Читаем Смерч войны полностью

Двумя танковыми и двумя легкими дивизиями группы армий «Север» командовал генерал Хайнц Гудериан, давний сторонник и пропагандист тактики блицкрига. Сцементировав свою бронетехнику в единую силу (в группе армий «Юг» танки были поделены между различными подразделениями), он стремительно продвигался вперед, прокладывая путь пехоте. Действия польских войск сковывались и потоками беженцев, заполнивших дороги. Бомбежки и пулеметные обстрелы с воздуха еще больше усиливали панику и хаос.

Гитлер, опасаясь нападения с запада, хотел провести польскую кампанию как можно быстрее. Правительство Невилла Чемберлена объявило войну Германии только в 11.00 в воскресенье, 3 сентября; Франция последовала примеру Британии через шесть часов. Но скоро для всех, кроме вечно не теряющих надежд поляков, стало ясно, что западные союзники вовсе не собираются атаковать «линию Зигфрида», хотя против сорока немецких дивизий там стояло восемьдесят пять французских. Бездействие союзников можно лишь объяснить боязнью массированных воздушных налетов германской авиации на Лондон и Париж. Правда, надо признать и другое: союзники вряд ли успели бы вовремя прийти на помощь Польше и спасти ее. Передовое ударное воздушное соединение британских ВВС появилось во Франции лишь 9 сентября, а на следующий день начали прибывать подразделения британских экспедиционных сил во главе с лордом Гортом.

Удивительно, но союзники не осознавали, что Гитлер боится их нападения с запада, пока он решает свои проблемы на востоке. Вильгельм Кейтель в письме заместителю начальника тюрьмы в Нюрнберге в 1946 году утверждал, что Гитлер больше всего опасался заключения секретных соглашений между Францией и Бельгией, с одной стороны, и между Британией и Голландией — с другой. В генштабах Франции и Бельгии могли договориться о «внезапном прорыве французских мобильных механизированных сил через бельгийскую территорию» в Рурский индустриальный район Германии. А британское адмиралтейство могло добиться согласия голландского генштаба на то, чтобы «британские войска высадились в Голландии и атаковали северный фланг Германии»[28]. Гитлера не должно было волновать ни то ни другое. Правительства Франции и Британии, не говоря уже о нейтральных бельгийцах и голландцах, и в мыслях не держали предпринять что-либо столь экстраординарное и дерзновенное. Чемберлен ввел в состав кабинета давнего оппонента нацизма Черчилля, наделив его полномочиями первого лорда адмиралтейства, отвечающего за военно-морской флот. И это, пожалуй, все, что тогда сделала Британия в пику фюреру, если не считать безуспешного воздушного налета на морскую базу Вильгельмсхафен и сброса над Германией двенадцати миллионов листовок, призывавших немцев свергнуть поджигателя войны. Вряд ли такое могло случиться в преддверии одной из величайших побед, которую вскоре фюрер запишет на свой счет.

Пропаганда Геббельса, этого «гения в обличье дьявола», постоянно твердила о том, что у рейха в Польше есть мощная «пятая колонна» сторонников, и это не могло не провоцировать межнациональную вражду и террор. Эту тактику нацисты будут использовать и впоследствии, но уже в Польше она привела к тому, что от рук соседей и отступающих польских войск погибло около семи тысяч этнических немцев[29]. Тотальная расовая война развернется по всему континенту, но если поляков толкало на убийство опасение предательства, то нацистами двигали совсем иные, сугубо расистские мотивы.

5 сентября «Польский коридор» перестал существовать. К 8 сентября на севере была окружена армия «Поморье», а к 17 сентября 10-я армия генерала Вальтера фон Рейхенау и 8-я армия генерала Йоханнеса Бласковица разгромили польские армии «Краков» и «Лодзь». Правительство Польши бежало в Люблин, а оттуда в Румынию, где поляков вначале приняли доброжелательно, но потом под давлением Гитлера интернировали.

В ночь на 6 сентября Франция вторглась в Германию, чисто формально. По приказу главнокомандующего генерала Мориса Гамелена французские войска выдвинулись в Саар на глубину пять миль и по фронту пятнадцать миль, захватив около дюжины покинутых немецких деревень. Немцы отошли за «линию Зигфрида» и стали ждать развития событий, что будет дальше. Во Франции проходила мобилизация, никаких дальнейших действий не последовало, и через пять дней французы вернулись на прежние позиции, получив приказ заниматься рекогносцировкой. Все это вряд ли можно было назвать «поддержкой», и Гитлеру не пришлось снять с востока ни одного солдата.