Читаем Сицилиец полностью

Они долго рассуждали о том, до какого дома тянуть туннель. Отец Гильяно предложил дом родителей Аспану Пишотты, но Гильяно возразил: те и так под подозрением, за ними будут следить. Там живет слишком много родственников. Слишком много людей будет знать о тайне. К тому же Аспану не очень-то ладит с семьей. Его родной отец умер, а когда мать вышла замуж повторно, он так ее и не простил.

Гектор Адонис предложил свой дом, но тот находился далековато, да и Гильяно не хотел ставить крестного под удар. Если туннель обнаружат, владелец дома точно будет арестован. Рассматривались кандидатуры других родственников и друзей, но все были отвергнуты. Наконец мать Гильяно сказала:

– Остался лишь один человек. Она живет одна, в четырех домах от нас дальше по улице. Ее мужа убили карабинери, и она их ненавидит. Она – моя лучшая подруга, привязана к Тури и была свидетельницей того, как он вырос из мальчика в мужчину. Разве не отправляла она ему зимой в горы еду? Она – наш настоящий друг, и я полностью ей доверяю. – Замолчала на секунду и добавила: – Ла Венера.

Естественно, с самого начала этого разговора все ждали, когда мать назовет ее имя. Ла Венера была единственным логичным выбором, который они и имели в виду. Однако они были мужчинами, сицилийцами, и не могли выдвинуть такое предложение. Если Ла Венера согласится, а история вдруг выйдет наружу, ее репутации конец. Она – молодая вдова и согласилась доверить свою добродетель и себя самое постороннему юноше. Кто усомнится, что добродетель была при этом утрачена? Ни один мужчина на Сицилии не женится на ней, да что там – не станет уважать. Конечно, Ла Венера по меньшей мере лет на пятнадцать старше Тури Гильяно, но ей еще нет и сорока. И хотя лицо ее некрасиво, она достаточно привлекательна, а в глазах горит огонь. Так или иначе, она – женщина, а он – мужчина, а туннель дает им возможность оставаться наедине. Соответственно, нет никаких сомнений, что они станут любовниками, ведь ни один сицилиец не поверит, что мужчина и женщина, сколько бы лет их ни разделяло, оставшись вдвоем, не стакнутся между собой. Поэтому туннель к ее дому, способный однажды спасти Тури Гильяно жизнь, также сделает ее женщиной с плохой репутацией.

Кроме того, все, кроме самого Тури, считали его воздержанность по части женщин тревожным знаком. Как-то странно для сицилийского мужчины. Он живет чуть ли не монахом. Парни из его банды ездили в Палермо к шлюхам; Аспану Пишотта вечно попадал в истории из-за своих похождений. Бывшие главари, Терранова и Пассатемпо, навещали вдовушек, которым приносили подарки. Пассатемпо пользовался славой человека, который покоряет женщин методами, больше годящимися для насильника, чем для ухажера, хотя под началом Гильяно он немного присмирел: Тури обещал казнить любого из своих людей, кто изнасилует женщину.

Таковы были причины, по которым они ждали, чтобы мать Гильяно сама предложила свою подругу, и все равно немного удивились, когда она так и сделала. Мария Ломбардо была женщиной религиозной, со старомодными принципами и назвала бы шлюхой любую городскую девушку, появись та на улице без провожатой. Они не знали того, что знала она. Что Ла Венера, из-за тяжелых родов и отсутствия надлежащей медицинской помощи, больше не могла забеременеть. А еще они не знали, что Мария Ломбардо решила: Ла Венера лучше всего сможет утешить ее сына – без всякой угрозы для него. Ее сын вне закона, за его голову назначена награда, и у любой женщины будет соблазн выдать его. Но он молод, силен и нуждается в женщине – а это значит, что вдова старше его, неспособная забеременеть и не претендующая на брак, просто идеальная кандидатура. Замуж она не захочет, потому что у нее уже был муж-бандит и его застрелили у нее на глазах. Так что это идеальная комбинация. Доброе имя Ла Венеры может пострадать, поэтому решать ей. Если согласится – пусть пеняет на себя.

Когда мать Гильяно пару дней спустя обратилась к ней с предложением, Ла Венера сильно ее удивила, ответив решительным и безоговорочным «да». Это подтвердило подозрение, что ее подруга питает слабость к Тури. «Да будет так», – подумала Мария Ломбардо, со слезами благодарности обняв вдову.

Боковой туннель вырыли за четыре месяца; основной собирались построить в течение года. Периодически Гильяно прокрадывался в город по ночам, чтобы повидаться с семьей, поспать в теплой постели и подкрепиться сытной материнской стряпней; каждый раз она устраивала в его честь настоящий пир. Необходимость воспользоваться боковым туннелем впервые возникла лишь весной. Патруль карабинери проехал по виа Белла мимо их дома. Полицейские были вооружены до зубов. Четверо охранников Гильяно, прятавшиеся в соседних домах, готовились принять бой. Однако машина скрылась из виду. Тем не менее она могла вернуться, если полицейские решат обыскать дом Гильяно. Поэтому Тури проник в потайную дверцу в родительской спальне, ведущую к туннелю.