Лотар раздал соратникам доспехи, которые тайно изготовил у себя в кузнице, – детям потребовались лишь небольшие нагрудники, поскольку их руки и ноги и так были металлическими. Затем он снабдил всех желающих мечами, на случай если придется защищаться – а такое вполне могло случиться. Дети от мечей оказались, оставив их взрослым: протезы сами по себе были очень тяжелыми, и ребята пока не очень уверенно с ними управлялись, однако это было грозное оружие.
Наконец маленький отряд покинул кузницу; двигались заговорщики гуськом. Замыкала шествие Элдрис – она накрыла группу густым туманом. Было решено, что весталка не только прикроет их спины, но и убедится, что за ними не следят.
Их первым пунктом назначения была часовня Антигоны, расположенная в южном квартале, – это было не самое посещаемое место, потому что богиню не особо почитали в народе. На углу улицы они наткнулись на отряд легионеров, патрулирующих подступы к другому святилищу, но защитные чары Элдрис помогли им пройти мимо, оставшись незамеченными.
Когда они подошли к храму Антигоны, им повезло: путь был свободен. Итак, Лориан действовал уже проверенным способом: вскарабкался по длинному водосточному желобу и разбил окно, потом забрался внутрь святилища и открыл двери, чтобы остальные тоже могли войти.
Взрослые начали быстро снимать со стен гобелены, прославляющие богиню, и заменять их принесенными знаменами, в то время как дети своими металлическими пальцами процарапывали на стенах контуры крамольных рисунков.
Лориан нарисовал с полдюжины таких изображений, постепенно продвигаясь в глубь нефа. Остальные полностью сосредоточились на работе и не обращали на него внимания – всем хотелось поскорее закончить, чтобы их не поймали.
Мальчик добрался до двери, ведущей во внутренние покои обитавших в этом месте прелатов, и несколько секунд помедлил. Потом легким нажатием искусственной руки сломал замок и, не обращая внимания на потрясенные взгляды сообщников, шагнул в темный коридор.
Лориан предложил осквернить именно этот храм не случайно.
Это место стало причиной их с матерью страданий. Именно к здешним жрецам его мать регулярно приходила просить помощи.
Его мать покончила с собой, бросившись с крыши именно этого святилища.
Теперь Лориан знал всю правду, знал, как именно служители культа приняли его мать, как жестоко и цинично злоупотребляли ее слабостью и уязвимостью. Он понял, почему мать погрузилась в пучину безумия, которое в конце концов подтолкнуло ее к самоубийству.
Лориан собирался поквитаться с обитателями этого места, и ничто не могло ему помешать.
В конце коридора появился прелат – низкорослый человек лет тридцати в белой ночной рубашке и с лампой в руке. Он сонно хлопал глазами, явно не понимая, что происходит.
– Лориан, что ты делаешь? – прошептал Лотар, заглядывая в коридор. – Вернись немедленно!
– Они должны заплатить за свои злодеяния! – огрызнулся мальчик, медленно приближаясь к жрецу. – Они представляют богов, они их главные приспешники. Каждую неделю они забирают нашу кровь, требуют от нас покорности, заставляют работать до седьмого пота, а сами жиреют, пока мы умираем от голода. Я хочу, чтобы они все умерли!
– Он прав! – воскликнул Аскелад, выныривая из-за спины Лотара. Оттолкнув кузнеца, он присоединился к Лориану. – Мы на войне, и, если будем рисковать собой ради возможности развесить несколько знамен, ничего не изменится. Должна пролиться кровь, только не наша. Мы решили ударить сильнее, поэтому сейчас или никогда!
– Вы совсем свихнулись?! Банда еретиков! – возмущенно взвизгнул человек с синими татуировками на лице и начал медленно отступать. – Я позову стражу, и через несколько часов все вы будете болтаться на Дереве пыток!
В конце коридора приоткрылась дверь, и из комнаты выглянул какой-то лысый жрец с очень толстой шеей. Он быстро оглядел собравшихся, выскочил в коридор и побежал в глубь здания.
– Скорее, приведите легионеров! – закричал ему вслед первый клирик.
– Дети, прошу, не делайте этого! – взмолился Лотар, тоже вбегая в коридор. – Оставьте их мне, хорошо? Пожалуйста, не становитесь убийцами…
– Мы такие, какими нас сделали! – мрачно повторил Лориан.
И бросился в погоню за тучным жрецом.
Было темно, но человек оказался довольно неповоротливым, к тому же он не обладал удивительным проворством Лориана. Мальчик быстро нагнал беглеца и крепко схватил за жирную шею.
– За Вильму! – прорычал он. – За маму…
Аскелад, проигнорировав увещевания Лотара, ударил более молодого жреца в челюсть, и тот упал как подкошенный, лампа, которую он держал в руке, покатилась по полу, но не погасла.
– Элдрис, прошу тебя, сделай что-нибудь! – закричал Лотар, оборачиваясь.
В следующую секунду весталка оказалась в коридоре. Вскинув одну руку над головой, а другой сжимая резной посох, она начала нараспев произносить какие-то непонятные слова, состоящие из непривычных для жителей Пепельной Луны звуков.
По коридору черными змеями поползли клочья дыма. Они аккуратно обогнули детей и накрыли жрецов.