки, не следует забывать, что кругом нас — враги. Наше социалистическое государство окружено капиталистическим миром. Я не ошибусь, если скажу, что для нас война не кончилась. Нам предстоит много, очень много работы, быть может, более тяжелой и ответственной, чем до сих пор. Мы — оплот нашей социалистической страны. Мы должны гордиться этим. Враг не дремлет. Пусть в газетах пишут о договорах, о любви и дружбе, — нас это не касается. Капиталисты были, есть и будут нашими врагами. И, как таковые, они тайно работали, работают и будут работать против нас. Запомните это, товарищи! Каждый наш промах может обойтись очень дорого нашей стране. Партия и правительство доверили нам ответственнейшую работу. Мы обязаны оправдать это доверие. Тайная война ведется во всех уголках мира. Шпионы, члены разных организаций, диверсанты и иные наши враги просачиваются к нам самыми разными способами. Смерть им всем во имя победы идей Ленина и Сталина во всем мире… Выпьем же за победу над Германией, за нашего мудрого вождя тов. Сталина и за верных сынов нашей социалистической родины — работников контрразведки.

Подполковник поднял стакан и начал чокаться с офицерами, сидевшими поблизости.

Для меня слова подполковника не были новы. В процессе работы я давно почувствовал, что Советский Союз не признает ни за кем в мире правды. Диктатура пролетариата во всем мире — это не пустые слова. Иначе зачем столько убийств, зачем такая «жертвенная работа» и днем и ночью, зачем списки и списки? Зачем столько смершевцев?

В шесть часов вечера уезжаем в Прагу. Интересно, много ли нас поедет?

10-22 мая 1945 года

Вечером 9 мая наши студебеккеры тронулись в путь. Оперативную группу, насчитывающую около 100 офицеров (кроме бойцов и опознавателей), возглавлял полковник Козакевич. Он ехал впереди на американском «виллисе».

Наш студебеккер, был вторым в колонне. Рядом со мной сидел майор Гречин и майор Надворный.

Здесь же были капитан Шапиро, капитан Степанов, майор Попов, капитан Миллер, капитан Шибайлов и десять других, мне незнакомых офицеров.

У каждого из нас, кроме пистолетов, был автомат.

Тихий вечер, убаюкивающая идиллия весны, распускающиеся кусты и деревья, зеленая трава, — все это, как ни странно, ничуть не располагало к хорошему настроению. Наоборот, все раздражало своей красотой.

— Тебя, Костя, ожидает большая работа, — обратился майор Гречин к майору Надворному.